20 статья конвенции о борьбе с коррупцией

Оглавление:

20 статья конвенции о борьбе с коррупцией

10 февраля, 2015

Мифы борьбы с коррупцией от Навального. Статья 20 Конвенции против коррупции ООН

Автор: Артем Кирьянов, комментариев нет

Вот уже несколько лет российское юридическое сообщество работает в режиме бесплатной медико-психологической консультации для «озабоченных процессом борьбы с коррупцией». И несмотря на серьезные усилия государства и общества в этом направлении, главным упреком в адрес законодателя является пресловутая ст. 20 Конвенции против коррупции ООН и ее имплементация в российское законодательство. Снова в публичном пространстве звучит тема ратификации ст. 20 Конвенции против коррупции ООН в связи с петицией по инициативе Навального, собравшей 100 000 подписей. От имени юридического сообщества вынужден принести извинения тем гражданам, кто подписал данную петицию, искренне полагая, что с «ратификацией» 20-й статьи Конвенции коррупция в России будет искоренена.

Так получилось, что уже 2 года подряд я отмечаю День борьбы с коррупцией в эфире Общественного российского телевидения, и с чистой совестью могу порекомендовать и передачу 2014 года, и прогнозы, сделанные относительно борьбы с коррупцией в 2013 году.

Мифы 20-й статьи:

1. Россия не борется с коррупцией по сравнению с развитыми странами.

Обвинения в особой коррумпированности российской элиты, якобы не имплементирующей 20-ю статью Конвенции в своих интересах, выглядят, по меньшей мере, надуманно в свете международного опыта рафитикации и Конвенции в целом, и применения 20-й статьи в рамках национального законодательства. Германия, Ирландия, Новая Зеландия и Япония, которые славятся жестким отношением к коррупции, вообще не ратифицировали Конвенцию ООН. Страны «первой 10-ки» по рейтингу Transparency International не применяют ст. 20 Конвенции ООН. Часть из них (например, Новая Зеландия, разделяющая первое место с Данией в этом рейтинге), не ратифицировали Конвенцию в принципе, другие страны (Канада и Швейцария) сделали оговорку при ратификации о неприменении ст. 20, остальные просто не применяют эту статью, используя оговорки в самой этой статье, иначе говоря, не криминализируют в уголовном законодательстве «незаконное обогащение» (как призер рейтинга Transparency International — Дания и разделяющие вторую строчку рейтинга Финляндия и Швеция). США, ратифицировавшие в 2006 году Конвенцию, до сих пор не имплементировали ст. 20 и не собираются выполнять ее положения, исходя из того, что бремя доказывания законности обогащения возлагается на подозреваемого, что напрямую противоречит принципу презумпции невиновности.

Собственно, постановке вопроса о незаконном обогащении мировое сообщество в принципе обязано странам Латинской Америки, совершенно точно не входящим в число субъектов, формирующих практику борьбы с коррупцией.

2. Конвенция ООН обязательна к исполнению и является документом прямого действия.

Как и все рамочные Конвенции в рамках международного права, Конвенция против коррупции является рамочным документом, который не подвергает сомнению приоритет национального законодательства, системы права при ратификации рамочного документа. Исходя из по преимуществу декларативных целей конвенций, призывающих бороться «за все хорошее, против всего плохого», любой рамочный документ дает возможность его ратификации государствами с многочисленными оговорками и ссылками на национальное законодательство. Конвенция против коррупции — не исключение, достаточно привести в пример ст. 5, прямо указывающую на самостоятельный выбор каждым государством-участником тех правовых механизмов, которые соответствуют национальному законодательству: «Каждое Государство-участник, в соответствии с основополагающими принципами своей правовой системы, разрабатывает и осуществляет или проводит эффективную и скоординированную политику противодействия коррупции». При этом ст. 4 этой Конвенции подчеркивает суверенное право каждого государства на принятие самостоятельных мер на своей территории, а оговорка о том, что государства принимают решения, основываясь на принципах внутреннего законодательства, в тексте Конвенции встречается 30 раз.

Также анализ текста Конвенции ООН позволяет выявить множество статей, в которых требования к государствам-участникам сформулированы посредством абстрактных формулировок: «проводить эффективную политику», «стремиться» внедрять те или иные инструменты и применять указанные положения.

Сама ст. 20 Конвенции ООН также содержит ряд оговорок, которые оставляют за государством право самостоятельно определять целесообразность применения ее положений — «при условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться…».

3. Только имплементация 20-й статьи Конвенции приведет к победе в борьбе с коррупцией, в противном случае все усилия государства не достигнут цели.

Упрощая развенчание этого мифа для читателя отсутствием ссылок на действующее российское законодательство, скажу лишь, что следование принципу презумпции невиновности, традициям континентального права Конституции РФ не делает менее значимыми законы антикоррупционной направленности, принятые за последние годы. В частности, внедрен контроль над доходами и расходами российских госслужащих, в том числе вменено в обязанность декларирование крупных сделок и сделок, в совокупности превышающих доход чиновника за 3 года. Большое внимание уделяется вопросам конфликта интересов. Своеобразным подведением промежуточных итогов мне видится предельно жесткое выступление руководителя Администрации Президента РФ Сергея Иванова на недавней учебе губернаторов, где в числе прочего прозвучала и мысль, определяющая тренд борьбы с коррупцией в России на среднесрочную перспективу: «К сожалению, сегодня наибольшее внимание уделяется уже выявленным фактам коррупции. Демонстрируются по телевидению задержания, обсуждаются увольнения нечистых на руку чиновников. Однако такая информация порой только подогревает негативные настроения. Дескать, одного поймали, а остальные продолжают воровать. А то и просто только говорят, что наказывают мелкую сошку. Конечно, положение здесь нужно менять. В общественном сознании должно укрепиться понимание того, что любой коррупционер, вне зависимости от должности — это вор. Для его выявления, какую бы должность он ни занимал, полноценно и системно работают все созданные государственные механизмы противодействия коррупции».

В этой связи не могу также не сказать несколько слов о принятом в прошлом году ФЗ-212 «Об основах общественного контроля в Российской Федерации». При всем несовершенстве данного закона, он дает возможность общественности проводить мероприятия антикоррупционной направленности, обеспечивая прямое участие населения в процессе борьбы с коррупцией на всех уровнях. В Общественной палате России мной и моими коллегами в прошлом году была подготовлена Памятка «осуществление общественного контроля в рамках противодействия коррупции в органах государственной власти и местного самоуправления» для использования в деятельности членов Общественных палат всех уровней. В том числе Памятка включает в себя извлечения из положений нормативных правовых актов, устанавливающих меры ответственности за совершение коррупционных преступлений (в зависимости от степени общественной опасности деяний коррупционного характера возникает как дисциплинарная, гражданско-правовая, административно-правовая, так и уголовная ответственность виновных). Считая этот документ хорошей иллюстрацией к вопросу о состоянии борьбы с коррупцией в России на сегодняшний день, рекомендую к ознакомлению.

В качестве заключения хотелось бы сказать, что попытки криминализации незаконного обогащения предпринимались в Европе еще и до принятия Конвенции ООН, однако они не удались. Нет простого и единого способа борьбы с коррупцией, однако в России сегодня тренд борьбы с коррупцией — восходящий, и этот тренд можно считать патриотическим ответом гражданского общества ценностям «общества потребителей».

Статья 20 Конвенции ООН против коррупции

Нератификация Россией статьи 20 Конвенции ООН против коррупции — широко распространенный у оппозиции миф. По ее мнению Россия не ратифицировала данную статью, так как власть якобы не хотела осложнять жизнь влиятельным коррупционерам. На самом деле, это не так: ни формально, ни по сути.

Содержание

[править] Почему статья 20 не внедрена в законодательство РФ

Напомним текст данной статьи:

Россия ратифицировала данную конвенцию еще в 2006 году. Была ратифицирована вся конвенция, так как частичная ратификация международного документа невозможна в принципе. Иными словами, статья 20 Конвенции была ратифицирована ещё тогда, и требовать ратификации этой статьи бессмысленно: она уже ратифицирована[2].

[править] Противоречие законодательству

При этом статья 20 в России не применяется, так как у России отсутствуют правовые основания для ее применения. В законе о ратификации Конвенции прямо перечислены статьи, по которым Россия располагает необходимыми карательными механизмами:

Статья 20 не входит в этот список по причине ее противоречия законодательству РФ. Министерство Юстиции РФ отметило[3], что данная статья носит диспозитивный характер, то есть государствам-участникам предлагается самим определиться относительно путей ее реализации с учетом своих конституций и основополагающих принципов своих правовых систем. Иными словами, в статье черным по белому говорится о необходимости следования статьи законодательству стран-подписантов.

Противоречие законодательству РФ выражается, прежде всего, в отсутствии в российском праве юридического определения «незаконного обогащения». То есть, применение антикоррупционного законодательства будет иметь серьезные проблемы при попытках определить и разграничить понятия вроде «значительное увеличение активов», «законные доходы» и «разумным образом». И это не говоря про проблему доказать наличие умысла, особенно при установлении причинно-следственной связи.

И вторая причина — глава 30 УК РФ. Ее положения позволяют вести борьбу с коррупцией почти по всем составам данного типа преступлений — злоупотребление должностными полномочиями, нецелевое расходование бюджетных средств, превышение должностных полномочий и так далее. Даже простой отказ предоставления информации Федеральному Собранию или Счетной Палате наказуем (статья 287). Объединение множества конкретных статей из этой главы УК в одну мутную статью «незаконное обогащение» никак не помогло бы работе правоохранительных органов.

Таким образом, если бы даже состав преступления «незаконное обогащение» и был бы введён в наш УК, применять его на практике было бы крайне сложно и неудобно.

[править] Наличие собственной законодательной базы

Для борьбы с коррупцией и одновременно реализации данной Конвенции ООН у России имеется арсенал антикоррупционных законов, в том числе и для борьбы с незаконным обогащением.

Банки обязаны предоставлять информацию о движении денег на счетах чиновников.

Тем не менее, антикоррупционное законодательство в России далеко до идеала и требует дальнейшего развития, ибо существующие меры недостаточно эффективны, что бы можно было считать проблему коррупции решенной[4].

[править] Реальное применение законодательства

Чиновникам и политикам, у которых в декларациях обнаруживаются «пробелы», приходится уходить в отставку, в противном случае их увольняют. Самый известный пример такого рода — история депутата Пехтина, которому пришлось покинуть Госдуму после обнаружения у него недвижимости в США. Также в октябре 2013 года был вынужден уйти в отставку заместитель директора Рособоронзаказа, которого уличили в недостоверной декларации о доходах. [5]

Всего, по заявлению главы администрации президента Сергея Иванова, после проверки деклараций в 2013 году были уволены 200 госслужащих, из них восемь высокопоставленных. К трём тысячам применены меры юридической ответственности[6].

[править] Законопроекты о внедрении статьи «Незаконное обогащение»

[править] Проект КПРФ

В 2011 году коммунисты внесли законопроект, согласно которому УК РФ надо было дополнить статьёй 290.1, в следующем виде:

1. Незаконное обогащение, то есть приобретение должностным лицом имущества, стоимость которого значительно превосходит его законные доходы и происхождение которого он не может объяснить разумным образом, — наказывается лишением свободы до пяти лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
2. То же деяние, совершенное в крупном размере, — наказывается лишением свободы до семи лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
3. То же деяние, совершенное в особо крупном размере, — наказывается лишением свободы до десяти лет лишения свободы с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.

Примечания:
1. Под имуществом в настоящей статье понимается: вещи (движимые и недвижимые), деньги и ценные бумаги, имущественные права.
2. Под значительным размером понимается незаконное обогащение в размере не менее пятисот тысяч рублей.
3. Под крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере не менее миллиона рублей.

4. Под особо крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере свыше миллиона рублей[7]

Данный законопроект был подвергнут критике ввиду своей юридической несостоятельности. Так 26 мая 2011 года Верховный Суд в своем отзыве[8] указал следующие недостатки данного законопроекта:

  • Подписание Россией Конвенции ООН против коррупции не обязывает её принимать такой закон
  • Согласно Конституции (часть вторая статьи 49) возложение на обвиняемого в преступлении бремени доказывания своей невиновности недопустимо. Одним из принципов уголовного судопроизводства в Российской Федерации является презумпция невиновности (статья 14 УПК РФ).
  • В соответствии с положениями статьи 44 «Виды наказаний» и главы 15.1 УК РФ конфискация имущества не является видом наказания, а относится к «иным мерам уголовно-правового характера». Указание в санкции статьи 290.1 УК РФ на конфискацию имущества не согласуется с положениями Общей части УК РФ.
  • Незаконное обогащение, безусловно, является следствием конкретных, в том числе должностных, преступлений корыстной направленности, таких как получение взятки (статья 290 УК РФ), злоупотребление должностными полномочиями (статья 285 УК РФ), незаконное участие в предпринимательской деятельности (статья 289 УК РФ) и иных. Однако в пояснительной записке к законопроекту не приведены причины, по которым лицо не может быть (не должно быть) привлечено к уголовной ответственности за само деяние, послужившее основанием незаконного обогащения.

На те же проблемы указало в своем отзыве[9] Правительство РФ, добавив при этом, что законопроект содержит мутные определения, которые могут привести к произвольному его применению:

Не поддержал законопроект и Комитет Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству[10]. В мае 2012 года законопроект был рассмотрен Думой и по совокупности неустранимых недостатков отклонён[11].

И наконец, в пояснительной записке[12] содержится ссылка на индекс восприятия коррупции:

Справедливости ради отметим, что Россия действительно занимала эти места в рейтинге. При этом очевидные недостатки данного рейтинга были проигнорированы, в частности, построение рейтинга на основе мнений о коррупции, собираемых у безымянных «экспертов», а не на реальных фактах наличия коррупции. Плюс организация Transparency International прославилась своей необъективностью при работе над данный рейтингом.

[править] Проект Зорькина

В 2013 году глава Конституционного суда РФ Валерий Зорькин в своей речи мимоходом упомянул в положительном ключе статью 20 Конвенции ООН против коррупции:

К сожалению, в своей речи Зорькин не пояснил, каким образом Россия должна внедрить данную статью в законодательство и как именно нужно будет решать те юридические коллизии, на которые указали Верховный Суд, Правительство и Госдума при анализе законопроекта КПРФ.

Также он употребил термин «ратификация», употребление которого в отношении данной статьи не корректно, так как невозможно ратифицировать конвенцию частично. С учетом этого, напрашивается подозрение, что судья Зорькин не прорабатывал глубоко этот вопрос и задал в своей речи только желаемый вектор развития нашего антикоррупционного законодательства.

Ремарка: пока не будет найдено источника, в котором господин Зорькин более развернуто объясняет свою позицию, разумно будет остановиться на этом толковании.

[править] Проект Навального

Законодательная инициатива Навального предлагает внести следующее изменения в законодательство[14]:

  1. Внести 20-ю статью в список статей конвенции ООН, в отношении которых Россия имеет юрисдикцию. Делать это предлагается, изменив Федеральный закон «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции» [15].
  2. Ввести понятие «незаконное обогащение» в Федерального закона «О противодействии коррупции»
  3. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например, предлагаются такие шаги, как: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  4. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за незаконное обогащение: значительное превышение стоимости активов должностного лица над размером законных доходов такого лица.

Как утверждают сторонники Навального, предложенный законопроект не вступает в противоречие с презумпцией невиновности, так как обязанность доказывать несоответствие декларации должностных лиц с реальными доходами/расходами целиком ложится на следствие[16].

В принципе, антикоррупционная стратегия Кремля следует линии ужесточения требований к декларациям чиновников, а уголовная ответственность за коррупцию не является неприемлемым явлением — за одно лишь получение взятки налагается уголовная ответственность, равно как и за дачу оной.

Вместе с этим, законопроект Навального является непроходимым и популистским, ибо нет смысла вносить столь противоречивые изменения в законодательство, если можно того же самого эффекта достичь введением уголовной ответственности за неверную декларацию.

Если бы команда Навального действительно хотела пролоббировать данный закон, то они бы поработали над юридическими формулировками для дополнения и изменения уже существующих антикоррупционных норм. Например, предложения можно было бы сформулировать таким образом:

  1. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  2. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за подачу неверной декларации, в которой не будет отражена значительная часть активов или доходов такого лица.

Такие изменения давали бы тот же антикоррупционный эффект, и при этом не создавали бы существенных правовых коллизий.

[править] Опыт других государств

Ряд государств ратифицировал Конвенцию ООН против коррупции намного позже России — например Германия (2014), Индия (2011), Швейцария (2009)[17]. По состоянию на декабрь 2016 года конвенцию не ратифицировали Япония, Барбадос и Сирия[18].

Несколько государств фактически не реализовали требования 20 статьи[19], в том числе США, Нидерланды, Италия, Португалия, Швейцария, Финляндия, Норвегия, Франция, Испания, Швеция. Те же США не сделали этого по причине наличия в Конституции презумпции невиновности обвиняемого, о чем написано на сайте Госдепартамента в документе «UNODC — United Nations Convention against Corruption» (страница 46).

При этом даже в ратифицировавших Конвенцию государствах статья «незаконное обогащение» не вводится в законодательство. Состав преступления «незаконное обогащение» или подобный ему отсутствует как минимум в следующих государствах[20]:

  • Нидерланды [3]
  • Бельгия
  • Италия
  • Португалия
  • Швейцария
  • Финляндия
  • Норвегия
  • Франция
  • США
  • Испания
  • Швеция
  • Дания

Представители этих стран указывают три причины, по которым статья 20 не вводится в их законодательство.

  1. Понятие «незаконное обогащение» противоречит конституциям большинства стран, так как подразумевает презумпцию виновности.
  2. В этих странах обычно есть статьи, которые подразумевают автоматическое признание преступными доходов лиц, которые уже уличены в каком-нибудь серьёзном преступлении вроде наркоторговли или сутенёрства.
  3. Выполнение духа статьи 20 обеспечивается в этих странах через механизм обязательной декларации доходов чиновников и наказания за неверные данные в декларациях. Россия идёт по тому же пути — ужесточает контроль за имуществом чиновников.

Следует также отметить, что состава преступления «незаконное обогащение» не было даже в СССР. Вопреки распространённому заблуждению, при советской власти тоже могли посадить только за конкретное преступление: вроде спекуляции или валютных операций.

[править] Бельгия и Литва

В Бельгии предусмотрена уголовная ответственность за несоответствие стоимости имущества декларируемым доходам. В Литве в 2010 году внесли новую статью (189-1) в уголовный кодекс, которая фактически вводит наказание за незаконное обогащение. Любой гражданин, который владеет активами дороже 500 минимальных прожиточных минимумов (около 65 000 литов или 24 000 $), зная что они не могли быть приобретены на законные доходы, может получить большой штраф и до 4 лет лишения свободы. Отдельно стоит отметить, что статья распространяется не только на чиновников. Осенью этого года литовский суд приговорил студентку, которая не смогла объяснить происхождение средств на квартиру, к штрафу и обязал ее вернуть в казну стоимость недвижимости (около 100 000 евро). По утверждению следователей, купить жилье девушке помог ее отец, связанный с торговлей наркотиками.

[править] Франция

Примером страны, где незаконное обогащение не является полностью самостоятельным нарушением, но существует в связке с другими преступлениями является Франция. Там реализована следующая схема ответственности: если человек не может объяснить происхождение активов, то предполагается, что средства получены незаконным путем и подозреваемый об этом знает. На основании этого предположения прокуратуре не нужно доказывать финансовую связь между активами и совершенным преступлением. В итоге человек может быть привлечен к ответственности за незаконное обогащение. Такая схема работает если преступление было совершено другим человеком, например, родственником подозреваемого: чиновник будет наказан за коррупцию, а его теща за незаконное обогащение, поскольку не смогла объяснить происхождение активов.

[править] Финляндия, Испания, Польша и США

В большинстве западных стран прямого наказания за незаконное обогащение нет. При этом введен строгий порядок декларирования, а специальные службы, СМИ и общественные организации следят за достоверностью сведений. Например, в Польше министр транспорта ушел в отставку за отсутствие в декларации часов стоимостью около $5,5 тыс. Экс-чиновнику предъявили официальное обвинение, по которому ему грозит до трех лет тюрьмы.

В США нет прямого наказания за незаконное обогащение, однако в соответствии с Законом об Этике для Государственных Служащих, принятом в 1978 году, чиновники законодательной, исполнительной и судебной власти обязаны подавать ежегодные отчеты о своем финансовом состоянии. Намеренное внесение недостоверных данных является уголовным преступлением и наказывается штрафом и тюремным заключением до пяти лет. Также отчеты могут быть использованы как косвенные доказательства незаконного обогащения в уголовном деле о коррупции и служить основанием для конфискации незадекларированных активов.

[править] Гонконг

Среди стран, которые выбрали самую жесткую реализацию наказания незаконного обогащения можно выделить Гонконг. Здесь в 70-х годах приняли антикоррупционные законы, в которых была предусмотрена уголовная ответственность для чиновника, если он не сможет объяснить суду, почему его уровень жизни и стоимость активов не соответствует официальному доходу.

Статья о незаконном обогащении широко использовалась только в начале формирования антикоррупционного законодательства. По мере того, как начали функционировать другие механизмы борьбы с коррупции, например, строгое декларирование доходов и готовность граждан сообщать о вымогательстве взяток, она стала применяться все реже и с середины 90-х годов почти не используется.

[править] Дискуссии

Как правило, уровень знаний горячих сторонников внедрения Статьи 20 в законодательство очень низок, поэтому простое указание на факты обычно позволяет одержать лёгкую победу в дискуссии. Вот ответы на самые распространённые «подъезды» троллей.

Статья 20 Конвенции ООН против коррупции

Нератификация Россией статьи 20 Конвенции ООН против коррупции — широко распространенный у оппозиции миф. По ее мнению Россия не ратифицировала данную статью, так как власть якобы не хотела осложнять жизнь влиятельным коррупционерам. На самом деле, это не так: ни формально, ни по сути.

Содержание

[править] Почему статья 20 не внедрена в законодательство РФ

Напомним текст данной статьи:

Россия ратифицировала данную конвенцию еще в 2006 году. Была ратифицирована вся конвенция, так как частичная ратификация международного документа невозможна в принципе. Иными словами, статья 20 Конвенции была ратифицирована ещё тогда, и требовать ратификации этой статьи бессмысленно: она уже ратифицирована[2].

[править] Противоречие законодательству

При этом статья 20 в России не применяется, так как у России отсутствуют правовые основания для ее применения. В законе о ратификации Конвенции прямо перечислены статьи, по которым Россия располагает необходимыми карательными механизмами:

Статья 20 не входит в этот список по причине ее противоречия законодательству РФ. Министерство Юстиции РФ отметило[3], что данная статья носит диспозитивный характер, то есть государствам-участникам предлагается самим определиться относительно путей ее реализации с учетом своих конституций и основополагающих принципов своих правовых систем. Иными словами, в статье черным по белому говорится о необходимости следования статьи законодательству стран-подписантов.

Противоречие законодательству РФ выражается, прежде всего, в отсутствии в российском праве юридического определения «незаконного обогащения». То есть, применение антикоррупционного законодательства будет иметь серьезные проблемы при попытках определить и разграничить понятия вроде «значительное увеличение активов», «законные доходы» и «разумным образом». И это не говоря про проблему доказать наличие умысла, особенно при установлении причинно-следственной связи.

И вторая причина — глава 30 УК РФ. Ее положения позволяют вести борьбу с коррупцией почти по всем составам данного типа преступлений — злоупотребление должностными полномочиями, нецелевое расходование бюджетных средств, превышение должностных полномочий и так далее. Даже простой отказ предоставления информации Федеральному Собранию или Счетной Палате наказуем (статья 287). Объединение множества конкретных статей из этой главы УК в одну мутную статью «незаконное обогащение» никак не помогло бы работе правоохранительных органов.

Таким образом, если бы даже состав преступления «незаконное обогащение» и был бы введён в наш УК, применять его на практике было бы крайне сложно и неудобно.

[править] Наличие собственной законодательной базы

Для борьбы с коррупцией и одновременно реализации данной Конвенции ООН у России имеется арсенал антикоррупционных законов, в том числе и для борьбы с незаконным обогащением.

Банки обязаны предоставлять информацию о движении денег на счетах чиновников.

Тем не менее, антикоррупционное законодательство в России далеко до идеала и требует дальнейшего развития, ибо существующие меры недостаточно эффективны, что бы можно было считать проблему коррупции решенной[4].

[править] Реальное применение законодательства

Чиновникам и политикам, у которых в декларациях обнаруживаются «пробелы», приходится уходить в отставку, в противном случае их увольняют. Самый известный пример такого рода — история депутата Пехтина, которому пришлось покинуть Госдуму после обнаружения у него недвижимости в США. Также в октябре 2013 года был вынужден уйти в отставку заместитель директора Рособоронзаказа, которого уличили в недостоверной декларации о доходах. [5]

Всего, по заявлению главы администрации президента Сергея Иванова, после проверки деклараций в 2013 году были уволены 200 госслужащих, из них восемь высокопоставленных. К трём тысячам применены меры юридической ответственности[6].

[править] Законопроекты о внедрении статьи «Незаконное обогащение»

[править] Проект КПРФ

В 2011 году коммунисты внесли законопроект, согласно которому УК РФ надо было дополнить статьёй 290.1, в следующем виде:

1. Незаконное обогащение, то есть приобретение должностным лицом имущества, стоимость которого значительно превосходит его законные доходы и происхождение которого он не может объяснить разумным образом, — наказывается лишением свободы до пяти лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
2. То же деяние, совершенное в крупном размере, — наказывается лишением свободы до семи лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
3. То же деяние, совершенное в особо крупном размере, — наказывается лишением свободы до десяти лет лишения свободы с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.

Примечания:
1. Под имуществом в настоящей статье понимается: вещи (движимые и недвижимые), деньги и ценные бумаги, имущественные права.
2. Под значительным размером понимается незаконное обогащение в размере не менее пятисот тысяч рублей.
3. Под крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере не менее миллиона рублей.

4. Под особо крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере свыше миллиона рублей[7]

Данный законопроект был подвергнут критике ввиду своей юридической несостоятельности. Так 26 мая 2011 года Верховный Суд в своем отзыве[8] указал следующие недостатки данного законопроекта:

  • Подписание Россией Конвенции ООН против коррупции не обязывает её принимать такой закон
  • Согласно Конституции (часть вторая статьи 49) возложение на обвиняемого в преступлении бремени доказывания своей невиновности недопустимо. Одним из принципов уголовного судопроизводства в Российской Федерации является презумпция невиновности (статья 14 УПК РФ).
  • В соответствии с положениями статьи 44 «Виды наказаний» и главы 15.1 УК РФ конфискация имущества не является видом наказания, а относится к «иным мерам уголовно-правового характера». Указание в санкции статьи 290.1 УК РФ на конфискацию имущества не согласуется с положениями Общей части УК РФ.
  • Незаконное обогащение, безусловно, является следствием конкретных, в том числе должностных, преступлений корыстной направленности, таких как получение взятки (статья 290 УК РФ), злоупотребление должностными полномочиями (статья 285 УК РФ), незаконное участие в предпринимательской деятельности (статья 289 УК РФ) и иных. Однако в пояснительной записке к законопроекту не приведены причины, по которым лицо не может быть (не должно быть) привлечено к уголовной ответственности за само деяние, послужившее основанием незаконного обогащения.

На те же проблемы указало в своем отзыве[9] Правительство РФ, добавив при этом, что законопроект содержит мутные определения, которые могут привести к произвольному его применению:

Не поддержал законопроект и Комитет Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству[10]. В мае 2012 года законопроект был рассмотрен Думой и по совокупности неустранимых недостатков отклонён[11].

И наконец, в пояснительной записке[12] содержится ссылка на индекс восприятия коррупции:

Справедливости ради отметим, что Россия действительно занимала эти места в рейтинге. При этом очевидные недостатки данного рейтинга были проигнорированы, в частности, построение рейтинга на основе мнений о коррупции, собираемых у безымянных «экспертов», а не на реальных фактах наличия коррупции. Плюс организация Transparency International прославилась своей необъективностью при работе над данный рейтингом.

[править] Проект Зорькина

В 2013 году глава Конституционного суда РФ Валерий Зорькин в своей речи мимоходом упомянул в положительном ключе статью 20 Конвенции ООН против коррупции:

К сожалению, в своей речи Зорькин не пояснил, каким образом Россия должна внедрить данную статью в законодательство и как именно нужно будет решать те юридические коллизии, на которые указали Верховный Суд, Правительство и Госдума при анализе законопроекта КПРФ.

Также он употребил термин «ратификация», употребление которого в отношении данной статьи не корректно, так как невозможно ратифицировать конвенцию частично. С учетом этого, напрашивается подозрение, что судья Зорькин не прорабатывал глубоко этот вопрос и задал в своей речи только желаемый вектор развития нашего антикоррупционного законодательства.

Ремарка: пока не будет найдено источника, в котором господин Зорькин более развернуто объясняет свою позицию, разумно будет остановиться на этом толковании.

[править] Проект Навального

Законодательная инициатива Навального предлагает внести следующее изменения в законодательство[14]:

  1. Внести 20-ю статью в список статей конвенции ООН, в отношении которых Россия имеет юрисдикцию. Делать это предлагается, изменив Федеральный закон «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции» [15].
  2. Ввести понятие «незаконное обогащение» в Федерального закона «О противодействии коррупции»
  3. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например, предлагаются такие шаги, как: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  4. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за незаконное обогащение: значительное превышение стоимости активов должностного лица над размером законных доходов такого лица.

Как утверждают сторонники Навального, предложенный законопроект не вступает в противоречие с презумпцией невиновности, так как обязанность доказывать несоответствие декларации должностных лиц с реальными доходами/расходами целиком ложится на следствие[16].

В принципе, антикоррупционная стратегия Кремля следует линии ужесточения требований к декларациям чиновников, а уголовная ответственность за коррупцию не является неприемлемым явлением — за одно лишь получение взятки налагается уголовная ответственность, равно как и за дачу оной.

Вместе с этим, законопроект Навального является непроходимым и популистским, ибо нет смысла вносить столь противоречивые изменения в законодательство, если можно того же самого эффекта достичь введением уголовной ответственности за неверную декларацию.

Если бы команда Навального действительно хотела пролоббировать данный закон, то они бы поработали над юридическими формулировками для дополнения и изменения уже существующих антикоррупционных норм. Например, предложения можно было бы сформулировать таким образом:

  1. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  2. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за подачу неверной декларации, в которой не будет отражена значительная часть активов или доходов такого лица.

Такие изменения давали бы тот же антикоррупционный эффект, и при этом не создавали бы существенных правовых коллизий.

[править] Опыт других государств

Ряд государств ратифицировал Конвенцию ООН против коррупции намного позже России — например Германия (2014), Индия (2011), Швейцария (2009)[17]. По состоянию на декабрь 2016 года конвенцию не ратифицировали Япония, Барбадос и Сирия[18].

Несколько государств фактически не реализовали требования 20 статьи[19], в том числе США, Нидерланды, Италия, Португалия, Швейцария, Финляндия, Норвегия, Франция, Испания, Швеция. Те же США не сделали этого по причине наличия в Конституции презумпции невиновности обвиняемого, о чем написано на сайте Госдепартамента в документе «UNODC — United Nations Convention against Corruption» (страница 46).

При этом даже в ратифицировавших Конвенцию государствах статья «незаконное обогащение» не вводится в законодательство. Состав преступления «незаконное обогащение» или подобный ему отсутствует как минимум в следующих государствах[20]:

  • Нидерланды [3]
  • Бельгия
  • Италия
  • Португалия
  • Швейцария
  • Финляндия
  • Норвегия
  • Франция
  • США
  • Испания
  • Швеция
  • Дания

Представители этих стран указывают три причины, по которым статья 20 не вводится в их законодательство.

  1. Понятие «незаконное обогащение» противоречит конституциям большинства стран, так как подразумевает презумпцию виновности.
  2. В этих странах обычно есть статьи, которые подразумевают автоматическое признание преступными доходов лиц, которые уже уличены в каком-нибудь серьёзном преступлении вроде наркоторговли или сутенёрства.
  3. Выполнение духа статьи 20 обеспечивается в этих странах через механизм обязательной декларации доходов чиновников и наказания за неверные данные в декларациях. Россия идёт по тому же пути — ужесточает контроль за имуществом чиновников.

Следует также отметить, что состава преступления «незаконное обогащение» не было даже в СССР. Вопреки распространённому заблуждению, при советской власти тоже могли посадить только за конкретное преступление: вроде спекуляции или валютных операций.

[править] Бельгия и Литва

В Бельгии предусмотрена уголовная ответственность за несоответствие стоимости имущества декларируемым доходам. В Литве в 2010 году внесли новую статью (189-1) в уголовный кодекс, которая фактически вводит наказание за незаконное обогащение. Любой гражданин, который владеет активами дороже 500 минимальных прожиточных минимумов (около 65 000 литов или 24 000 $), зная что они не могли быть приобретены на законные доходы, может получить большой штраф и до 4 лет лишения свободы. Отдельно стоит отметить, что статья распространяется не только на чиновников. Осенью этого года литовский суд приговорил студентку, которая не смогла объяснить происхождение средств на квартиру, к штрафу и обязал ее вернуть в казну стоимость недвижимости (около 100 000 евро). По утверждению следователей, купить жилье девушке помог ее отец, связанный с торговлей наркотиками.

[править] Франция

Примером страны, где незаконное обогащение не является полностью самостоятельным нарушением, но существует в связке с другими преступлениями является Франция. Там реализована следующая схема ответственности: если человек не может объяснить происхождение активов, то предполагается, что средства получены незаконным путем и подозреваемый об этом знает. На основании этого предположения прокуратуре не нужно доказывать финансовую связь между активами и совершенным преступлением. В итоге человек может быть привлечен к ответственности за незаконное обогащение. Такая схема работает если преступление было совершено другим человеком, например, родственником подозреваемого: чиновник будет наказан за коррупцию, а его теща за незаконное обогащение, поскольку не смогла объяснить происхождение активов.

[править] Финляндия, Испания, Польша и США

В большинстве западных стран прямого наказания за незаконное обогащение нет. При этом введен строгий порядок декларирования, а специальные службы, СМИ и общественные организации следят за достоверностью сведений. Например, в Польше министр транспорта ушел в отставку за отсутствие в декларации часов стоимостью около $5,5 тыс. Экс-чиновнику предъявили официальное обвинение, по которому ему грозит до трех лет тюрьмы.

В США нет прямого наказания за незаконное обогащение, однако в соответствии с Законом об Этике для Государственных Служащих, принятом в 1978 году, чиновники законодательной, исполнительной и судебной власти обязаны подавать ежегодные отчеты о своем финансовом состоянии. Намеренное внесение недостоверных данных является уголовным преступлением и наказывается штрафом и тюремным заключением до пяти лет. Также отчеты могут быть использованы как косвенные доказательства незаконного обогащения в уголовном деле о коррупции и служить основанием для конфискации незадекларированных активов.

[править] Гонконг

Среди стран, которые выбрали самую жесткую реализацию наказания незаконного обогащения можно выделить Гонконг. Здесь в 70-х годах приняли антикоррупционные законы, в которых была предусмотрена уголовная ответственность для чиновника, если он не сможет объяснить суду, почему его уровень жизни и стоимость активов не соответствует официальному доходу.

Статья о незаконном обогащении широко использовалась только в начале формирования антикоррупционного законодательства. По мере того, как начали функционировать другие механизмы борьбы с коррупции, например, строгое декларирование доходов и готовность граждан сообщать о вымогательстве взяток, она стала применяться все реже и с середины 90-х годов почти не используется.

[править] Дискуссии

Как правило, уровень знаний горячих сторонников внедрения Статьи 20 в законодательство очень низок, поэтому простое указание на факты обычно позволяет одержать лёгкую победу в дискуссии. Вот ответы на самые распространённые «подъезды» троллей.