201 ук рф в отношении

Злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ): судебная практика

Развитие общества — процесс непрерывный, который никогда не стоит на месте. Также постоянно развиваются отношения в экономической сфере, и это является поводом для создания новых предприятий, корпораций, организации. Не вызывает сомнения тот факт, что у каждого юридического лица, предприятия, фирмы, корпорации должен быть руководитель или несколько в зависимости от его масштаба.

Управленческие функции должны выполняться не только в главном (высшем) офисе, но даже в мелких структурных подразделениях. Назначаются на эти должности, как правило, опытные, хорошо зарекомендовавшие себя, проверенные кандидаты. Но, к сожалению, последний факт практически никогда не может повлиять на то, что на предприятиях то и дело имеет место такое нарушение, как превышение или злоупотребление полномочиями. Это действие является уголовным преступлением и подпадает под ст.201 УК РФ, предусматривающую наказание в виде заключения до 10 лет.

Что подпадает под понятие «злоупотребление»

Этот вид преступления характеризуется тем, что особа, которому предоставлены особые полномочия, использует их в корыстных целях в свою пользу или третьих лиц, при этом совершая действия, не предусмотренные должностными обязанностями. Как правило, превышение служебных полномочий возникает тогда, когда лицо желает получить какую-то экономическую пользу (выгоду). Например, руководитель предприятия или одного из его подразделений, в обязанности которого входит выполнение определенной работы, идет на нарушение и выполняет эту работу таким образом, чтобы в результате извлечь из своих деяний выгоду, нанося тем самым ущерб самому предприятию или своему подразделению.

Несмотря на то, что статья 201 УК РФ достаточно четко определяет обстоятельства, которые могут послужить основанием для открытия уголовного дела, судебная практика свидетельствует о том, что подобные дела доходят до разбирательств в суде крайне редко.

Совет: чтобы у собственников или высшего руководства предприятия появилась возможность довести дело до суда, доказательная база должна быть сформирована по всем правилам и содержать фактические улики, подтверждающие вину нечистоплотного руководителя, в противном случае доказать его вину будет практически нереально. Лучше это делать с помощью профессиональных юристов, которые не упустят никакую мелочь и смогут собрать самый сложный материал.

Объективная, субъективная сторона дела

Объективная сторона совершенного преступления по ст.201 УК РФ проявляется в использовании лицом, исполняющим руководящие функции на предприятии, своих прямых обязанностей вопреки коммерческим интересам самого предприятия, если в результате совершенных действий оно понесло существенные убытки, были нарушены законные интересы фирмы, граждан, общества, государства.

Под статью 201 УК РФ наравне с совершением действий также может попасть бездействие лица, которое привело к негативным последствиям или убыткам, руководителям предприятий следует помнить об этом. Природа деятельности при превышении полномочий допускает как свершение таких действий в пределах положенных полномочий, но наперекор интересам организации, прочего юр. лица или с превышением их. Именно совершение действий вопреки интересам является основным признаком злоупотребления полномочиями.

С субъективной точки зрения преступление по ст. 201 совершается с прямым умыслом. Признаком, характерным для субъективной стороны, является наличие противоположной цели: получение выгоды в своих интересах нанесение вреда другим.

Особенности судебной практики

Судебная практика по ст. 201 УК РФ носит сложный, часто противоречивый характер, так же как и дела, касающиеся изнасилования. Основные проблемы, с которыми сталкивается судебная практика, применяя ст.201 УК РФ, заключаются в следующем:

  • определением, в каком статусе находится организация;
  • привлечением руководителя организации к ответственности;
  • согласованием с компанией уголовного преследования ее руководящих лиц.

Определение статуса

Субъект, подпадающий под ст.201 УК РФ, обладает следующими качествами: трудится в коммерческой организации; выступает ее должностным лицом. Именно с определением последнего качества у судебных органов возникают проблемы. Это связано с тем, что участие государства в экономике страны происходит все чаще, в связи с чем появляются разновидности организаций, которые хоть и относятся, пусть несколько формально, к органам государственной власти, но при этом имеют все признаки коммерческой организации, занимаются хозяйственной деятельностью, инвестированием и т.п. Ярким примером такой структуры выступает госкорпорация, которая на законодательном уровне отнесена к некоммерческим организациям, а это говорит о том, что привлечь к ответственности по ст. 201 их не получится.

Но в отличие от госкорпораций, многие организации не имеет выраженных признаков отношения к государственной собственности, и судебная практика часто сталкивается с трудностями в определении: являются они коммерческими или нет.

Так, в судебной практике фигурирует случай о превышении полномочий путем получения взятки директором продовольственной корпорации. Изучая учредительные документы, суд не смог выяснить к какому виду относится рассматриваемое предприятие, а соответственно, по какой статье классифицировать действия должностного лица: по ст. 201, если оно является руководителем коммерческой структуры, или совсем по другой статье, если государственной, где надлежит рассматривать в составе правонарушения получение взятки.

Привлечение к ответственности руководителя

Не вызывает никакого сомнения, что генеральный директор или коммерческий относится к должностным лицам. И как говорит примечание 1 к статье 201 УК РФ, для того, чтобы появилась возможность привлечь его к уголовной ответственности, требуется получение предварительного согласия самой организации. В обзорах судебной практики нередко встречаются случаи, когда происходила отмена приговора, вынесенного по ст 201. УК РФ, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Также как может быть проведена отмена дарения квартиры при предъявлении претензий кем-то из наследников.

Например, некий руководитель пошел на превышение своих полномочий, получил выгоду, причинив значительный вред предприятию, и был осужден в соответствии со статьей 201 УК РФ. Но приговор был отменен спустя какое-то время, так как в деле отсутствовало даже заявление от предприятия, которое должно было послужить поводом для открытия уголовного дела, не говоря уже о согласии на привлечение руководителя к ответственности.

И тут опять наблюдается некоторая противоречивость. Возникает законный вопрос, кто должен давать такое согласие на привлечения лица по статье 201. Обычно любое юридическое лицо представляет генеральный директор, что делать в случае, если именно он совершил преступление и является виновным. Получается, что он должен давать согласие на привлечение к ответственности самого себя. Судебная практика пришла к заключению, что подобные согласования должны выдаваться советом директоров. Что тоже вызывает немало споров, особенно у собственников компаний.

Статья 201 УК РФ. Злоупотребление полномочиями (действующая редакция)

1. Использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, —

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

2. То же деяние, повлекшее тяжкие последствия, —

наказывается штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Примечания. 1. Выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, в статьях настоящей главы, а также в статьях 199.2 и 304 настоящего Кодекса признается лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

2 — 3. Утратили силу. — Федеральный закон от 02.11.2013 N 302-ФЗ.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 201 УК РФ

1. Объективная сторона преступления характеризуется:

1) использованием лицом своих полномочий вопреки законным интересам организации (общественно опасное деяние);

2) последствиями в виде существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества и государства;

3) причинной связью между поведением служащего и этими последствиями.

2. Общественно опасное деяние реализуется как путем действия (совершаемого в пределах или с превышением своих полномочий), так и путем бездействия служащего соответствующей организации, выражающихся в использовании управленческих полномочий вопреки законным интересам этой организации.

Полномочия того или иного лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, могут быть определены законом или иным нормативным актом, не противоречащими им уставом организации, договором (контрактом), приказом, распоряжением.

3. Использование лицом своих полномочий вопреки законным интересам коммерческой или иной организации следует понимать широко: как совершение деяния против определенных в законе и в учредительных документах задач деятельности организации.

4. Преступление считается оконченным с момента наступления существенного вреда в результате злоупотребления полномочиями, который устанавливается судом по каждому конкретному делу исходя из обстоятельств совершения преступления. Будучи по своему содержанию как имущественным (материальным), так и любым другим (моральным, физическим, организационным), он может быть причинен своей организации, в связи с чем уголовное преследование по такому факту осуществляется по заявлению или с согласия организации. Если же существенный вред наносится интересам других организаций, а также гражданам, обществу и государству, то уголовное преследование производится на общих основаниях.

5. Субъект специальный — лицо, достигшее возраста 16 лет:

— выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллективного органа;

— постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности, возложенные на него в установленном порядке, в коммерческой независимо от форм собственности либо некоммерческой организации, не являющейся государственным, муниципальным органом или учреждением.

6. К организационно-распорядительным рекомендуется относить функции по управлению трудовым коллективом (руководство коллективом, расстановка и подбор кадров, организация труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины и т.д.), а к административно-хозяйственным — полномочия по управлению и распоряжению имуществом (принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей и т.п.) (п. п. 3 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»).

7. Принципиальное отличие преступлений, предусмотренных гл. 23 УК, от перечисленных в гл. 30 УК состоит в особенностях их объекта и субъекта.

8. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом и специальной целью — извлечение выгод и преимуществ для себя или других лиц (родственников, близких, деловых партнеров и т.п.) либо нанесение вреда другим лицам.

9. Тяжкие последствия (ч. 2 комментируемой статьи) не раскрываются в законе. К ним можно отнести крупную аварию, нанесение материального ущерба в особо крупных размерах или значительное число потерпевших, потерю значительного количества рабочих мест и др. В соответствии со ст. 27 УК преступление, повлекшее эти последствия, может быть совершено по неосторожности.

10. В примечании 2 статьи закреплен особый порядок возбуждения уголовного преследования.

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЛИЦ, ВЫПОЛНЯЮЩИХ
УПРАВЛЕНЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ В КОММЕРЧЕСКИХ И ИНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ

Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации содержит две главы, включающие нормы о преступлениях, основным объектом которых являются интересы службы: главу 23 («Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях») и главу 30 («Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления»). Сравнительный анализ уголовно-правовых норм, содержащихся в указанных главах, свидетельствует о наличии пробелов уголовного законодательства. В частности, это касается уголовной ответственности лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, за превышение полномочий и за невыполнение либо ненадлежащее выполнение служебных обязанностей, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Не урегулирован также вопрос о квалификации действий указанных лиц в случае подделки ими официальных документов, находящихся в их ведении в связи со служебной деятельностью.

Глава 30 УК РФ включает две самостоятельных уголовно-правовых нормы, предусматривающих ответственность за злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) и за превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ). Эти нормы не соотносятся друг с другом как общая и специальная, хотя в литературе высказана и иная точка зрения. Причем одни авторы полагают, что превышение должностных полномочий — вид злоупотребления должностными полномочиями(1), а по мнению других, всякое злоупотребление должностными полномочиями в форме действия следует рассматривать в качестве специального случая превышения должностных полномочий(2).

На наш взгляд, критерий разграничения злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий заключается в содержании правовых предписаний, тех требований, которые предъявляются к служебному поведению должностного лица и которые должностное лицо нарушает при злоупотреблении должностными полномочиями и при превышении должностных полномочий. При злоупотреблении должностными полномочиями нарушается требование использовать предоставленное должностному лицу конкретное полномочие в соответствии с правовыми предписаниями относительно порядка совершения действия и соответствия его закону по содержанию. При превышении должностных полномочий — требование в своей служебной деятельности использовать только те полномочия, которыми должностное лицо наделено,

т. е. не выходить за пределы своей компетенции (совокупности полномочий)(1).

В главе 23 Особенной части УК РФ отсутствует норма, устанавливающая уголовную ответственность за превышение полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, что, на наш взгляд, не способствует единообразному применению уголовного закона. Как позиции ученых, так и судебные решения при юридической оценке превышения служебных полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, расходятся.

Б. В. Волженкин полагал, что превышение полномочий является разновидностью злоупотребления полномочиями, поэтому состав преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ, охватывает и случаи превышения лицом, выполняющим управленческие функции, своих полномочий(2).

Однако это мнение сложилось в период действия УК РСФСР 1960 г., когда редакция статей, предусматривающих ответственность за аналогичные преступления, была иной. В статье 170 УК РСФСР говорилось о злоупотреблении властью или служебным положением, а в ст. 171 УК РСФСР — о превышении власти или служебных полномочий. При такой формулировке, действительно, норма о превышении власти или служебных полномочий могла рассматриваться как специальная по отношению к общей норме о злоупотреблении властью или служебным положением, так как понятие «служебное положение» шире понятия «служебные полномочия». При превышении служебных полномочий должностное лицо всегда использует свое служебное положение. В Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. ст. 285 предусматривает ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, т. е. за использование ненадлежащим образом тех полномочий, которыми субъект наделен, а ст. 286 — за превышение полномочий, т. е. за осуществление действий, для совершения которых у субъекта в принципе отсутствуют полномочия. Таким образом, превышение должностных полномочий не может рассматриваться как частный случай злоупотребления должностными полномочиями. В равной степени это относится к злоупотреблению полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, и превышению им своих полномочий.

По мнению А. В. Бриллиантова, поскольку уголовным законом не предусмотрен состав превышения полномочий применительно к преступлениям против интересов службы в коммерческих и иных организациях, превышение полномочий охватывается составом злоупотребления полномочиями(3).

Но применение уголовного закона по аналогии недопустимо.

Некоторые правоприменители склоняются к тому, что поскольку в уголовном законе существует пробел, привлечение к уголовной ответственности при превышении полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, исключается полностью.

Анализ практики показывает, что квалификация действий, связанных с превышением полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, вызывает затруднения.

Так, Е. был признан виновным в том, что он, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, использовал свои полномочия вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, что повлекло причинение существенного вреда законным интересам организации.

Е. выполнял управленческие функции в ООО «Т» в должности начальника отдела по расчетам за газ. Одновременно он являлся учредителем и фактическим руководителем ООО «А» и ОАО «Ц». Имея доверенность на проведение операций с векселями, Е. использовал векселя ООО «А» для проведения взаиморасчетов между дебиторами и кредиторами ООО «Т», подписывая гарантийные письма от имени ООО «Т» о приеме указанных векселей. Таким образом, он создал искусственную ликвидность данных векселей. Впоследствии использовал векселя ООО «А» при расчетах со сторонними организациями за полученные товарно-материальные ценности в целях извлечения выгод для себя, ООО «А» и ОАО «Ц».

Верховный Суд Российской Федерации приговор и судебные акты по делу отменил и направил дело на новое судебное рассмотрение, указав, что из приговора не видно, использовал ли осужденный служебные полномочия или же вышел за пределы представленных ему полномочий, между тем выяснение данного обстоятельства имеет существенное значение для принятия по делу правильного решения(1).

Представляется, что отсутствие нормы, устанавливающей ответственность за превышение полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, не исключает их ответственность в тех случаях, когда деяние содержит признаки иных составов преступлений, в том числе самоуправства, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, причинения вреда жизни или здоровью по неосторожности и т. д. Вместе с тем привлечение к уголовной ответственности указанных лиц за совершение общеуголовных преступлений иногда весьма проблематично.

Так, по ч. 1 ст. 330 УК РФ был осужден Н., который, работая генеральным директором филиала ЗАО НПФ , действуя без каких-либо полномочий со стороны надлежащего органа — собрания акционеров ЗАО, в нарушение Федерального закона «Об акционерных обществах», Положения о филиале , издал приказ о выделении себе ссуды. На основании этого приказа он по договору от 23 февраля 1996 г. получил ссуду, а 27 января 1997 г. без разрешения собрания акционеров и правления ЗАО издал приказ о ее погашении, после чего указанная сумма была списана как убытки прошлых лет.

Аналогичным способом вопреки установленному порядку он оплатил своей жене, главному эксперту филиала, стоимость путевки в санаторий за счет средств филиала, а затем списал как убытки.

Помимо этого Н., не имея полномочий от собрания акционеров ЗАО, выдал ссуды сотрудникам филиала Ф. и Х.

Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации в протесте поставил вопрос об отмене приговора районного суда и определения судебной коллегии областного суда и прекращении дела за отсутствием в действиях Н. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. Президиум Липецкого областного суда протест удовлетворил по тем основаниям, что в соответствии с показаниями свидетеля В. (первый вице-президент данной фирмы) рублей для ЗАО небольшая сумма, существенного вреда интересам организации причинено не было(2).

Вместе с тем анализируемая ситуация не столь однозначна.

Во-первых, в ходе следствия необходимо было установить, не было ли Н. совершено хищение в виде присвоения и растраты вверенного имущества, так как речь идет о ссудах, т. е. о возмездном получении денег, а полученные деньги впоследствии были списаны. Действия Н. не будут содержать признаков хищения, если получение и списание ссуды в принципе было возможно, но был нарушен установленный порядок совершения таких действий.

Во-вторых, признаки самоуправства могут отсутствовать не только потому, что ущерб не признан

значительным, но и потому, что Н. мог заведомо сознавать отсутствие у него права на совершение указанных действий.

Таким образом, с одной стороны, судебная практика констатирует, что ст. 201 УК РФ не охватывает случаи превышения полномочий, с другой стороны, возникают проблемы квалификации деяний лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, если общественно опасные последствия явились результатом именно превышения служебных полномочий.

Превышение служебных полномочий, на наш взгляд, отличается повышенной общественной опасностью по сравнению со злоупотреблением полномочиями, что должно найти отражение в уголовном законе. Соответствующую норму необходимо включить в главу 23 «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях».

Вторая проблема связана с ответственностью лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, за деяния, повлекшие общественно опасные последствия по неосторожности.

Существенный вред правам и законным интересам граждан или организаций, охраняемым законом интересам общества или государства, а также различного рода тяжкие последствия могут быть следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих обязанностей в связи с недобросовестным или небрежным отношением к службе.

Если установлена неосторожная форма вины (самонадеянность или преступная небрежность), квалификация по ст. 201 УК РФ исключается, так как это преступление может быть совершено только умышленно.

В главе 30 УК РФ предусмотрена ответственность должностных лиц за халатность. Самостоятельный аналогичный состав преступления в отношении лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, в Уголовном кодексе Российской Федерации отсутствует. Привлечение указанных субъектов к уголовной ответственности по ст. 292 УК РФ недопустимо, так как это есть применение закона по аналогии, что категорически запрещается.

По приговору Курганского областного суда К., И., Т., В., М. и Ч. осуждены за злоупотребление полномочиями, а также за другие преступления, относящиеся к гл. 30 УК РФ «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления». Все осужденные являлись работниками отделения Южно-Уральской железной дороги. Обосновывая переквалификацию содеянного на ст. 201 УК РФ, суд указал, что их действия не могут быть квалифицированы по статьям гл. 30 УК РФ, поскольку отделение Южно-Уральской железной дороги является государственным предприятием, действующим как коммерческая организация в форме государственного унитарного предприятия. Несмотря на такой вывод, суд признал И., Т., Ч. и В. виновными по ст. 292 УК РФ, а К. и М. — по ч. 1 ст. 293 УК РФ, т. е. признал их виновными в совершении преступлений, входящих в гл. 30 УК РФ. Приговор в этой части отменен, а дело прекращено производством в связи с отсутствием в действиях осужденных состава преступления(1).

В связи с отсутствием уголовно-право-вой нормы, предусматривающей ответственность лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, за халатность, некоторыми исследователями делается вывод о том, что халатность руководителя может повлечь дисциплинарную и (или) гражданско-правовую, но не уголовную ответственность(2).

На наш взгляд, это не совсем так. Если по отношению к последствиям установлена неосторожная вина лица, выполняющего управленческие функции,

то ответственность может наступить за неосторожные преступления против личности, неосторожное уничтожение или повреждение чужого имущества, нарушение правил охраны труда или правил безопасности и т. д.

По мнению некоторых авторов, при ненадлежащем исполнении служебных обязанностей управленческим работником коммерческой или иной организации, повлекшем по неосторожности тяжкие последствия, основным объектом преступления выступает личность, общественная безопасность, здоровье населения и другие объекты, поэтому законодатель прав, не установив ответственность указанных лиц за деяние, соответствующее халатности должностных лиц(1).

Вместе с тем известны случаи, когда в результате халатного отношения к службе лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих организациях, в том числе в государственных или муниципальных, причинялся многомиллионный ущерб государственной или муниципальной собственности либо существенно нарушались права и законные интересы граждан, но виновные лица понесли лишь дисциплинарную ответственность. Поэтому полагаем необходимым включить в гл. 23 УК РФ норму, аналогичную ст. 293 УК РФ.

И третья проблема связана с квалификацией изготовления или использования поддельного официального документа.

Юридическая оценка служебного подлога, совершаемого лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, также не однозначна как в теории, так и в правоприменительной деятельности.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в одном из определений указала, что официальные документы — это такие документы, которые удостоверяют события или факты, имеющие юридическое значение и влекущие соответствующие юридические последствия, либо предоставляют права, возлагают обязанности или освобождают от них(2).

Таким образом, по содержанию можно выделить две группы официальных документов: 1) официальные документы, предоставляющие права, возлагающие обязанности или освобождающие от них; 2) официальные документы, не обладающие такими признаками, но удостоверяющие события или факты, имеющие юридическое значение.

В большинстве случаев подделываемые официальные документы относятся к первой группе (например, уставные и учредительные документы, договоры и др.). Иногда документами, предоставляющими права, возлагающими обязанности или освобождающими от них, признаются протоколы общих собраний, заседаний других руководящих или управляющих органов коммерческих и некоммерческих организаций, выписки из протоколов.

Так, судом были признаны официальными документами протокол общего собрания акционеров и устав ЗАО , поскольку устав носит нормативный характер, а протокол собрания акционеров и выписка из него предоставляют право Межрайонной инспекции Министерства по налогам и сборам оформить государственную регистрацию организации. Указанные документы подделывались с целью их использования и фактически использовались. Все эти документы являются официальными, поскольку предусмотрены Федеральным законом «Об акционерных обществах» и предоставляют права(3).

При решении вопроса о квалификации подделки и использования официального документа лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, необходимо установить: 1) относится ли работа с указанными документами к сфере служебной деятельности управленца; 2) к какой группе документов относится подделанный официальный документ.

В зависимости от сочетания указанных обстоятельств и вида официального документа возможны несколько вариантов квалификации:

а) по своим служебным полномочиям лицо не имеет отношения к тем документам, которые подделывает и в дальнейшем использует. Если это официальный документ, предоставляющий права, возлагающий обязанности или освобождающий от них, то субъект несет ответственность по ст. 327 УК РФ. Если же это официальный документ, не обладающий указанными признаками, то отсутствуют признаки как состава преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ (нет предмета преступления), так и состава преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ (нет использования полномочий);

б) принятие, издание или другая работа с официальным документом входит в служебные полномочия лица, выполняющего управленческие функции. Если данное лицо подделывает официальный документ, удостоверяющий юридический факт, но не связанный с предоставлением прав, возложением обязанностей или освобождением от них (например, заключение по результатам ведомственной проверки), то его действия, при наличии всех признаков преступления, квалифицируются только по ст. 201 УК РФ, так как ст. 327 УК РФ предусматривает ответственность не просто за подделку и использование официального документа, но за подделку и использование официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей;

в) подделка и использование официальных документов, предоставляющих права, возлагающих обязанности или освобождающих от них, осуществляются управленцем, в чьи служебные полномочия входит работа с этими документами. В научной литературе встречаются два подхода к решению вопроса о квалификации:
действия по подделке официального документа и его использованию охватываются ст. 201 УК РФ(1);
действия по подделке официального документа и его использованию необходимо квалифицировать по ст. 327 УК РФ(2).

Представляется, что при квалификации таких ситуаций только по ст. 327 УК РФ не находит отражения такой объект посягательства, как интересы службы. Квалификация по ст. 201 УК РФ учитывает признаки посягательства как на основной непосредственный объект — интересы службы, так и на дополнительный объект — порядок управления (существенный вред интересам государства). Однако квалификация по ст. 201 УК РФ возможна, если установлены все объективные и субъективные признаки злоупотребления полномочиями. Если не установлена предусмотренная в составе злоупотребления полномочиями цель совершения преступления или не наступили последствия, предусмотренные в ст. 201 УК РФ, то квалификация по данной статье исключается, но это не освобождает лицо от уголовной ответственности по ст. 327 УК РФ.

Квалификация по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 201 и 327 УК РФ, возможна, если имеет место реальная совокупность преступлений. Например, сначала лицо злоупотребляет полномочиями, а затем подделывает официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей, чтобы скрыть факт злоупотребления.

Таким образом, квалификация подлога официальных документов, совершаемого лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях, сопряжена со значительными трудностями, а в некоторых случаях уголовная ответственность указанных лиц невозможна, в связи с чем, на наш взгляд, также требуется дополнение гл. 23 УК РФ соответствующей уголовно-правовой нормой, устанавливающей ответственность за служебный подлог, совершаемый лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

201 ук рф в отношении

Именем Российской Федерации.

г.Новороссийск 18 января 2010 г

Приморский районный суд г.Новороссийска в составе: судьи — Балиной О.Ф., при секретаре — Блитовой СВ., с участием государственного обвинителя — помощника прокурора г. Новороссийска — Власовой Е.Ю., защитника — адвоката Золотухина А.В., представителя потерпевшего, подсудимого – Т…,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Т…, 1974 г. рождения, уроженца Воскресенского района Московской области, гражданина РФ, разведенного, имеющего на иждивении двух несовершеннолетних детей, имеющего среднее специальное образование, не работающего, военнообязанного, зарегистрированного в г. Новороссийске ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ,

Т. выполняя управленческие функции в коммерческой организации, использовал свои полномочия вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, данные действия повлекли причинение существенного вреда правам и законным интересам организации.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах: Т…, на основании приказа о приеме на работу , являясь заместителем генерального директора по экспедированию О ОО «Т…», выполняя организационно-распорядительные функции согласно должностной инструкции, а именно — наделенным полномочиями по принятию мер по своевременному заключению договоров экспедирования грузов, обеспечению выполнения договорных обязательств по договорам экспедирования, не обладая правом первой подписи в организации, в период времени с 16 января 2009 года по 19 февраля 2009 года, действуя вопреки законным интересам организации, причинил существенный ущерб ООО «Т…» в сумме 465.229,28 руб.

Так он, представляя интересы ООО «Т…», достоверно зная, что 3 сентября 2007 года между ООО «Т…» и ООО «С…» в г.Новороссийске, заключен агентский договор, согласно которого, ООО «С…» в г.Новороссииске, выступающий как линейный агент судоходной компании, берет на себя обязательства по организации перевозок экспортных и импортных грузов ООО «Т…» на согласованные пункты отправки, за вознаграждение и за счет последнего, 20 декабря 2008 года, действуя от имени ООО «Т…», разместил по электронному адресу о перевозке катера с прицепом, по маршруту Саванна (США) — Новороссийск (Россия), получателем и собственником которого являлся И…

16 января 2009 года, в неустановленное время, Т…, реализуя свой преступный умысел, действуя из корыстных побуждений, в целях извлечения выгоды и преимущества для себя, находясь в офисном помещении ООО «Т…», получил от И… денежную сумму, в размере 5.000 долларов США, что эквивалентно 161.067,5 российским рублям по курсу на день передачи, в счет частичной оплаты за транспортировку указанного груза, не заключив договора об оказании транспортно-экспедиторских услуг.

12 февраля 2009 года Т…, самостоятельно, без согласования с генеральным директором ООО «Т…» — Т…, отправил письменное подтверждение контейнерной линии ООО «С…» в г.Новороссийске о выставлении счетов в адрес ООО «Т…» за оказанные услуги по транспортировке груза приобретенного И… катера с прицепом.

По прибытию контейнера с заказанным для И… грузом в морской порт Новороссийск, 14 февраля 2009 года, в неустановленное время, Т…, продолжая свои последовательные преступные действия, находясь в офисном помещении ООО «Т…», получил от И… денежную сумму, в размере 5.600 долларов США, что эквивалентно 194.881,68 российскому рублю по курсу на день передачи, в счет частичной оплаты за транспортировку указанного катера с прицепом.

19 февраля 2009 года, в неустановленное время, по указанию Т…, экспедитором ООО «Т…» — Ф… в адрес ООО «С…» направлен запрос на выпуск указанного выше контейнера. После чего, 19 февраля 2009 года, в неустановленное время, Т…, находясь в офисном помещении ООО «Т…», получил от И…, денежную сумму, в размере 3.000 долларов США, что эквивалентно 109.280,1 российским рублям по курсу на день передачи, в счет окончательной оплаты за оказанные услуги по транспортировке груза.

19 февраля 2009 года, в неустановленное время, продолжая последовательные преступные действия, в целях извлечения выгоды для себя и придания мнимой уверенности в добросовестности действий ООО «Т…», используя производственный компьютер организации, находясь в офисном помещении, самолично изготовил гарантийное письмо от 19 февраля 2009 года, в котором указано, что ООО «Т…», в лице генерального директора Т…, гарантирует оплату в течение трех банковских дней, с момента получения счетов по хранению вышеуказанного контейнера, проставив в письме свою личную подпись и скрепив оттиском круглой печати ООО «Т…». После чего, Т…, не поставив в известность генерального директора организации – Т…, отправил по факсу подложное гарантийное письмо в адрес ООО «С…».

20 февраля 2009 года, в неустановленное время, Т…, действуя из корыстных побуждений, находясь в офисном помещении ООО «Т… », направил по электронной почте копии платежных поручений на сумму 35.415,01 рублей и на сумму 448.016,30 рублей, датированных 19 февраля 2009 года, изготовленных по просьбе Т…, начальником отдела стратегического планирования ООО «К…», С…, введенным в заблуждение относительно добросовестности своих действий, проставив посредством производственного компьютера в указанных платежных поручениях электронные штампы Банка в г.Новороссийске об исполнении платежей. Данные платежные поручения содержат заведомо ложные сведения, относительно осуществления ООО «Т…» платежей за океанский фрахт и выгрузку контейнера в порту, согласно ранее выставленным контейнерной линией ООО «С… » счетам-фактурам от 19 февраля 2009 года, проставив посредством производственного компьютера в указанных платежных поручениях электронные штампы Банка в г.Новороссийске об исполнении платежей.

20 февраля 2009 года, на основании вышеуказанных платежных поручений и гарантийного письма, контейнерной линией ООО «С…» в г.Новороссийске дано разрешение на выпуск груза и выдан документ учета конечному получателю груза – И…

Т…, действуя вопреки законным интересам ООО «Т… », денежные средства на общую сумму 465.229,28 рублей, полученные у И…, по кассе организации не оприходовал, распорядившись указанными денежными средствами по собственному усмотрению, причинив ООО «Т…» существенный материальный ущерб, в виде образовавшейся кредиторской задолженности у ООО «Т…» перед ООО «С…» по оплате выставленных счетов за транспортировку указанного выше груза.

Подсудимый Т… полностью признал свою вину, согласился с предъявленным ему обвинением и заявил ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, т.е. в особом порядке. Пояснил, что и ранее неоднократно пользовался деньгами предприятия, иногда возвращал их, иногда нет. Брал деньги для погашения личных кредитов и возвращения личных долгов. Долги не были связаны с какими-то экстремальными ситуациями, просто занимал деньги для удовлетворения собственных потребностей. Подтверждает, что имел долговые обязательства и перед братом, которые не всегда исполнял. Считал, что это семейный бизнес и он может пользоваться денежными средствами беспрепятственно. Его двое несовершеннолетних детей проживают с матерями, он оказывает им материальную помощь, алименты судом не взысканы.До возбуждения уголовного дела брат просил его погасить ущерб. Он перевел деньги в сумме 100.000 р., но они не были зачислены на счет ООО «С…», т.к. были перечислены не ООО «Т…», а лично им. До настоящего времени причиненный ущерб по делу им не возмещен, т.к. не имеет денежных средств. Намерен возмещать ущерб, но когда сможет это сделать не знает, т.к. в настоящее время не работает. В содеянном чистосердечно раскаивается, просит не лишать свободы . Исковые требования признает частично , за минусом 100 000 р., перечисленных им на счет ООО «С…».

Защитник поддержал ходатайство своего подзащитного о рассмотрении уголовного дела в особом порядке и также просил суд определить меру наказания Т… без лишения свободы, предоставив возможность погашать иск.

Представитель потерпевшего Т… согласился с рассмотрением данного уголовного дела без проведения судебного разбирательства, т.е. в особом порядке и пояснил, что подсудимый является его родным братом. В 2006 г. они создали ООО «Т…», в котором шесть сотрудников. Он является генеральным директором , Т… — был заместителем директора. Неоднократно подсудимый брал деньги в долг лично у него , а также пользовался деньгами предприятия. Иногда возвращал их , иногда нет. У него накопились большие долги перед 000«Т…». Брал деньги то на строительство дома, то на нужды своей сожительницы и ее детей. В феврале 2009 г. он узнал, что 000«Т…» имеет задолженность перед ООО «С…» в сумме 465 229 ,28 р. Разобрался и выяснил, что именно Т… виновен в неоплате указанной суммы. Предложил Т… погасить эту задолженность , т.к. денежные средства, полученные им от И… в кассу предприятия внесены не были. До июля 2009 г. он ждал , когда подсудимый внесет деньги, однако задолженность не погашалась и тогда он написал заявление в органы милиции и было возбуждено уголовное дело в отношении подсудимого. В настоящее время подсудимый в их организации не работает. Ущерб до настоящего времени не возмещен. Просит удовлетворить иск в сумме 483 431,31р., т.к. сумма увеличилась в связи с необходимостью оплаты хранения груза. Пояснил, что предпринимал попытки зачесть, перечисленные подсудимым 100 000 р. в счет погашения образовавшейся задолженности , однако руководство ООО «С…» отказывается сделать это. На данный момент ущерб, причиненный действиями подсудимого

000«Т…»., равен 483 431,31 руб. Меру наказания; подсудимому просит определить без реального лишения свободы предоставив возможность погасить иск.

Государственный обвинитель выразил согласие с постановление? приговора без проведения судебного разбирательства, т.е. в особо* порядке.

Принимая во внимание, что санкция ч. 1 ст.201 УК РФ, которая вменен; в вину подсудимому Т…, предусматривает максимально» наказание до 10 лет лишения свободы, согласие подсудимого предъявленным ему обвинением и заявленное им, в присутствии защитника ходатайство о постановлении приговора без проведения судебной разбирательства, с которым согласились представитель потерпевшего государственный обвинитель, судья приходит к выводу о том, что обвинение, с которым согласился подсудимый, является обоснованным, вина подсудимого по ч.1 ст.201 УК РФ — полностью доказана материалам уголовного дела. Поэтому у суда имеется возможность постановление приговора без проведения судебного разбирательства, т.е. в особое порядке.

Суд считает, что в действиях Т… имеется состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, т.е. он, выполняв управленческие функции в коммерческой организации, использовал свор полномочия вопреки законным интересам этой организации и в целя извлечения выгод и преимуществ для себя, повлекшее причинение существенного вреда правам и законным интересам организации.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, в соответствии ее ст.63 УК РФ, суд не усматривает.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд признает — привлечение к уголовной ответственности впервые, полное признание вины и чистосердечное раскаяние в содеянном наличие на иждивении двух несовершеннолетних детей, положительные характеристики по месту работы и с места жительства.

Обсуждая вопрос об избрании вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления средней тяжести, обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, указанные смягчающие наказание подсудимого обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи и считает, что исправление и перевоспитание Т… возможны без изоляции от общества. Суд считает возможным назначить подсудимому меру наказания в виде исправительных работ, т.к. в настоящее время он не работает, а обязан принять меры к возмещению причиненного ущерба. По состоянию здоровья суд считает, что подсудимый способен выполнять эти работы.

Суд считает , что основания применения ст. ст. 64, 73 УК РФ отсутствуют.

Иск ООО «Т…» к Т… о взыскании 483 431 р. 31 коп. суд оценивает как обоснованный и подлежащий удовлетворению.

На основании изложенного и , руководствуясь ст. 316 УПК РФ, суд

Признать Т… виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ , и назначить наказание в виде одного года шести месяцев исправительных работ с удержанием доход государства 15 % заработной платы ежемесячно.

Исправительные работы отбывать в местах, определяемых органом местного самоуправления, по согласованию с органом, исполняющим наказание в виде исправительных работ, но в районе жительства
осужденного.

Срок наказания исчислять с момента начала исправительных работ.

Меру пресечения Т… — подписку о невыезде — до вступлении; приговора в законную силу не изменять.

Взыскать с Т… в пользу ООО «Т… » в счет возмещения причиненного материального ущерба 483 431 (Четыреста восемьдесят три тысячи четыреста тридцать один) рубль 31 копейку.

Вещественные доказательства — учредительные, уставные документы отношении 000 «Т…», приказ о назначении на должность генерального директора и приказ о возложении на Т… обязанностей главного бухгалтера 000 «Т…», трудовой договор Т…, приказ о приеме на работу Т…, приказ с прекращении трудового договора с Т…, должностную инструкцию Т…, договор возмездного оказания услуг по ведении: бухгалтерского и налогового учета, заключенный между ООО «Т… » т 000 «К…» — после вступления приговора в законную силу. оставить по принадлежности в 000 «Т…».

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Краснодарский краевой суд через Приморский районный суд г. Новороссийска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, — в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Приговор вступил в законную силу 10 марта 2010 г.