51 статья уголовного процессуального кодекса

Статья 51. Обязательное участие защитника

1. Участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 настоящего Кодекса;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

3.1) судебное разбирательство проводится в порядке, предусмотренном частью пятой статьи 247 настоящего Кодекса;

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса;

8) подозреваемый заявил ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса.

2. В случаях, предусмотренных пунктами 1 — 5 части первой настоящей статьи, участие защитника обеспечивается в порядке, установленном частью третьей статьи 49 настоящего Кодекса, а в случаях, предусмотренных пунктами 6, 7 и 8 части первой настоящей статьи, — с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей или ходатайства о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса, либо с момента заявления подозреваемым ходатайства о производстве по уголовному делу в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса.

3. Если в случаях, предусмотренных частью первой настоящей статьи, защитник не приглашен самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, то дознаватель, следователь или суд обеспечивает участие защитника в уголовном судопроизводстве.

Комментарий к статье 51 Уголовно-процессуального Кодекса РФ

1. Законом участие защитника признается обязательным, если:

— в деле нет письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об отказе от помощи защитника (п. 1 ч. 1 ст. 51, ч. 1 ст. 52);

— подозреваемый или обвиняемый лишь является несовершеннолетним, хотя не предусмотрено, что право на обязательное участие защитника сохраняется за несовершеннолетним обвиняемым (подозреваемым), который совершил инкриминируемое деяние до совершеннолетия, но достиг в ходе уголовного судопроизводства возраста 18 лет (п. 2 ч. 1);

— лицо обвиняется в совершении преступления, за которое в качестве меры наказания может быть назначена не только смертная казнь, но и лишение свободы на срок свыше пятнадцати лет или пожизненное лишение свободы (п. 5 ч. 1);

— хотя бы один из обвиняемых заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, причем если раньше защитник обязательно должен был участвовать уже при объявлении обвиняемому об окончании предварительного следствия и предъявлении для ознакомления материалов дела (ч. 1 ст. 426 УПК РСФСР), то теперь его обязательное вступление в дело приходится на более позднее время, а именно на момент заявления обвиняемым ходатайства о рассмотрении дела судом присяжных (ч. 2 ст. 51 УПК РФ), что по смыслу ч. ч. 4 — 5 ст. 217 УПК имеет место уже после ознакомления с материалами дела;

— хотя бы один из обвиняемых заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, установленном гл. 40 УПК;

— рассматривается вопрос о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве (ч. 1 ст. 317.1);

— в соответствии с ч. 6 ст. 247 УПК (введ. ФЗ от 27.07.2006) участие защитника в заочном судебном разбирательстве обязательно.

2. Физические или психические недостатки, о которых идет речь в п. 3 ч. 1 настоящей статьи, — недостатки или заболевания, в силу которых подозреваемый, обвиняемый не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту, т.е. препятствующие личной реализации прав подозреваемого, обвиняемого в том случае, если бы он лишился помощи защитника и законного представителя. Физические недостатки — это, прежде всего, такие дефекты или заболевания, как немота, глухота, слепота или болезнь зрения, а равно физические дефекты и увечья, существенно ограничивающие способность к передвижению, в силу которых обвиняемый, подозреваемый испытывает дополнительные затруднения, например, при возникновении у него необходимости посещения следователя, прокурора, судьи для подачи жалоб, заявления ходатайств или ознакомления с материалами дела (отсутствие или болезнь ног, нарушение двигательных функций). Физические недостатки — это не только дефекты и увечья, но и наличие у подозреваемого или обвиняемого острого или хронического тяжелого заболевания, из-за которого он не может правильно воспринимать и оценивать ход и результаты следственных и иных процессуальных действий. Физические недостатки, не препятствующие реализации процессуальных прав, даже если они имеют весьма серьезный характер (например, отсутствие руки, которой обвиняемый не пользуется при письме), не являются основанием для обязательного участия защитника. Психическими недостатками, требующими обязательного участия защитника, следует считать и такие психические расстройства, которые не исключают вменяемости подозреваемого или обвиняемого. В неочевидных случаях для решения этого вопроса необходимо получение медицинского заключения (по аналогии с п. 4 ч. 1 ст. 208) либо даже проведение судебной экспертизы. При этом следует иметь в виду, что все сомнения толкуются в пользу обвиняемого или подозреваемого. Поэтому даже сам факт назначения подобной экспертизы может служить поводом для обеспечения помощи защитника в обязательном порядке, как это имеет место при производстве о применении принудительных мер медицинского характера (ст. 438).

3. Рассмотрение уголовного дела без участия защитника в случаях, предусмотренных данной статьей, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора (п. 4 ч. 2 ст. 381, 389.17).

4. Обязательное участие защитника может быть обеспечено как в порядке приглашения защитника подозреваемого, обвиняемого или других лиц (ч. 1 ст. 50), так и по назначению (ч. ч. 2 — 4 ст. 50).

Статья 51 Конституции Российской Федерации

Последняя редакция Статьи 51 Конституции РФ гласит:

1. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

2. Федеральным законом могут устанавливаться иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

Комментарий к Ст. 51 КРФ

1. Показания лиц, которые обладают какой-либо информацией об обстоятельствах, подлежащих установлению в ходе конституционного, гражданского, уголовного, административного или арбитражного судопроизводства, — свидетелей, потерпевших, обвиняемых и истцов, ответчиков и др. — являются одним из важнейших процессуальных средств, с помощью которого обеспечивается установление обстоятельств уголовного дела и решение иных задач, стоящих перед правосудием. С учетом значимости показаний различных участников процесса и других лиц, привлекаемых к производству по делу, государство закрепляет обязанность свидетельствовать в качестве одной из важнейших юридических обязанностей граждан (ст. 64 ФКЗоКС, ст. 70 ГПК, ст. 42, 56 УПК), неисполнение которой в форме отказа от дачи показаний или дачи заведомо ложных показаний может влечь наступление даже уголовной ответственности (ст. 307, 308 УК).

Вместе с тем Конституция России закрепляет в качестве одного из неотъемлемых право любого человека не свидетельствовать в суде или ином органе против себя самого, своего супруга и близких родственников. Это право служит гарантией, обеспечивающей достоинство человека (ст. 21), неприкосновенность его частной жизни, личной и семейной тайны (ст. 23, 24), возможность защиты им своих прав и свобод (ст. 45), рассмотрение дел в судах на основе презумпции невиновности и состязательности (ст. 49, 123).

Право каждого не свидетельствовать против себя самого, как подчеркнул Конституционный Суд в Постановлении от 25 апреля 2001 г. N 6-П, в силу ст. 18 Конституции является непосредственно действующим и должно обеспечиваться — в том числе правоприменителем — на основе закрепленного в ч. 1 ст. 15 Конституции требования о прямом действии конституционных норм.

Наличие подобной гарантии, провозглашаемой на конституционном уровне, приобретает особый смысл, если учесть, что еще не так давно в нашем государстве признание обвиняемым по уголовному делу своей вины рассматривалось в качестве «царицы доказательств» и правоприменители всяческими способами добивались получения от обвиняемого такого признания.

Подпунктом «q» п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах право «не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным» предусмотрено в качестве одной из гарантий при рассмотрении любого предъявленного лицу обвинения. Комментируемая статья Конституции, однако, не ограничивает возможности осуществления этого права лишь сферой уголовного судопроизводства и, соответственно, вопросами установления виновности лица в совершении преступления. Сообразно этому в отраслевом законодательстве предусматривается право отказаться от дачи показаний не только для подозреваемого и обвиняемого (ст. 46, 47 УПК), но и для потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика, стороны в конституционном судопроизводстве (ст. 42, 44, 54, 56 УПК; ст. 35, 68 ГПК; ст. 53 ФКЗоКС) — лиц, чьи показания (объяснения) по собственному делу объективно, помимо их воли могут быть использованы во вред отстаиваемым интересам.

Из положения, закрепленного в ч. 1 комментируемой статьи, следует несколько практических выводов.

Во-первых, любой человек вправе по своему усмотрению решать, свидетельствовать ему в отношении себя самого, своего супруга и близких родственников или отказаться от дачи показаний. При этом процессуальная роль допрашиваемого лица не имеет существенного значения: даже если человек формально не является подозреваемым или обвиняемым, от него нельзя под угрозой ответственности требовать показаний по делу, в котором имеются доказательства его причастности к совершению преступления (например, по делу, выделенному в отношении одного из соучастников преступления в отдельное производство). Точно так же не имеет значения для реализации закрепленного в анализируемой норме то, является ли супруг или близкий родственник допрашиваемого участником процесса (подозреваемым или обвиняемым).

Важной гарантией права лица отказаться от дачи показаний против себя самого является закрепленное в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК положение, согласно которому показания обвиняемого, подозреваемого, данные в ходе досудебного производства в отсутствие защитника и не подтвержденные обвиняемым, подозреваемым в суде, признаются недопустимыми доказательствами. Данное положение направлено на предотвращение случаев возможных злоупотреблений служебным положением со стороны сотрудников органов предварительного расследования, добивающихся в нарушение ч. 1 комментируемой статьи в ходе дознания или предварительного следствия от обвиняемого, подозреваемого признательных показаний с расчетом на то, что именно эти показания впоследствии будут положены в основу приговора. Причем, как признал Конституционный Суд, недопустимым является не только прямое (путем оглашения протокола допроса), но и опосредованное (путем допроса дознавателя или следователя о содержании показаний, полученных ими в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и восстановления тем самым содержания этих показаний) использование показаний обвиняемого, подозреваемого, от которых он отказался в суде (Определение от 6 февраля 2004 г. N 44-О//СЗ РФ. 2004. N 14. ст. 1341).

Во-вторых, суды и иные правоприменительные органы не могут обязать допрашиваемое лицо в той или иной форме свидетельствовать против себя, супруга и близких родственников. Они не вправе использовать для получения таких показаний угрозы (в том числе ответственностью), шантаж, иное принуждение, равно как и обман (в частности, умолчание о праве отказаться от дачи показаний). Это, конечно, не означает, что следователь или суд не может предлагать лицу дать подобные показания или пытаться в законных рамках с помощью специальной тактики и методики ведения допроса добиваться таких показаний.

В-третьих, отсутствие обязанности свидетельствовать против себя самого или против своих близких родственников предполагает право человека отказаться не только от дачи показаний, но и от предоставления правоприменительным органам иных компрометирующих его доказательств: предметов и орудий преступления, других вещественных доказательств, документов и т.д.

Вместе с тем, как признал Конституционный Суд в Определении от 16 декабря 2004 г. N 448-О (ВКС РФ. 2005. N 3), закрепление в Конституции Российской Федерации права не свидетельствовать против себя самого не исключает возможности проведения — независимо от того, согласен на это подозреваемый или обвиняемый либо нет, — различных процессуальных действий с его участием (осмотр места происшествия, опознание, получение образцов для сравнительного исследования), а также использования документов, предметов одежды, образцов биологических тканей и пр. в целях получения доказательств по уголовному делу. Подобные действия — при условии соблюдения установленной уголовно-процессуальным законом процедуры и последующей судебной проверки и оценки полученных доказательств — не могут быть расценены как недопустимое ограничение гарантированного частью 1 ст. 51 Конституции права, поскольку их совершение предполагает достижение конституционно значимых целей, вытекающих из ч. 3 ее ст. 55 Не исключает данная конституционная норма возможности проведения таких следственных действий, направленных на получение объективно существующей информации (в частности, судебно-медицинской экспертизы в целях установления степени тяжести причиненного преступлением вреда здоровью), и в отношении других участников уголовного судопроизводства, несмотря на то что они являются супругом или близким родственником обвиняемого (Определение от 18 апреля 2006 г. N 123-О).

В-четвертых, доказательства, которые были получены от подозреваемого, обвиняемого, их близких родственников принудительно или вследствие неразъяснения права отказаться от дачи показаний, по смыслу ст. 49 (ч. 2), 50 (ч. 2) и 51 (ч. 1) Конституции, не могут быть положены в основу выводов и решений по уголовному делу.

В-пятых, отказ от дачи показаний, равно как и заранее не обещанное укрывательство преступления, а применительно к обвиняемому (подозреваемому) также дача заведомо ложных показаний не могут влечь уголовную или иную ответственность для лиц, указанных в комментируемой статье (ст. 307, 308, 316 УК).

Круг близких родственников, о которых идет речь в ч. 1 комментируемой статьи, подлежит определению в федеральном законе. Действующее в настоящее время уголовно-процессуальное законодательство (п. 4 ст. 5 УПК) относит к их числу — помимо супругов — родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и сестер, дедушку, бабушку и внуков.

2. Частью 2 рассматриваемой статьи законодателю предоставлено право расширять круг лиц, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания. Так, в соответствии с ч. 3 ст. 69 ГПК в качестве свидетелей в гражданском процессе не могут быть вызваны и допрошены представители по гражданскому делу или защитники по уголовному делу, делу об административном правонарушении — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязанностей представителя или защитника; судьи, присяжные, народные или арбитражные заседатели — о вопросах, возникающих в совещательной комнате при вынесении решения суда или приговора; священнослужители религиозных организаций, прошедшие государственную регистрацию, — об обстоятельствах, которые стали известны из исповеди.

Сходные положения закреплены в ст. 56 УПК, согласно ч. 3 которой не подлежат допросу в качестве свидетелей: 1) судья, присяжный заседатель — об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу; 2) адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого — об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием; 3) адвокат — об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи; 4) священнослужитель — об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди; 5) член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими своих полномочий.

Освобождение члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы от обязанности давать свидетельские показания по гражданскому или уголовному делу предусматривается также ФЗ от 8 мая 1994 г. «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (с изм. и доп.) — относительно обстоятельств, ставших им известными в связи с выполнением своих служебных обязанностей (ст. 21) (СЗ РФ. 1994. N 2. ст. 74; СЗ РФ. 1999. N 28. ст. 3466; СЗ РФ. 2001. N 7. ст. 614). Рассматривая вопрос о конституционности предоставления членам Совета Федерации и депутатам Государственной Думы права отказаться от дачи показаний, Конституционный Суд в Постановлении от 20 февраля 1996 г. N 5-П (СЗ РФ. 1996. N 9. ст. 828) признал его соответствующим Конституции, но не допускающим расширительного толкования и отказа от дачи свидетельских показаний об обстоятельствах, не связанных с осуществлением депутатской деятельности, однако необходимых в интересах правосудия при выполнении требований ст. 17 (ч. 3) и 52 Конституции Российской Федерации. Суд также отметил, что, по смыслу ст. 51 Конституции, депутат может быть освобожден от дачи свидетельских показаний о доверительно сообщенной ему гражданином информации, распространение которой в форме свидетельских показаний по существу будет означать, что лицо, доверившее ее, ставится в положение, когда оно фактически (посредством доверителя) свидетельствует против самого себя.

Отсутствие у вышеперечисленных лиц обязанности давать свидетельские показания относительно определенных групп информации не означает, что они не могут быть допрошены в гражданском, уголовном или ином судопроизводстве и по иным вопросам. Их отказ дать свидетельские показания об обстоятельствах, не указанных в соответствующем законе, может влечь применение мер уголовной ответственности на общих основаниях.

В Определении от 6 марта 2003 г. N 108-О (СЗ РФ. 2003. N 21. ст. 2006) Конституционный Суд признал, что освобождение лица от обязанности давать показания, равно как и установление запрета на его допрос, если они обусловлены целями защиты законных интересов самого этого лица либо лиц, доверивших ему свою личную тайну, не могут служить препятствием для допроса этого лица по его просьбе и с согласия его доверителей. Данная правовая позиция была распространена Конституционным Судом, в частности, на ситуацию, когда в ходе производства по уголовному делу обвиняемым было заявлено ходатайство о допросе в качестве свидетеля его защитника, которому стали известны обстоятельства фальсификации следователем материалов уголовного дела. Отказ в удовлетворении данного ходатайства со ссылкой на адвокатскую тайну означал бы, по мнению Конституционного Суда, искажение истинного смысла и целевого назначения этого важного правового института.

Статья 51 Конституции РФ

1. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

2. Федеральным законом могут устанавливаться иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

Комментарий к Статье 51 Конституции РФ

1. Статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах в числе минимальных гарантий при рассмотрении любого предъявляемого обвинения указывает на право не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод прямо не содержит такого положения, однако Европейский Суд по правам человека в толковании права на молчание как составной части права не давать показания против самого себя исходит из того, что эти положения являются общепризнанными международными нормами, которые лежат в основе понятия справедливой судебной процедуры (ст. 6 Европейской конвенции). Их смысл в защите обвиняемого от злонамеренного принуждения со стороны властей, что помогает избежать судебных ошибок и добиться целей, поставленных ст. 6. В частности, это право способствует тому, чтобы обвинение не прибегало к доказательствам, добытым вопреки воле обвиняемого с помощью принуждения или давления. Это право тесно связано с презумпцией невиновности (п. 2 ст. 6 Европейской конвенции).

По мнению Европейского Суда, право не свидетельствовать против себя не может быть ограничено лишь запретом на принуждение к признанию в совершении правонарушения или к даче показаний, прямо носящих инкриминирующий характер, но должно включать и любую иную информацию о фактах, которые могут быть в последующем использованы в поддержку обвинения. Нельзя ссылаться на общественный интерес в оправдание использования в целях обвинения ответов, добытых принудительным путем в ходе внесудебного расследования.*(668)

Указанное право весьма актуально для России, пережившей период массовых репрессий, когда признание было царицей доказательств и самооговор добывался под пытками, угрозами, шантажом и обманом. Конституции посткоммунистических государств, по мнению А. Шайо, выражают страхи перед белым деспотизмом.*(669) Статья 51 Конституции закрепляет более широкую гарантию, чем Международный пакт, которая распространяется не только на свидетельство против себя, но и запрещает принуждать свидетельствовать против своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом. Так, УПК относит к этому кругу супруга, супругу, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и сестер, дедушку, бабушку, внуков (ч. 4 ст. 5). Одновременного УПК хотя и для иных целей выделяет категорию близкие лица — лица, состоящие в свойстве с потерпевшим, свидетелем, а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги потерпевшему, свидетелю в силу сложившихся личных отношений (ч. 3 ст. 5). Последние не обладают по букве закона свидетельским иммунитетом как близкие родственники, однако очевидно они также могут быть поставлены в ситуацию ложного выбора между лжесвидетельством и моральным чувством, а также традиционным представлениям, осуждающим доносительство и предательство.

Моральное основание свидетельского иммунитета хотя и очень сильное, но не единственное. Это и человеческое достоинство, защищаемое ст. 20 Конституции под запретом обращения с личностью как с объектом чужой воли, и охрана неприкосновенности частной жизни, и охрана личной и семейной тайны, которую доверяют конфиденциально друг другу близкие родственники и иные лица (статья 23 Конституции РФ).

Вообще «свидетельствовать» означает не только давать показания в качестве свидетеля, подтверждать или удостоверять какое-либо событие, очевидцем которого является свидетельствующий субъект. Свидетельствовать означает и предоставлять доказательственную информацию об обстоятельствах и фактах, указывать источник этой информации. Свидетельство при этом выступает как удостоверение, доказательство, улика. По мнению Конституционного Суда РФ, право не свидетельствовать против себя самого предполагает, что лицо может отказаться не только от дачи показаний, но и от предоставления органам дознания и следователю других доказательств, подтверждающих его виновность в совершении преступления (Постановление от 25.04.2001 N 6-П*(670).

В такую ситуацию, например, было поставлено лицо, совершившее дорожно-транспортное преступление, обязанное под страхом уголовной ответственности (ст. 265, в настоящее время исключена из УК) не покидать место происшествия и сохранять его обстановку, тем самым принудительно разоблачая себя с риском подвергнуться уголовному наказанию. Однако УК предусматривает иную, не противоречащую ч. 1 ст. 51 Конституции Российской Федерации форму учета добровольного признания вины и явки с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК).

Перед допросом свидетель, подозреваемый, обвиняемый должны быть предупреждены о своем праве не давать показания против себя и других близких родственников, в противном случае данные, полученные в ходе допроса, могут быть признаны недопустимыми доказательствами в смысле ч. 2 ст. 50 Конституции. Соответственно, лица, обладающие свидетельским иммунитетом, не могут нести уголовную ответственность за отказ от дачи показаний против себя самого, своего супруга или своих близких родственников (ст. 308 УК) и за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного супругом или близким родственником (ст. 316 УК). Наоборот, принуждение к даче показаний путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий является преступлением против правосудия (ст. 302 УК).

Поскольку свидетель не всегда может предвидеть и определить, какие именно сведения могут быть использованы в дальнейшем против него самого или его близких родственников, он имеет право являться на допрос с адвокатом и получать от него соответствующую помощь и консультации (ч. 4 ст. 56 УПК), что служит существенной гарантией от злоупотреблений должностных лиц против свидетельского иммунитета.

Право, предусмотренное ч. 1 статьи 51 Конституции РФ, не зависит от процессуального статуса лица и распространяется на все виды процесса, где показания рассматриваются в качестве юридически значимого источника информации.

2. В соответствии с ч. 2 ст. 51 Конституции уголовное процессуальное законодательство устанавливает иные случае освобождения от обязанности давать свидетельские показания для определенных категорий лиц в отношении сведений, доверенных им конфиденциально в связи с их профессиональной деятельностью.

Так, согласно ч. 3 ст. 56 УПК не подлежат допросу в качестве свидетелей: судья, присяжный заседатель — об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу; адвокат, в том числе защитник подозреваемого, обвиняемого — об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием; священнослужитель — об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди; член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими своих полномочий.

Вместе с тем наделение определенного круга лиц свидетельским иммунитетом не может рассматриваться в качестве препятствия для реализации лицом, обладающим таким иммунитетом, права использовать известные ему сведения в целях обеспечения и защиты прав и законных интересов лиц, которых эти сведения непосредственно касаются и, следовательно, не исключает возможность их допроса, в том числе по ходатайству стороны защиты, при условии их согласия на это (Постановление КС РФ от 29.06.2004 N 13-П*(671)). Безусловный запрет допроса этих лиц во всяком случае приводил бы к нарушению конституционного права на судебную защиту и искажал бы само существо данного права (Определение КС РФ от 06.03.2003 N 108-О*(672)).

Статья 51 УПК РФ. Обязательное участие защитника

Новая редакция Ст. 51 УПК РФ

1. Участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 настоящего Кодекса;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

3.1) судебное разбирательство проводится в порядке, предусмотренном частью пятой статьи 247 настоящего Кодекса;

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса;

8) подозреваемый заявил ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса.

2. В случаях, предусмотренных пунктами 1-5 части первой настоящей статьи, участие защитника обеспечивается в порядке, установленном частью третьей статьи 49 настоящего Кодекса, а в случаях, предусмотренных пунктами 6, 7 и 8 части первой настоящей статьи, — с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей или ходатайства о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса, либо с момента заявления подозреваемым ходатайства о производстве по уголовному делу в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса.

3. Если в случаях, предусмотренных частью первой настоящей статьи, защитник не приглашен самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, то дознаватель, следователь или суд обеспечивает участие защитника в уголовном судопроизводстве.

Комментарий к Статье 51 УПК РФ

1. Участие защитника в случаях, указанных в ч. 1 к.с., должно быть безусловным. Обязанность обеспечить такое участие защитника возлагается на следователя (дознавателя и др.) вне зависимости от простоты или же сложности предварительного расследования, наличия или же отсутствия согласия на то подзащитного или же его законного представителя, а также обычно безотносительно того, какова тяжесть совершенного подзащитным преступления (общественно опасного деяния).

2. Необеспечение обвиняемого защитником является нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену судебного решения.

3. Однако обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве не означает, что после допуска в уголовный процесс он будет всегда рядом со следователем (дознавателем и др.). Неверно утверждение тех ученых, которые считают, что в случаях, указанных в п. п. 2 — 7 ч. 1 к.с., «проведение следственных действий без участия защитника» «влечет за собой признание полученных таким образом доказательств недопустимыми» .

———————————
См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М.: Эксмо, 2003. С. 103.

4. С момента участия в уголовном судопроизводстве защитник действительно вправе участвовать в допросе подозреваемого (обвиняемого и др.), а также в иных следственных действиях, производимых с участием его подзащитного либо по ходатайству последнего или по ходатайству самого защитника в порядке, установленном УПК РФ (п. 5 ч. 1 ст. 53 УПК РФ). Нарушение данного права защитника, как и любого другого его права, касающегося производства следственных действий (собирания доказательств), вполне может быть названо основанием признания полученного в результате доказательства недопустимым. Но в большей части следственных действий, осуществляемых следователем (дознавателем и др.), защитник участвовать не вправе. Отсутствие его при производстве таковых никак не может влиять на юридическую силу полученных (изъятых, сформированных) в ходе следственного действия доказательств.

5. Пункт 1 ч. 1 к.с. распространяется только на подозреваемых или же обвиняемых. Правила названного пункта не касаются порядка осуществления защиты не являющихся ни подозреваемыми, ни обвиняемыми лиц, подозреваемых в совершении преступления, а также не являющихся ни подозреваемыми, ни обвиняемыми лиц, совершивших запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости.

6. Правило п. 1 ч. 1 к.с. начинает действовать с того названного в ч. 3 ст. 49 УПК РФ момента, который наступил в уголовном процессе первым. Завершается же оно вместе с прекращением уголовного преследования (уголовного дела), осуществляемого в отношении лица, ранее наделенного статусом подозреваемого (обвиняемого).

7. На всем протяжении времени действия этого права для того, чтобы следователь (дознаватель и др.), суд оставались обязанными обеспечить подозреваемого (обвиняемого и др.) защитником, достаточно отсутствия возражений последнего против такого участия. Причем не являются рассматриваемыми возражениями те заявления подозреваемого (обвиняемого), которые касаются лишь участия в уголовном процессе конкретного лица, выступающего в качестве защитника, а не вообще помощи любого защитника.

8. Следователь (дознаватель и др.), суд должны в случае отказа подозреваемого (обвиняемого) от защитника выяснить причину такого отказа. Если отказ от адвоката имеет место по мотивам его некомпетентности, следователь (дознаватель и др.), суд должны у подозреваемого (обвиняемого) выяснить, нужен ли ему другой адвокат .

———————————
Иначе, по мнению высшего органа правосудия нашего государства, будет нарушено право обвиняемого на защиту (см.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 ноября 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 8).

9. Отказ от защитника может иметь место на любой стадии процесса только по инициативе подозреваемого (обвиняемого) и при наличии реальной возможности участия защитника-адвоката в уголовном процессе. При этом следователь (дознаватель и др.) должен выяснить, не является ли отказ от защитника вынужденным, например ввиду отсутствия средств на оплату услуг адвоката или неявки его в судебное заседание. Установив вынужденность отказа, следователь (дознаватель и др.), суд обязан обеспечить участие защитника в уголовном процессе , принять меры к назначению подозреваемому (обвиняемому) адвоката, который выступит в уголовном процессе в качестве его защитника, через адвокатское образование.

———————————
См.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 июня 1978 г. N 5 «О практике применения судами законов, обеспечивающих обвиняемому права на защиту» // Там же. С. 137.

10. Следует иметь в виду, что судебная практика идет по пути отмены определений второй инстанции, постановлений президиума, когда рассмотрение дела судами апелляционной и кассационной инстанций было осуществлено в отсутствие адвоката у осужденного, который не заявлял письменного отказа от защитника .

———————————
См.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второе полугодие 2011 года.

11. И еще один момент, на который обращает внимание Верховный Суд РФ применительно к институту отказа от помощи защитника. Согласие обвиняемого на ознакомление с материалами дела без участия защитника вследствие неявки последнего не может рассматриваться как его добровольный отказ от защитника. Такой отказ обвиняемого от защиты является вынужденным, а это значит, что ему не было обеспечено право на защиту , требования п. 1 ч. 1 к.с. нарушены.

———————————
См.: Определение Кассационной палаты Верховного Суда РФ от 26 апреля 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 4.

12. Под судебным разбирательством, о котором упоминается в п. 3.1 ч. 1 к.с., понимается рассмотрение уголовного дела судом первой инстанции.

13. В случае назначения стационарной судебно-психиатрической экспертизы защитник должен участвовать в уголовном процессе с момента вынесения постановления о ее назначении или же с иного момента предусмотренного ч. 3 ст. 49 УПК РФ, если он наступил раньше.

14. По делам, которые подлежат рассмотрению судом присяжных, участие защитника обязательно не только с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, но и при самом заявлении данного ходатайства. То есть защитник должен присутствовать при разъяснении обвиняемому его права ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, которое имеет место по окончании предварительного расследования во время ознакомления обвиняемого со всеми материалами уголовного дела .

———————————
По аналогии. См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 15 июня 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. N 9.

15. Причем, если по уголовному делу, которое подлежит рассмотрению судом присяжных, обвиняется несколько лиц, все они с указанного момента и на всех последующих этапах (стадиях) уголовного судопроизводства должны быть обеспечены защитниками независимо от того, по каким статьям УК им предъявлено обвинение .

———————————
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. N 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006. N 1.

16. В 2013 году в уголовный процесс введена новая форма дознания. В ходе ее производства обязательно участие защитника. Полагаем, в этом заключается основная идея, заложенная законодателем в акт дополнения ч. 1 к.с. новым пунктом (п. 8). Однако в случае буквального толкования сформулированного здесь правила, участие защитника в уголовном судопроизводстве становится обязательным не только при производстве дознания в сокращенной форме, но и во всех иных случаях, когда к дознавателю (следователю и др.) поступило «ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ».

17. Исходя из содержания ч. 3 ст. 226.4 УПК РФ, по результатам рассмотрения ходатайства о производстве дознания в сокращенной форме дознаватель может вынести не только постановление об удовлетворении ходатайства и о производстве дознания в сокращенной форме, но и постановление об отказе в удовлетворении ходатайства при наличии обстоятельств, препятствующих производству дознания в сокращенной форме. Однако и в этой ситуации «ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ», подозреваемым было заявлено. А это значит, что по такому делу обязательно участие защитника.

18. Возникает также вопрос, распространяется ли данное правило на случаи производства предварительного следствия? И при производстве предварительного следствия есть подозреваемые. Кто им может запретить обратиться к следователю с «ходатайством о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ»? Понятно, что в удовлетворении его будет отказано. Но соответствующее ходатайство было заявлено, а значит, буквально получается, участие в таком деле защитника с этого момента является обязательным. По крайней мере, так обстоят дела, думается, в случае, описанном в п. 4 ч. 1 ст. 226.2 УПК РФ. Здесь речь идет о ситуации, когда в рамках уголовного дела расследуется несколько преступлений, по одним из которых предварительное следствие обязательно, а по другим нет.

19. Как можно было бы избежать сложившейся ситуации? Если законодатель хотел обязать правоприменителя обеспечить участие защитника лишь при производстве дознания в сокращенной форме, то об этом и следовало бы написать в п. 8 ч. 1 к.с. Его формулировка в этом случае могла бы выглядеть так: «8) ходатайство подозреваемого о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса, удовлетворено».

Если же законодатель полагал необходимым участие защитника и при производстве дознания в общем порядке, когда в ходе производства такового было заявлено (пусть и не удовлетворено) ходатайство о производстве дознания в сокращенной форме, то п. 8 ч. 1 ст. 51 УПК РФ следовало сформулировать следующим образом: «8) при производстве дознания, если подозреваемый заявил ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса».

20. Пока же буквально получается, что защитник обязательно участвует в деле даже при производстве предварительного следствия, если подозреваемый заявил «ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ».

21. Мы, конечно, считаем это не вполне последовательным. И рекомендуем несколько иное толкование существующего текста п. 8 ч. 1 к.с. Полагаем словосочетание «в порядке» здесь относится не к производству по уголовному делу дознания в сокращенной форме, а к заявлению ходатайства. Участие защитника обязательно только в том случае, когда ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме было заявлено в порядке, предусмотренном ст. 226.4 УПК РФ. То есть до того, как от подозреваемого поступило соответствующее ходатайство, должны были иметь место следующие события:

— дознаватель констатировал наличие предусмотренных главой 32.1 УПК РФ условий для производства дознания в сокращенной форме;

— дознаватель разъяснил подозреваемому право ходатайствовать о производстве дознания в сокращенной форме, порядок и правовые последствия производства дознания в сокращенной форме, о чем в протоколе допроса подозреваемого сделал соответствующую отметку;

— рассматриваемое ходатайство в письменном виде было подано дознавателю, в производстве которого находится уголовное дело, не позднее 2 суток со дня, когда подозреваемому было разъяснено его право заявить такое ходатайство;

— ходатайство подписано подозреваемым, а также его защитником.

22. Но и в этом случае защитник обязательно участвует в уголовном судопроизводстве, когда ходатайство подозреваемого о производстве дознания в сокращенной форме не удовлетворено.

23. Мы рекомендовали правило п. 8 ч. 1 к.с. распространить лишь на те случаи заявления ходатайства, которые реализованы «в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ». Однако это всего-навсего наша точка зрения. В настоящее время она небезупречна, пока в п. 8 ч. 1 к.с. законодатель не расположит составляющие ее выражения в ином порядке.

Причем под подозреваемым в п. 8 ч. 1 к.с. понимается не только лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело в порядке, который установлен главой 20 УПК РФ. Только в отношении такого подозреваемого может быть осуществлено дознание в сокращенной форме. А вот заявить ходатайство, которое затем не будет удовлетворено, вполне может и любой другой подозреваемый. А таковым, в случае возбуждения уголовного дела по факту, а не в отношении конкретного человека, может стать лицо:

1) либо которое задержано в соответствии со ст. ст. 91 и 92 УПК РФ;

2) либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со ст. 100 УПК РФ;

3) либо которое уведомлено о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном ст. 223.1 УПК РФ.

24. К сказанному можно добавить лишь то, что рассматриваемое ходатайство может быть заявлено лишь на стадии предварительного расследования. Почему только на этой стадии? Да потому, что до возбуждения уголовного дела, исходя из содержания ч. 1 ст. 46 УПК РФ, подозреваемого в уголовном процессе быть не может. Нет и не может быть его и на последующих стадиях уголовного процесса.

25. В случаях, перечисленных в п. п. 2, 3, 3.1, 4 и 5 ч. 1 к.с., участие защитника обязательно даже тогда, когда сам обвиняемый (лицо, подозреваемое в совершении преступления) отказывается от помощи адвоката или любого иного защитника .

———————————
См., к примеру: Постановление Президиума Новгородского областного суда от 20 декабря 1993 г., Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 сентября 1993 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. N 1; 1994. N 6.

26. Следователь (дознаватель и др.) освобождается от предусмотренной ч. 3 к.с. обязанности обеспечивать участие в уголовном процессе защитника, когда:

— защитник ранее уже был приглашен самим обвиняемым (лицом, подозреваемым в совершении преступления), его законным представителем либо другим лицом по поручению или с согласия обвиняемого (лица, подозреваемого в совершении преступления);

— защитник уже участвует в уголовном процессе по назначению;

— защитник участвует в уголовном процессе не по приглашению, а с согласия обвиняемого (лица, подозреваемого в совершении преступления) по собственной инициативе.

27. В к.с. приведен не исчерпывающий перечень случаев обязательного участия защитника в уголовном судопроизводстве. Согласно ч. 2 ст. 317.7 УПК РФ судебное заседание в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, проводится с обязательным участием подсудимого и его защитника. Защитник же в этом случае должен принять участие в деле с момента оформления на стадии предварительного расследования ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Данное ходатайство согласно ч. 1 ст. 317.1 УПК РФ не может быть передано прокурору, пока оно не подписано защитником.

28. См. также комментарий к ст. ст. 5, 16, 18, 49, 50, 52, 53, 108, 283, 317.7, 389.12, 401.12, 438 УПК РФ .

———————————
Более полный комментарий к настоящей статье см.: Рыжаков А.П. Случаи обязательного участия защитника в уголовном процессе. Комментарий к Статье 51 УПК РФ УПК РФ. М., 2005; Рыжаков А.П. Защитник в уголовном процессе: Научно-практическое руководство. М.: Экзамен, 2007.

Другой комментарий к Ст. 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

1. Как общее правило УПК РФ устанавливает участие защитника по всем делам, если подозреваемый, обвиняемый сам не отказался от защитника. Если защитник не приглашен подозреваемым, обвиняемым или иными лицами по их просьбе, дознаватель, следователь, судья (суд) осведомляются у него о желании иметь защитника и при необходимости принимают меры к его назначению.

2. Закон, устанавливая случаи обязательного участия защитника в деле, обеспечивает дополнительными гарантиями право на защиту тех лиц, которые в большей степени в этом нуждаются: лиц, которым в силу различных причин затруднительно самостоятельно осуществлять свою защиту, и лиц, которым грозит самое суровое наказание из предусмотренных уголовным законом. Кроме того, обязательное участие защитника предусматривается с целью выравнивания в судебном разбирательстве возможностей обвинения и защиты. Если в указанных случаях производство по делу осуществляется без участия защитника, это рассматривается как существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

3. Дополнительно к названным в ст. 51 случаям обязательное участие защитника имеет место при производстве по применению принудительных мер медицинского характера с момента вынесения постановления о назначении в отношении лица судебно-психиатрической экспертизы (ст. 438).

4. Участие защитника обязательно, если дело рассматривается в порядке ст. 247 УПК РФ, т.е. в отсутствие подсудимого.

5. При производстве по делам лиц, совершивших преступление в возрасте до 18 лет, участие защитника обязательно с момента, указанного в п. 3 ст. 49 УПК РФ, независимо от того, достигло лицо совершеннолетия к этому времени или нет. Это правило относится также к случаям, когда лицо обвиняется в преступлениях, одно из которых совершено в возрасте до 18 лет, а другое — после достижения совершеннолетия (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. N 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних»).

6. В п. 3 ч. 1 комментируемой статьи речь идет о таких физических и психических недостатках, которые затрудняют осуществление защиты самостоятельно. Оценку им дает дознаватель, следователь, прокурор, судья (суд). Это инвалидность, различные расстройства памяти, речи, слабоумие и др. В данной статье речь идет о психических недостатках, которые не лишают лицо способности отдавать отчет своим действиям и руководить ими (в ином случае применяются правила ст. 438 УПК РФ). В судебной практике основанием для обеспечения обязательного участия защитника признается наличие у лица умственной отсталости в степени легкой дебильности, различных органических поражений центральной нервной системы, связанных с интеллектуальным недоразвитием и эмоционально-волевой неустойчивостью, и др. .
———————————
Сборник постановлений и определений по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, 1981 — 1988 гг. М., 1989. С. 365 — 367.

7. Если участие защитника является обязательным, а приглашенный подозреваемым, обвиняемым защитник не является в течение установленного срока или по каким-либо причинам не может участвовать в производстве по делу, то дознаватель, следователь, суд принимают меры к назначению защитника.