Адвокат сандакова николая

Оглавление:

Приговор экс-вице-губернатору Николаю Сандакову будет обвинительным

Приговор бывшему вице-губернатору Челябинской области Николаю Сандакову будет обвинительным. Это стало понятно с самого начала проходящего в этот момент оглашения, передаёт корреспондент Znak.com из суда. Об обвинительной направленности приговора свидетельствует содержание установочной части, с чтения которой 4 октября начал оглашение вердикта председатель Советского районного суда Александр Зимин.

Суд, в частности, признал установленными все три преступления, которые вменялись Сандакову. Напомним, экс-чиновник обвиняется в мошенничестве в отношении бывшего главы администрации Озерска Евгения Тарасова; в получении взятки услугами охраны от директора ЧОП «Питон» Игоря Калугина, а также в подстрекательстве к неправомерному доступу к чужой компьютерной информации.

На настоящий момент суд озвучил позицию, которую занимает сам подсудимый: категоричное непризнание вины с подробным обоснованием этой позиции. После судья Зимин перешёл к доказательственной части с подробным описанием показаний всех свидетелей.

Чтение приговора продолжится два дня. Сторона гособвинения запросила для Сандакова наказание в виде лишения свободы на 10 лет в колонии строгого режима и выплаты штрафа в размере 14 млн рублей.

© Информационное агентство «Znak»
Шеф-редактор Аксана Панова, [email protected]

Свидетельство о регистрации СМИ № ФС77-53553 от 04 апреля 2013 года. Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Адрес: 620026, г. Екатеринбург, ул. Мамина-Сибиряка, 126
Тел.: +7 (343) 380-81-82, e-mail: [email protected]

Мнение редакции может не совпадать с мнением отдельных авторов.

При использовании материалов сайта ссылка обязательна.

Суд признал Николая Сандакова виновным по всем трем пунктам обвинения. Репортаж

В Советском районном суде Челябинска 4 октября началось оглашение приговора бывшему вице-губернатору Челябинской области Николаю Сандакову. Как написали в социальных сетях его оппоненты, это последняя гастроль яркого и неоднозначного политика. В суд обвиняемый пришел в неформальной одежде и с внушительного размера спортивной сумкой. Волосы он убрал в короткий хвостик.

— Это примета такая есть — придешь без сумки, точно посадят, — отшутился адвокат Сандакова Сергей Колосовский на вопрос о том, зачем сумка, если заранее было известно, что на чтение приговора отвели два дня и при худшем для подзащитного варианте сумка понадобится только завтра.

Сам Сандаков старался держаться бодро, непринужденно общался с журналистами, подбадривал свою супругу Ирину. Впрочем, было очевидно, что внешнее спокойствие дается ему с трудом — Николай Дмитриевич то и дело теребил четки или заглядывал в телефон.

Поддержать подсудимого или просто понаблюдать за процессом в Советский суд пришли около 20 человек. Среди них родные и друзья Сандакова, в том числе известный благотворитель Юлия Жаботинская, жена Ирина с подругой Мариной Симбиркиной, директор фонда «Теплый дом» Михаил Щапов и другие. В зале также были замечены адвокат Константин Акулич, бывший пресс-секретарь губернатора Олег Гришанков, бывший член облизбиркома Александр Лебедев.

Супруга Сандакова отказалась заходить в зал заседаний. Все отнеслись к этому с пониманием.

Тем более что еще в установочной части вердикта, который сходу и без лишних прелюдий начал зачитывать судья Александр Зимин, сразу стало понятно — приговор будет обвинительным.

Так, суд установил, что Сандаков обманул экс-главу Озерска Евгения Тарасова, фактически похитив у него деньги, полученные под предлогом содействия в назначении Тарасова на должность главы Магнитогорска, которая на самом деле выборная. Кроме того, по мнению суда, доказано, что Сандаков совершил подстрекательство к осуществлению взлома электронной почты посторонних людей. В этой части суд отметил, что Сандаков не знал, что Александр Аброськин, к которому он обратился с этой деликатной просьбой, подключит к ее исполнению кого-то еще. Это значит, действий в составе группы лиц по предварительному сговору не было, но сам факт подстрекательства был.

Сандаков написал открытое обращение директору ФСБ России Бортникову

Третье обвинение суд также счел установленным, пояснив, что Сандаков получил от директора ЧОП «Питон» взятку в особо крупном размере — в виде услуг по охране дома семьи экс-вице-губернатора на улице Гиацинтовая в престижном коттеджном поселке. За это, как настаивало предварительное следствие, Сандаков оказывал содействие Калугину в заключении контрактов на охрану губернатора. Причем по цене, которую назвал сам Калугин. По мнению суда, даже после того, как цена контракта из-за скандала в СМИ была снижена с 50 до 30 млн рублей, это было выгодно Калугину, и он сам назвал Сандакову такую цену, а уже тот обосновал ее у губернатора Юревича. Судья сделал акцент на том, что Сандаков мог влиять на решения по контрактам, а значит, получил от Калугина именно взятку, а не совершил в отношении него мошенничество.

После такого старта люди в зале стали напряженно переглядываться, кто-то кивал головой, явно понимая, что при таком развитии событий приговор наверняка будет довольно суровым. Сам подсудимый опустил голову, его адвокат что-то все время записывал.

Озвучив позицию подсудимого — категоричное непризнание вины в преступлениях в отношении Калугина и Тарасова, — суд перешел к описанию доказательства и их оценке.

Последнее слово экс-вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова

В результате эпизод с мошенничеством признан доказанным в полном объеме. Суд отметил, что стороной защиты не представлено достоверных доводов, указывающих, что из денег, которые Сандаков брал у Тарасова, покрывалась разница между номинальными и фактическими расходами на проведение выборной кампании. Свидетелями обвинения и отчетными документами, напротив, подтверждается, что расходы на выборную кампанию в Озерске оставались в пределах сметы. В рамках лимитов, в частности, были оплачены многочисленные чаепития с группами местных избирателей. Деньги же, которые Сандаков получил от Тарасова в три транша по 500 тыс. рублей, как считает суд, были у Тарасова похищены путём обмана.

Причем суд не отрицает, что Сандаков занимался предвыборной кампанией, в том числе был официально наделен такими полномочиями. Однако Тарасова он убедил еще и в том, что способен помочь ему стать главой Магнитогорска, в том числе получив поддержку губернатора. Часть денег — 500 тысяч рублей — он получил от Тарасова лично, остальные поступили безналом. Суд указал и на то, что не столь важно, все ли деньги из 1,5 млн рублей дошли до Сандакова: главное, что умысел на мошенничество был реализован.

При этом суд исключил из обвинения утверждение, что Сандаков встречался с Тарасовым 9 июля в ресторане «Грузинский дворик» на территории Аргаяшского муниципального района. То, что этой встречи не было, защита сумела доказать. В итоге в этом эпизоде суд пришёл к выводу о том, что вина Сандакова в преступлении по части 4 статьи 159 УК РФ доказана в полном объёме. Сумма хищения — 1,5 млн рублей.

Сделав небольшой перерыв, Александр Зимин заметил, что может продолжить завтра, а может читать до победного. На это Сандаков ответил: «Дайте дома переночевать».

В перерыве Николая Сандакова моментально окружила толпа слушателей и журналистов. Он заявил — что судья «городит огород», взяв за основу показания ранее судимого Тарасова и отвергнув практически все доводы защиты. На эмоциях Сандаков успел разместить и достаточно резкий пост в Facebook с критикой судьи Александра Зимина.

После перерыва судья разобрал эпизод с неправомерным доступом к компьютерной информации. Как и было анонсировано в установочной части, оценив доказательства, суд отказался от квалификации действий в составе группы лиц по предварительному сговору и обвинения во взломе почты одного из двух потерпевших — политолога Александра Подопригоры. Тем самым статью облегчили и наказание по ней, скорее всего, отпадет в связи с истечением сроков давности или амнистией.

Последним суд начал разбирать обвинение во взятке от директора ЧОП «Питон» Игоря Калугина. Сюрприза не случилось: даже в описании показаний свидетелей превалирует то, что Сандаков влиял на Калугина, а последний хотел добиться расположения чиновника. Об этом, в том числе, говорят проведенные экспертизы.

Напряжение в зале заметно нарастало. Во втором перерыве, по словам фотокорреспондента Znak.com, ни подсудимому, ни его поддержке и защите было уже явно не до шуток. Сам Сандаков проводил время с женой, его адвокат говорил по телефону.

После перерыва суд перешел к оценке доказательств и объявил, что заявления защиты об оплаченном характере услуг по охране дома никак не доказаны. А виновность подсудимого подтверждена показаниями свидетелей и оперативников. Итог: взятка в особо крупном размере — доказана.

Развязка — резолютивная часть, где будет озвучено наказание — станет известна завтра, 5 октября. Напомним, гособвинение запросило для Сандакова 10 лет «строгой» колонии и штраф в 14 млн рублей.

Последнее слово экс-вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова

Сегодня, 31 августа, бывший вице-губернатор Челябинской области Николай Сандаков, обвиняемый в мошенничестве и получении взятки, выступил в Советском райсуде с последним словом. На его выступление пришли десятки друзей и журналистов. Жена Ирина не стала заходить в зал заседаний и почти два часа просидела в коридоре — для нее, матери троих детей, уголовное дело мужа стало настоящим испытанием. Николай Сандаков выступал эмоционально, рассказал о всех злоключениях, которые произошли с ним за 3 года 5 месяцев и 6 дней, что длится его дело. А начал свою речь с благодарностей.

Благодарности

— Ваша честь. Я разрываюсь. Слишком много эмоций в душе и переживаний, накопившихся за эти годы, с одной стороны, и нежелание порождать зло и ненависть в ответ на зло и ненависть, с другой стороны. Очень тяжело быть добрым и пытаться понять и простить тех людей, кто это все устроил, когда вспоминаешь свои чувства после известий об издевательстве над женой, детьми, мамой, друзьями. Но при этом я понимаю, что это надо сделать, чтобы разорвать этот круг зла, чтобы самому не уподобиться всем этим «героям». Я очень постараюсь не впасть в эмоциональные обвинения, постараюсь говорить спокойно… Мне это нелегко сделать, но я попробую.

Начать последнее слово я хочу с благодарности людям, которые верят и поддерживают меня, которые помогают мне и моей семье в этой непростой ситуации, в которой мы оказались.

Помогают словом и делом, помогают активно и менее активно, явно и, опасаясь преследований со стороны недобросовестных людей, инкогнито. Таких людей сотни. И все это очень достойные люди разных политических взглядов, социального положения, возрастов и географии. Спасибо челябинцам и астраханцам, екатеринбуржцам и москвичам, самарцам и всем-всем -всем. Я чувствую вашу поддержку каждый день, каждую минуту.

Я очень благодарен своей семье: маме и отцу, братьям и сестрам (у меня их 12), сыновьям и дочкам. Они все моя опора, ради них я борюсь все эти годы. И когда кто-то в очередной раз задает мне вопрос: почему я, зная, как в большинстве случаев поступает система с людьми, обвиненными в коррупции, не убежал и не убегаю за границу, я всегда отвечаю, что я не могу предать свою семью, которая верит в меня и знает, что я невиновен. Какой пример бы я показал своим сыновьям? Сидеть в тюрьме уже не так страшно, как потерять доверие собственных детей, друзей и близких.

Больше всех я, конечно, благодарен своей любимой жене, которая в этой страшной для любой женщины ситуации повела себя как настоящий боец, боец за правду, семью, мужа.

Которая, несмотря на трудности и шок, несмотря на мое к ней отношение до ареста (оно, это поведение, было отвратительным), стала детям и мамой, и папой, мне вдохновением на борьбу, а еще и помощником адвоката, снабженцем и много кем еще. При этом она всегда продолжала работать по 7-8 часов в день. Я преклоняюсь перед ней и очень-очень люблю. Я очень перед ней виноват.

Я благодарен моему защитнику Сергею Колосовскому и его команде, которые работали порой на пределе человеческих возможностей, совершая в современных реалиях расследования невозможное. Я видел, как они отдаются работе, тратя порой на сон 2-3 часа в сутки, выкладываясь по полной. Они занимались моим делом, как своим собственным, и это при том, что уже очень долгий период времени я не могу себе позволить оплачивать услуги Сергея, исходя из их рыночной стоимости. Качество работы не упало ни на сколько. Огромное человеческое спасибо. Я благодарен всем адвокатам, которые работали со мной эти долгие 3 года 5 месяцев и 6 дней.

Я благодарен журналистам и экспертам, которые, несмотря на оказываемое давление, освещали ход моего процесса, совершенно безвозмездно предоставляли публичные площадки для нашей позиции. Этим людям — безусловным профессионалам — я говорю спасибо. Спасибо за профессионализм, спасибо, что не повелись на специально распространяемые слухи о вашей финансовой заинтересованности, не повелись на давление. СМИ в моем процессе стали настоящим общественным арбитром. В процессе, где обвиняли заместителя губернатора и где основная масса простых людей была заведомо отрицательно ко мне настроена: не зная меня лично и обстоятельств дела, люди произносили — все они там жулики, и обвиняли меня заранее и заочно. В том числе и на этом, кстати, и был построен план людей, сфабриковавших мои дела, — на моей дискредитации.

Следователь Игорь Бедерин на мои законные возмущения о возбуждении сфабрикованного уголовного дела, задержании и аресте с ехидной улыбкой отвечал: «Кто же вас, Николай Дмитриевич, действующего заместителя губернатора, в эпоху борьбы с коррупцией оправдает, даже если вы не виноваты?»

Бедерин, также как его руководитель Ибиев, также как следователь Волков и его руководитель Чернятьев, также как оперативник Костенко и его руководитель Ахримеев, всегда знали, что я невиновен. Но о них чуть позже.

Только благодаря нашей открытой позиции и освещению процесса в СМИ отношение людей ко мне и моему делу стало меняться, и сегодня оно уже кардинально противоположное тому, что было в марте 2015 года. И это, в первую и главную очередь, заслуга журналистов. Спасибо вам большое еще раз. Уже к лету 2016 года стало понятно, что фабрикация двух моих уголовных дел не осталась незамеченной общественностью, и именно поэтому следователь Волков с подачи Чернятьева предложил мне отказаться от сотрудничества со СМИ, уйти из информационного поля, пообещав взамен выпустить меня с домашнего ареста. Я сказал ему тогда: «Андрей Алексеевич! У вас куча пленных свидетелей, некомпетентных, но лояльных „экспертов“, возможности Следственного комитета и ФСБ в судах и прокуратуре, а у меня семья, друзья, адвокаты и общественное внимание. Вы предлагает мне от этого отказаться? Нет! Я уж лучше посижу пока под домашним арестом по сфабрикованному делу, чем потом вы меня с Ахримеевым тихо закатаете лет на 12 по сфабрикованному обвинению».

Хочу сказать слова благодарности и в адрес суда. Все эксперты и наблюдатели в один голос мне говорят, что то, как вы ведете судебное разбирательство, вообще никак не отразится на приговоре и ничего не значит, но я хочу поблагодарить вас, Александр Сергеевич, за то, как вы вели данный процесс: очень корректно и тактично, строго в рамках процедуры, с уважением ко всем участникам процесса. Даже член СПЧ при президенте РФ Андрей Бабушкин, повидавший много всего в российской судебной системе, побывав у нас на процессе, сказал, что не встречал более правильного ведения заседаний.

Конечно, у нас есть объективные претензии к суду по применению норм права, по, надеюсь, неумышленному выгораживанию следователя Бедерина и ряда других «расследователей», по позиции о доказательствах и их допустимости и многое другое, но, повторюсь, процесс был проведен вами на очень высоком профессиональном уровне. Очень хочется верить, что и приговор будет справедливым.

О людях в погонах

— С момента моего задержания в марте 2015 года в течение нескольких месяцев у меня сохранялась вера в то, что руководители правоохранительных органов, люди, служащие моей стране, носящие погоны с большими звездами, должны разобраться в том, что я не виноват, и выпустить меня из тюрьмы. Я писал им письма, писал много писем, переписывая в СИЗО, где нет возможности набирать и распечатывать тест, от руки по 2-3 экземпляра, каждый по 20-25 листов мелким подчерком, листы А4 формата с двух сторон. Написал вместе с защитниками около 100 жалоб и заявлений, призывал к разуму, закону, логике. Но все оказалось бесполезным. Люди решали другие задачи.

Я в этих задачах был инструментом в деле Цыбко и потенциальном деле Юревича и медалькой за пойманного коррупционера. Закон, вина, здравый смысл, логика — им были не нужны.

Я утверждаю, что Ахримеев, Ибиев, Чернятьев, Бедерин, Костенко, Волков, прокуроры, участвовавшие в моем деле на разных стадиях процесса, всегда знали, что я невиновен в инкриминируемых мне деяниях, принимали участие в фабрикации и сокрытии доказательств, делали это умышленно, сначала — пытаясь сделать меня выгодным свидетелем и получить за меня медальки и звания, потом — спасая себя и «смежников» от неминуемой ответственности за сфабрикованное преследование. Они продолжают делать это и сейчас через присутствующего здесь государственного обвинителя. Есть сведения, что они пытаются оказать давление на настоящий суд. Я, ваша честь, говорил вам о известных мне фактах, выступая в прениях, — повторяться не буду.

Эти же самые люди пытаются сформировать в нужных кабинетах и головах мнение, что я воюю с ФСБ, с прокуратурой, судами, налепить ярлык «человек Юревича», чтобы аппаратно оправдать свой «беспредел». Им очень выгодно, чтобы начальство в Москве так думало. Я вам больше скажу, им очень нужно прикрыть свои беззакония корпоративной солидарностью, защитой чести мундира. Нет у этих людей, ваша честь, ни чести, ни совести, ни мужского и офицерского достоинства. Я не борюсь ни с ФСБ, ни с СК. Я вынужден сопротивляться очень низким людям, затесавшимся в ряды службы и комитета. И сопротивляться я вынужден… даже не столько за себя, сколько за свою жену Ирину, которую Костенко и Бедерин хотели посадить за то, что я молчу, и не посадили только благодаря грамотной защите команды Колосовского, за маму, в дом которой врывались эти «люди с честью» с автоматами и спецназом, зная, что у мамы с детства больное сердце и диабет, за своих и чужих детей, на глазах у которых эти «офицеры» издевались над родителями. Все это было. И, к сожалению, хоть и стало значительно меньше, но продолжается.

С чего все началось

— В 2013 году я был назначен заместителем губернатора Челябинской области, стал курировать весь внутри политический блок, который почему-то стал очень интересовать руководителя УФСБ по Челябинской области Игоря Ахримеева. Не буду вдаваться в качества и характер этого человека, но поверьте… Лез во все дела, в политику, начал диктовать кандидатов в городскую думу. Например, говорил — убери Павлюченко из списка, а Бориса Ефимовича (Видгофа), наоборот, вставь — он, мол, человек хороший, нам помогает всегда. Я пытался ему сказать, что ФСБ не имеет отношения к политике. Он объявил мне войну.

Началось — проверили всю мою жизнь, опросили всех своих агентов, съездили в Астрахань. Проверили всех родных — даже тестя. Поставили на прослушку. Проверили Калугина тогда же, информацию, что с глав собирались деньги, но всего этого им не хватало на нормальное уголовное дело, а я им был нужен исключительно в тюрьме.

Тогда Ахримеев и Ибиев руками Костенко и Бедерина придумали состав со взяткой в особо крупном размере, передопросили Тарасова (экс-глава администрации Озерска, главный свидетель обвинения, у которого Сандаков якобы взял деньги за назначение его главой Магнитогорска — прим. ред.), берут у Тарасова заявление о том, что он меня боится, договариваются в Ленинском суде Екатеринбурга о моем аресте, ждут, когда я полечу в Москву. Потом делают «хлопушку». Знаете, что это? Это громкое задержание с показом по центральным каналам.

26 марта 2015 года меня задерживают, предлагают признаться в том, что я не совершал, и дать нужные показания. В обмен предлагают небольшое наказание и подписку о невыезде на следствии. Не стесняясь приводят пример Тарасова, которого после показаний на меня отпустили из тюрьмы. Пугали, что если я не соглашусь, то буду потом сидеть с Юревичем 20 лет за создание в области ОПС. Специально дали позвонить жене, которая плакала, отвезли в самую вонючую камеру ИВС Екатеринбурга и тому подобное.

Вообще психологические пытки, бить то меня было нельзя, хотя других бьют — это любимое развлечение. Людей в СИЗО бьют, ломают, отвратительные вещи происходят. Ко мне подсадных сажали, этапировали. Это они называют работой — поработали с Сандаковым. У них нет понятий закона, виновности, справедливости — они это даже не обсуждают.

Далее, когда стало понятно, что я не признаюсь, что доказательств моей вины нет, — родился второй эпизод со взломом почты, потом, когда стало очевидно, что и второе дело с сильно завышенным обвинением, а я год отсидел в СИЗО и кто-то должен будет за это ответить, Ахримеев и Чернятьев придумали новое дело. Именно придумали: сведения, фигурирующие сейчас в деле, проверялись в 2014 году, в 2015 году материалы были у Бедерина (не упустил бы возможности), но состав не нашли.

Никто, ваша честь, из посвященных и знающих, как устроена челябинская правоохранительная система, обсуждая мое дело, даже не смотрит в сторону виновности, закона, правосудия. Никто даже таких слов не произносит! Никто, ваша честь, не говорит о доказательствах, вине, законе, презумпции невиновности. Никто не верит в правосудие. Уголовный процесс всеми воспринимается как набор интриг, договоренностей, угроз, аппаратных переговоров и компромиссов.

И это не простые люди говорят, а люди из системы, юристы, сами же руководители правоохранительных органов. Никто не верит в суд — как независимый, беспристрастный и профессиональный орган. А я все еще верю. Моя надежда сильно потрепалась за эти годы, но еще не умерла.

Мне много раз демонстрировали ангажированность судов при незаконных арестах, при сокращении сроков на ознакомление с материалами уголовного дела, при отказах по жалобам в рамках 125 УПК и т. д. Но я не сдаюсь и продолжаю надеяться на справедливость.

Еще два года назад мне сказали, что по мне «решения приняты», что прокурор попросит 10-12 лет и штрафа много миллионов, правда, цифру называли другую, но думаю, что коррекция связана с изменением в законе, а не с незаконными установками прокурору. В прениях мы увидели, как прокурор выполняет понятно чью задачу по моей посадке, несмотря на массу объективных доказательств моей невиновности и отсутствие прямых доказательств вины, как будто не было двух лет судебного следствия. Профессиональный прокурор! Один из самых профессиональных прокуроров региона, который должен защищать закон, защищает незаконные интересы конкретных людей, которые очень боятся моего оправдательного приговора, понимая, что машина может развернуться, а налицо очень серьезный состав преступления по фабрикации уголовных дел. Я очень хочу верить, что Екатерина Васильевна делает это исключительно по указанию недобросовестных людей, а не по собственной инициативе.

Ваша честь! Меня обвиняют во взятке и мошенничестве, в преступлениях, которые я не совершал, и это очевидно всем, кто мало-мальски знаком с моим делом, а уж тем более должно быть понятно вам — профессиональному судье, изучившему все доказательства, выслушавшему все аргументы, своими глазами видевшему всех свидетелей и так называемых «экспертов».

Три эпизода

— В настоящее время из доказательств, исследованных судом, вытекает следующее.

По эпизоду с мошенничеством (часть 4 статьи 159 УК РФ). Я не обещал Тарасову назначить его мэром Магнитогорска и не получал за это деньги в сумме 1,5 млн рублей в три приема — 11 ноября 2011 года, в декабре 2011 года и 6 марта 2012 года. Я признаю, что передача денег в размере 500 тыс. рублей произошла один раз — 6 марта, это были деньги на оплату работы технологов и социологов, которые работали на выборах 2011 и 2012 годов — Госдумы и президента РФ. Эти деньги Тарасов передавал, руководствуясь своими карьеристскими соображениями: хотел, чтобы на его территории, в Озерске, были хорошие результаты. В остальной части передача денежных средств подтверждения не нашла.

О ложности показаний Тарасова, фактах фальсификации доказательств, а также моей невиновности свидетельствуют сразу несколько фактов. Так, Тарасов не мог не знать, что глава Магнитогорска в те годы избирался, а не назначался. Я не мог его назначить мэром. Исследование прослушки показало, что Тарасов никогда не обсуждал со мной вопросы своей карьеры, со мной говорил только о выборах.

Я, работая в администрации губернатора, в те годы отвечал за организацию избирательных кампаний в интересах партии «Единая Россия», а также руководил организацией и финансированием предвыборных мероприятий. На выборах в каждом районе работали технологи, социологи, агитаторы, работа которых осуществлялась и оплачивалась неофициально. Затраты на предвыборную кампанию в рамках одного района превышали 5 млн рублей, что явно превышает объем денежных средств, выделенных на предвыборную кампанию из официального фонда. Это подтверждается показаниями свидетелей, данных в суде. Кроме того, есть ведомости, в которых зафиксирована зарплата агитаторов, премии, планы работ технологов, графики встреч и так далее.

Не нашли своего подтверждения факты двух встреч, о которых говорит Тарасов. Я не встречался с ним в ноябре и декабре 2011 года. Это подтверждают геолокации телефонов, материалы ПТП, показания свидетелей. Кроме того, в суде установлены прямые факты фальсификации материалов уголовного дела. Например, по версии обвинения, предложение о передаче денег якобы было высказано мной на встрече с Тарасовым и Цыбко 9 июля 2011 года в ресторане «Грузинский двор» Аргаяшского района. Но я физически не мог присутствовать на этой встрече, поскольку 9 июля 2011 года находился в абсолютно другом месте — в районе города Сатка на базе отдыха «Зюраткуль». Это подтвердили свидетели, путевые листы моей служебной машины, геолокации, ПТП, справка с базы отдыха, где мы отдыхали, а также фото.

Адвокат Сергей Колосовский начал разбивать обвинение в прениях по делу Сандакова

Мало того, в суде было установлено, что и сам Тарасов в тот день, 9 июля, не был в «Грузинском дворике». Однако обвинение говорит нам — не верьте этим доказательства, верить можно только Тарасову, осужденному за кражу более 20 млн рублей и неоднократно менявшему показания.

По эпизоду по статье 272 УК РФ. Следствие утверждает, что я склонил Аброськина к взлому почты, но в суде установлено, что Аброськин самостоятельно передал мне данные почты Александра Подопригоры. Мы можем утверждать, что это была провокация со стороны брата Аброськина — Показанникова, которая проходила под контролем ФСБ. Его, Показанникова, потом вообще вывели из дела. Но есть доказательства, что братья и раньше занимались взломом почт.

Да, я не устоял, прочитал. Но не склонял никого к взлому. Александр Подопригора и Александр Полозов в ходе судебного процесса приняли мои извинения и отказались от гражданских исков ко мне.

Обвинение по статье 290 УК РФ. Меня обвиняют в том, что я якобы принял от Калугина (директор ЧОП «Питон») безвозмездные услуги по охране моего жилого дома с 9 декабря 2013 года по 31 декабря 2014 года. Также Калугин якобы оплатил стоимость ремонта и оборудования помещения охраны, а также передал нам охранную видеосистему. За это я якобы оказал содействие Калугину в заключении госконтрактов на охрану губернатора региона.

Однако в суде установлено, что оплата охранных услуг моей семьей производилась; оборудование передавалось во временное пользование на период охраны; никаких действий в интересах Калугина с использованием должностного положения я не совершал, никакой договоренности с Калугиным не было.

В материалах дела это подтверждается договором об оказании услуг по охране дома и соглашением о прекращении данного договора, квитанциями об оплате, заключением судебно-бухгалтерской экспертизы. Оплата наличными средствами поступала охране от моей жены, Ирины. Свидетели, выступавшие в суде, это также подтвердили.

Обвинение основано только на показаниях Калугина, которые он дал, находясь в СИЗО, а потом менял их. Других доказательств в ходе судебного процесса не установлено. Правда, гособвинитель заявила в суде, что свидетелям верить нельзя, так как они зависимы от меня, а верить можно только судимому за мошенничество Калугину.

Кроме того, я никак не мог содействовать Калугину в получении госконтракта на охрану, это подтвердили в суде сотрудники администрации губернатора, в частности отдела госзакупок. При этом и сам Калугин показал в суде, что я не оказывал ему никакого покровительства, а сам Калугин никогда с подобными просьбами ко мне не обращался.

В заключение

— Ваша честь. Инкриминируемых мошенничества и взятки я не совершал. Я много плохого сделал, но этого я не делал. И мы с защитой это доказали.

Если вдруг, под давлением понятно кого, вы все же вынесете обвинительный приговор, связанный с реальным лишением свободы, я прошу, хотя бы не меняйте мне меру пресечения до рассмотрения в апелляционной инстанции — дайте мне возможность подготовиться. Я буду защищаться до последнего, доказывая, что невиновен. Но в изоляции от общества я не смогу полноценно это делать.

Если же и это будет невозможно, прошу, не вызывайте сюда конвой, дайте мне возможность спокойно попрощаться с женой, детьми, родными и друзьями и самому спуститься в камеру на первом этаже суда. Я знаю, где она находится, я там уже бывал.

Спасибо, ваша честь.

Судья Александр Зимин, уходя в совещательную комнату, объявил, что приговор Николаю Сандакову огласит, ориентировочно, 26 сентября.

«Очкарик» из Екатеринбурга приехал в Челябинск поддержать в суде Николая Сандакова

22-летний Владислав Рябухин из Екатеринбурга — парень в очках, которого обвиняли в причинении тяжкого вреда здоровью спортсмена Саргиса Арутюняна, сегодня приехал в Челябинск поддержать в суде бывшего вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова. Оба, напомним, являются клиентами адвоката Сергея Колосовского.

«Я сам недавно был в шкуре подсудимого, для меня просили срок в колонии, понимаю, насколько это эмоционально сложно, — сказал Рябухин перед заседанием. — Потому приехал поддержать Николая Дмитриевича. Я верю, что он невиновен».

Напомним, сегодня по делу Николая Сандакова должны были огласить приговор, но возобновили судебное следствие: судья принял такое решение, чтобы выяснить, кому возвращать изъятые вещдоки. Теперь в процессе заново пройдут прения сторон и последнее слово подсудимого. Затем Александр Зимин вновь удалится в совещательную комнату.

Как раннее сообщал Znak.com, Рябухина обвиняли в причинении тяжкого вреда здоровью Саргису Арутюняну. Летом 2017 года Владислав поехал в Пионерский район со своим другом Эдуардом, чтобы забрать девушку последнего с вечеринки. Там они повздорили с компанией молодых людей, с которыми отдыхала подруга Эдуарда. После перебранки началась драка. В ходе потасовки Арутюнян попытался оттолкнуть или ударить Рябухина (версии сторон разнятся). При этом он, очевидно, воспринял низкорослого Владислава, который носит очки (из-за этого дело в СМИ прозвали «делом очкарика») как несерьезного противника. Однако Рябухин занимался боксом и в ответ нанес Арутюняну довольно серьезный удар в область головы.

Противник боксера потерял координацию и упал на асфальт, ударившись о бордюр. В результате медики зафиксировали у Арутюняна перелом костей височной области черепа. Его признали потерпевшим, в отношении Рябухина возбудили уголовное дело. В итоге Кировский районный суд Екатеринбурга приговорил молодого человека к 300 часам обязательных работ и штрафу в 200 тыс. рублей

Задержан адвокат бывшего вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова

В Миассе (Челябинская область) задержан адвокат бывшего вице-губернатора Николая Сандакова Константин Акулич. Как сообщил «Ъ-Южный Урал» другой адвокат обвиняемого — Сергей Колосовский, Константина Акулича сегодня вызвали в следственный отдел СКР Миасса для предъявления обвинения по делу годичной давности о нанесении побоев. Тогда Константин Акулич выезжал на место ДТП как адвокат для помощи одной из его участниц. «Изначально оно было возбуждено в отношении неустановленных лиц. Сейчас, когда он начал защищать Николая Сандакова, оказалось, что это был Акулич»,— считает Сергей Колосовский. Константин Акулич стал адвокатом экс-заместителя губернатора в начале августа.

При этом за полчаса до вызова адвоката в СКР Миасса сторону защиты уведомили о том, что в понедельник истекает срок ознакомления с материалами дела о мошенничестве, в котором обвиняют Николая Сандакова.

Напомним, в отношении Николая Сандакова возбуждены два уголовных дела. В рамках первого (дело о мошенничестве) ему инкриминируется обещание за 1,5 млн руб. содействовать назначению на должность мэра Магнитогорска главы администрации Озерска Евгения Тарасова. Второе уголовное дело касается взятки, которую Николай Сандаков якобы получил от директора ЧОП «Питон» Игоря Калугина в виде незаконного безвозмездного оказания услуг имущественного характера в сумме не менее 1,3 млн руб.

Подробнее о деле господина Сандакова читайте в материале «Ъ» «Бывший вице-губернатор требует объединения своих дел».

Взятка меньше, взлом «мягче»: бывшему вице-губернатору Сандакову огласили большую часть приговора

Советский райсуд Челябинска 4 октября начал оглашать приговор бывшему вице-губернатору Николаю Сандакову. Его обвиняют в мошенничестве, получении взятки и подстрекательстве к взлому электронной почты политолога и журналиста. Политику грозит до десяти лет лишения свободы. 74.ru проследил за процессом в зале заседаний в режиме онлайн.

У входа в здание Советского районного суда Николая Сандакова встретила толпа журналистов.

Перед итоговым заседанием Николай Сандаков на своей странице в Facebook поблагодарил всех, кто поддерживал его всё это время.

— Друзья! Подумайте обо мне что-нибудь хорошее сегодня (если нечего вспомнить, то хотя бы не думайте плохого), пожелайте мне успеха, — обратился ко всем Николай Сандаков. — Мои верующие друзья, прошу ваших молитв о Милости Божьей. Повторяю второй день слова благоразумного разбойника. Спаси вас всех Господь. Простите, если кого-то обидел вольно или невольно. Так хочется жить без врагов и обид, без ругани и гнева. Буду собираться. Будем жить. С Богом!

В суд Николай Сандаков приехал вместе с женой Ириной. В холле их ждал бывший пресс-секретарь губернатора и друг семьи Олег Гришанков.

Перед входом Сандакова ловят журналисты и просят пару слов. Бывший вице-губернатор говорит, что рассчитывает на оправдание. А если нет, то будет обжаловать приговор:

— Я не согласен ни на какой другой вариант: условный срок и тому подобное.

За сутки до начала оглашения приговора бывший вице-губернатор создал адресованную президенту Путину петицию на Сhange.org с требованием отставки главы региона Бориса Дубровского. На данный момент под ней подписались чуть больше тысячи человек.

Ожидая приговора, Николай Сандаков успел отдохнуть в Санкт-Петербурге, Крыму, Астраханской области, объехать несколько церквей в Челябинской области и других регионах и даже сходил на концерт «Басты».

Николай Сандаков держался с женой за руку, когда шёл к суду. Потом прогулялся за сумкой в машину. Сказал, что уже знаком со всеми процедурами в СИЗО, где первые дни могут ничего не передавать.

— Ну и чтобы супругу оградить от всех этих сборов вещей, поэтому решил подготовиться заранее, — рассказал он.

Для оглашения решения в Советском райсуде выбрали самый большой зал на четвертом этаже. До этого заседания проходили на втором этаже в зале, где умещались меньше десяти человек.

В зале человек 10–15 из поддержки Николая Сандакова. Бывший вице-губернатор берёт в руки смартфон.

— Не успеваю лайки ставить, чтобы люди видели, что я читаю их сообщения, — объясняет он.

Секретарь суда предупреждает телеканалы: только судья зайдёт — выключаете камеры.

Слушатели продолжают прибывать. Среди них много известных в Челябинске людей. Ирина Сандакова в зал не зашла, ждёт решения в коридоре. Друзьям сказала, что очень волнуется и боится, что ей станет плохо.

Пока не вышел судья, секретарь заседания выгоняет телеоператоров и фотографов:

— Камеры убирайте, выключайте, сейчас судья зайдет.

Публичная часть оглашения приговора в присутствии СМИ будет завтра.

К слову, удаление снимающей прессы из зала в открытом судебном заседании по громкому делу никто и никак не обосновал.

Гособвинитель Екатерина Голубенкова во время прений запросила для Николая Сандакова 10 лет колонии строгого режима и штраф в размере 14 миллионов рублей. Она считает, что вина экс-чиновника в получении взятки, мошенничестве и взломе электронной почты полностью доказана. Сандаков настаивал, чтобы с него сняли обвинения в мошенничестве и получении взятки, а подстрекательство к взлому почты просил переквалифицировать на более лёгкую статью.

В зал пришёл судья, начинает оглашать приговор, читает его спешно, слышно плохо. Сандаков нервно стучит пальцами и держит в руках чётки.

Адвокат Сандакова Сергей Колосовский не стал делать каких-либо предположений о решении судьи. Сказал: «Посмотрим сегодня, послушаем. Очень долго тянется дело».

Николай Сандаков серьёзно приобщился к религии, находясь в следственном изоляторе. После второго задержания в суд по мере пресечения он привёз с собой чётки и Библию.

Во время сегодняшнего интервью журналистам бывший вице-губернатор отметил, что очень долго судья принимал решение по его делу — в совещательной комнате он пробыл 40 дней.

Пока судья зачитывает эпизоды, которые вменяют экс-чиновнику, Сандаков периодически проверяет телефон. Судя по реакции, отвечает кому-то, кто находится в зале заседаний.

Останавливаясь на эпизоде о взломе почты, судья Зимин оговаривается, что Сандаков, получая распечатки из почты политолога Александра Подопригоры, не был осведомлён, что они добыты преступным путём.

Прокурор, когда судья доходит до эпизодов с ЧОП «Питон», делает в своих бумагах пометки.

Судья зачитывает, что руководитель предприятия Калугин лично дал Сандакову взятку в 1,3 миллиона рублей за покровительство при заключении контракта на охрану губернатора. После — переходит к показаниям Сандакова, в которых он отрицал вину и говорил, что никогда не обещал Тарасову пост мэра и не мог повлиять на его назначение. А деньги — не 1,5 миллиона, а 500 тысяч рублей — Тарасов передавал на оплату работы политтехнологов во время выборов в Озёрске в 2012 году.

Николай Сандаков начинает выгружать вещи из карманов и выкладывать на стол: паспорт, бумажник, телефон, ключи от машины, на которой он сегодня приехал.

Судья зачитывает многочисленные показания политтехнологов об участии в выборах в Озёрске, а также показания водителя Сандакова, в которых вновь всплывает ресторан «Грузинский дворик», фигурировавший в деле бывшего сенатора от Челябинской области Константина Цыбко.

Сандаков тогда утверждал, что отдыхал с семьей на Зюраткуле, что подтверждали в показаниях его жена и водитель.

Оглашение приговора длится меньше получаса, но слушатели уже заметно устали стоять. В зале то и дело слышен скрип паркета под переступающими с ноги на ногу людьми и тяжёлые вздохи. Сандаков то растирает руки, то берётся за телефон, то вновь начинает внимательно прислушиваться к тому, что читает судья Александр Зимин.

Зачитывают показания водителя бывшего сити-менеджера Озёрска Тарасова, который рассказывал, что по пути в Магнитогорск чиновнику позвонил Сандаков, после чего тот попросил водителя отвезти помощнику губернатора пакет с деньгами.

Судья зачитывает показания нескольких сотрудников озёрской администрации и СМИ «запретки». Они называют Тарасова ставленником Сандакова и Цыбко. Мол, сам Тарасов не раз говорил об их покровительстве и утверждал, что закрытый город для него — лишь стартовая площадка перед руководящей должностью в Челябинске или Москве.

Следующий на очереди — Евгений Тефтелев, который в 2014 году узнал, что Тарасов рассчитывал занять его место и говорил о помощи Сандакова.

Судья зачитывает показания Сандакова во время следствия. Согласно им, Тарасов называл деньги документами. 500 тысяч помощник губернатора потратил на чаепития для пенсионеров накануне выборов и иные, в том числе личные, нужды.

И вновь «привет» из дела Цыбко. Идёт перечисление многочисленных разговоров Тарасова и экс-сенатора, в которых они обсуждают деньги для теневого избирательного фонда, а также бесед Тарасова и Сандакова — о перечислении денег на карту помощника губернатора.

Суд приходит к следующему выводу: показания свидетелей защиты об участии Сандакова в избирательной кампании и показания свидетелей обвинения не противоречат друг другу. Сандаков участвовал в кампании, но полномочий формировать фонд не имел.

Николай Сандаков давно уже ожидал приговор на свободе, но ещё летом в инстаграме рассуждал, как поначалу в наручниках «было очень больно и обидно».

Судья указывает, что Сандаков в суде давал показания о формировании фонда из денег Цыбко и Тарасова, а на следствии говорил, что избирательная кампания финансировалась из официального избирательного фонда в Озёрске. Решения о проведении мероприятий, в том числе чаепитий, принимались на совещаниях в администрации «запретки». При этом Калинин и Зюсь (тогдашний глава города и его советник) опровергли информацию, что на чаепития потребовались дополнительные средства. Следовательно, деньги Тарасова на них не расходовались.

Жена подсудимого Ирина Сандакова остаётся за дверьми зала судебных заседаний. Давайте вспомним, как тепло она встречала мужа каждый раз во время расследования дела и содержания его под стражей.

Суд не принимает во внимание, что по делу Цыбко и делу Сандакова Тарасов давал различные показания, и считает изложенные бывшим сити-менеджером Озёрска доводы доказанными.

Когда судья зачитывает выводы об обмане Тарасова, гособвинитель Екатерина Голубенкова утвердительно кивает головой.

Показания Цыбко, которые он давал на заседаниях, суд отвергает, подчёркивая личную заинтересованность экс-сенатора.

Судья Зимин, приводя установленные в заседаниях факты, говорит, что Сандаков убедил Тарасова в своей влиятельности и обманул его, используя служебное положение. Квалифицирует это как мошенничество в особо крупном размере с использованием служебного положения и объявляет перерыв.

В коридоре Сандакова окружают все, кто пришел его поддержать. Бывший вице-губернатор объясняет пришедшим, что только что сказал судья.

— Он предлагает не учитывать показания наших свидетелей и опираться на показания Тарасова, — говорит подсудимый.

Уходя на перерыв, судья посоветовался со сторонами, как долго сегодня читать приговор.

— Я могу и до победного, — сказал Зимин.

— Нет, дайте уж сегодня дома переночевать, — ответил ему Сандаков.

По настроениям участников процесса складывается ощущение, что судья посчитает доказанным и эпизод со взяткой, переквалифицировав лишь обвинение во взломе почты.

В перерыве Николай Сандаков отписался в фейсбуке:

— Настолько вопиющая неправда из уст типа одного из лучших судей Челябинской области, что у меня даже слов нет.

«Суд доверяет показаниям Тарасова и положил их в основу приговора».

«Сандаков выборами не занимался в 2011 году»..

И все такое. Александр Сергеевич, Александр Сергеевич.

Похоже, сегодня закончат оглашать приговор.

Спасибо всем большое.

После перерыва людей в зале заседания заметно поубавилось. Ушли практически все журналисты. Желают удачи Сандакову и покидают суд и некоторые его знакомые.

Судья Зимин заходит в зал и сразу же переходит к эпизоду по статье 272 УК о взломе почты. Приводит показания Аброськина, которого Сандаков якобы после чтения переписки Подопригоры попросил взломать почту Полозова. О том, что их «хакнули», политолог и журналист узнали, когда заметили, что в ящике стали появляться уже прочитанные письма.

Хакера Аброськин нашёл на анонимном форуме в интернете и сбросил ему адреса почты. Программу, с помощью которой взламывали ящики, рассылали под видом письма от Владимира Соловьёва с темой «Договор».

Согласно протоколам обыска, на жёстком диске Аброськина нашли 254 сообщения, отправленных для Подопригоры.

И опять вспоминают Цыбко: в материалах дела фигурирует разговор Сандакова с сенатором, в котором вице-губернатор говорит об имеющейся переписке Подопригоры и Полозова.

Показания Аброськина подтверждаются заключением эксперта, изучившего содержимое его компьютера. Сохранившаяся переписка Подопригоры и Полозова есть и на ноутбуке Сандакова.

Заявления защиты о провокации взлома сотрудниками ФСБ суд отверг. В обоснование Зимин приводит переписку в Skype («Есть ещё просьба позаниматься ящиком [Полозова]») и делает вывод, что Сандаков с такой просьбой обращается не в первый раз.

Зимин завершает чтение приговора по этому эпизоду и исключает из обвинения подстрекательство ко взлому почты Подопригоры.

Окончательная квалификация — часть 4 статьи 33, часть 1 статьи 272 (подстрекательство к неправомерному доступу к компьютерной информации).

Из обвинения исключён предварительный сговор в этой части. Судья переходит к эпизоду с Калугиным.

Судья приводит показания управдома, которая оплачивала за охрану жилья Сандакова от 50 тысяч до 167 тысяч рублей.

Слушатели в зале, как и Сандаков, уставились в телефоны. Одни через мессенджеры общаются с подсудимым, другие — читают новости о процессе по его делу.

Судья Зимин приводит показания Игоря Калугина:

  1. Понимал зависимость от Сандакова при получении контрактов и оказывал ему охранные услуги — охранял его дом, охранял его друга Олега Бондаря, в которого стреляли в сентябре 2013-го.
  2. Реальная стоимость охраны дома Сандакова, по словам Калугина, была 120 тысяч рублей, а не 50 тысяч, согласно квитанциям.
  3. Охрана дома Сандакова, по словам Калугина, осуществлялась с доходов за охрану других объектов «в благодарность за оказанное содействие».

Напомним, директора ЧОП «Питон» как ключевого свидетеля обвинения допросили в суде прошлым летом.

Оглашение приговора длится уже два с половиной часа. В зале стало заметно темно, и, чтобы судье было видно, что он читает, включается свет. Александр Зимин уже заметно устал, как и все в зале. Он медленно и чётко проговаривает отдельные слова.

Эпопея с обвинениями в адрес Николая Сандакова длится больше трёх с половиной лет. Давайте посмотрим, как менялся имидж бывшего вице-губернатора на протяжении этого времени.

В материалах есть психолого-психиатрическая экспертиза записанных разговоров Сандакова и Калугина. В них, как утверждают эксперт, взаимоотношения директора ЧОП «Питон» и вице-губернатора со временем меняются, преобладающую роль приобретает чиновник, а предприниматель становится ведомым. Якобы Сандаков использует методы психологического воздействия и манипуляции на Калугине в решении вопроса об охране его дома.

В заседании объявлен второй на сегодня перерыв. Николай Сандаков проводит его в окружении друзей, обнимая жену.

Вероятнее всего, супруги Сандаковы ещё встретятся сегодня. Уходя на перерыв, судья Александр Зимин обнадёжил бывшего вице-губернатора, сказав, что до конца приговор сегодня не огласит.

И вновь слушателей поубавилось. Видимо, узнав, что сегодня приговор не огласят, некоторые из них решили уйти.

Александр Зимин отверг показания подсудимого, согласно которым Сандаков оплачивал охранному предприятию услуги по договору, и приходит к выводу, что «оплата им не производилась».

Судья также обратился к журналисту 74.ru, указав на неточность в нашей онлайн-трансляции (очевидно, почитал её в перерыве).

Суд считает показания Калугина доказанными. Эксперты дают заключение, что именно Сандаков убедил Юревича в невозможности снижения суммы контракта на охрану губернатора. В итоге действия подсудимого квалифицируются как получение взятки.

Александр Зимин исключает из обвинения оказание услуги в виде вооружённой охраны. Не принимает во внимание расчёт средней стоимости охраны, так как идёт расчёт конкретной услуги. Согласно расчётам судьи, Сандакову оказана услуга на 1 миллион 95 тысяч рублей, а не 1,3 миллиона.

Исключает из квалификации совершение Сандаковым действия или бездействия за взятку.

Заседание завершено. Оглашение приговора продолжится завтра утром.

Прямо во время оглашения приговора Николай Сандаков пишет в фейсбуке:

— Показания 6 свидетелей и ряд документальных доказательств суд отвергает. Показания Калугина суд признает правдивыми и кладёт в основу приговора. Это практически дословная цитата.

Подводя итог первому дню оглашения приговора: по мошенничеству суд счёл вину Николая Сандакова доказанной, но исключил из обвинения эпизод с передачей денег в ресторане «Грузинский дворик». Как комментирует адвокат бывшего вице-губернатора, судья не признаёт, что Тарасов врёт, а говорит, что обвинение не доказало его показания в этой части.

По взлому почты: суд переквалифицировал обвинение с части 4 статьи 33, части 3 статьи 272 на часть 4 статьи 33, часть 1 статьи 272 УК (подстрекательство к неправомерному доступу к компьютерной информации), исключив пункт «группой лиц». Также по эпизоду со взломом почты Подопригоры исключено подстрекательство, так как суд счёл, что показания Аброськина о просьбе вице-губернатора взломать почту политолога гособвинением не доказаны.

В эпизоде со взяткой в виде услуги по охране дома Сандакова суд снизил сумму с 1,3 миллиона до 1 миллиона 95 тысяч рублей.

Сергей Колосовский заявил, что настроен на обжалование решения в любом случае, поскольку суд отверг все доводы защиты. Они рассчитывают, что в связи с изменением квалификации эпизода со взломом почты это обвинение будет снято за истечением срока давности привлечения к ответственности, но на общий срок это повлияет незначительно. По словам адвоката, в соответствии с квалификациями эпизодов судья может вынести более мягкое решение.

— Посмотрим, что будет завтра, — заключил защитник.

Оглашение решения суда продолжится в пятницу, 5 октября, в 9:30. Мы завершаем онлайн-репортаж. А завтра в этом же формате расскажем о финальной части приговора. Следите за обновлениями на 74.ru.

Огласить приговор Николаю Сандакову должны были 26 сентября. В конце августа судья Александр Зимин удалился в совещательную комнату, но к назначенной дате неожиданно решил выйти и возобновить судебное следствие, чтобы разрешить технический вопрос по одному из доказательств. В результате по судебному порядку Николаю Сандакову пришлось вновь пройти через прения сторон и во второй раз выступить с последним словом. Политик ещё раз продублировал всё сказанное им ранее и попросил в случае обвинительного приговора не менять ему меру пресечения до результатов апелляции в облсуде.

Как развивалось дело Николая Сандакова

ФСБ задержала вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова 26 марта 2015 года в аэропорту, когда он собирался лететь по работе в Москву. Чиновника обвиняли в получении 1,5 миллиона рублей взятки от бывшего сити-менеджера Озёрска Евгения Тарасова за назначение его главой Магнитогорска. Позже это обвинение переквалифицировали в мошенничество.

В следственном изоляторе Николай Сандаков провёл год. За это время он лишился должности в правительстве. 26 марта 2016-го политика выпустили под залог в 10 миллионов рублей. А меньше чем через неделю ФСБ вновь задержала его — уже по новому уголовному делу. На этот раз бывшему вице-губернатору вменили получение 1,3 миллиона рублей от директора ЧОП «Питон» Игоря Калугина. За взятку силовики посчитали оказание услуги по охране дома политика.

Семья Николая Сандакова расценила это как месть сотрудников ФСБ. 4 апреля 2016-го суд отправил его под домашний арест, где он пробыл ещё год. Процесс по первому уголовному делу — о мошенничестве и взломе почты — стартовал в октябре 2016 года, а спустя год материалы по нему объединили со вторым делом — о взятке от директора ЧОП «Питон».

Больше трёх с половиной лет Николай Сандаков доказывает, что невиновен. Кто и какие показания давал на суде, читайте в нашей подборке.