Исковая давность вс рф

Верховным Судом РФ уточнены разъяснения, касающиеся срока исковой давности и размера процентов за пользование чужими денежными средствами

Поправками установлено, в частности, что:

заявление о пропуске исковой давности может быть сделано также в судебных прениях в суде первой инстанции;

согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в редакции, действовавшей до 1 августа 2016 года, размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки исполнения денежного обязательства, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, если иной размер процентов не был установлен законом или договором, определяется в соответствии с существовавшими в месте жительства кредитора — физического лица или в месте нахождения кредитора — юридического лица опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц;

если иной размер процентов не установлен законом или договором, размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки, имевшие место после 31 июля 2016 года, определяется на основании ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Пленум Верховного суда уточнил правила исчисления сроков исковой давности и «законных» процентов

Пленум ВС уточнил применение сроков исковой давности и правила расчета «законных» процентов по ст. 395 ГК и привел свои же постановления в соответствие с изменившимся законодательством. Расширено право ответчиков указывать на пропуск исковой давности, а другие разъяснения помогут приставам-исполнителям в работе с текущими производствами.

Сегодня, 7 февраля 2016 года, Пленум Верховного суда принял постановление, которым скорректировал ранее данные разъяснения вслед за изменившимся законодательством. Часть изменений касается закона 100-ФЗ, который 1 сентября 2013 года изменил правила исчисления исковой давности и ввел второй, десятилетний срок исковой давности в Гражданский кодекс. Сначала новым нормам придали обратную силу, но Конституционный суд указал, что это не вполне соответствует Конституции, пояснил на заседании Пленума докладчик судья ВС Сергей Романовский. Поэтому сначала в законе, а теперь и в разъяснениях высшего суда появились уточнения о том, что правила применяются к требованиям, которые возникли до вступления в силу 100-го закона. Также под его действие подпадают те требования, которые появились на основании других, ранее действовавших законов, и не истекли 1 сентября 2013 года. Кроме того, у ответчика появилось право заявить о пропуске срока исковой давности на этапе судебных прений. Эти изменения внесены в п. 11 и 27 постановления Пленума от 29 сентября 2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса об исковой давности».

Были изменены правила исчисления «законных» процентов по ст. 395 ГК. Это отразило изменения в законодательстве: сначала они считались исходя из ставки рефинансирования, 1 августа 2015 года ее заменили на ключевую ставку (если иное не предусмотрено законом или договором). «Чтобы определить, какой процент действует, надо ориентироваться на период просрочки», – пояснил Романовский.

За периоды просрочки с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года размер неустойки определяется средними ставками банковского процента по вкладам физлиц в месте жительства или нахождения кредитора. Если долг выплачивается в валюте (или в рублях, но равный сумме в валюте), то надо ориентироваться на банковские проценты в этой валюте. Что касается времени позднее 31 июня 2016 года, то здесь расчет идет исходя из ключевой ставки, которая действует в конкретный период. Узнать ее можно на официальном сайте Центробанка, гласят новые разъяснения. Изменения были внесены в п. 39, первый абз. п. 40, второй абз. 48 постановления Пленума от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений ГК об ответственности за нарушение обязательств». «Разъяснения помогут не только судам, но и приставам, которые считают проценты по текущим исполнительным производствам», – пообещал замгенпрокурора Леонид Коржинек.

С текстом постановления Пленума ВС № 6 от 7 февраля 2017 года «О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»» можно ознакомиться здесь.

МОСКВА, 7 фев — РАПСИ, Олег Сивожелезов. Пленум Верховного суда (ВС) РФ утвердил внесение изменений в обобщение практики применения положений Гражданского кодекса (ГК) РФ об исковой давности и ответственности за нарушение обязательств, передает во вторник корреспондент РАПСИ с заседания Пленума.

Сегодня было утверждено постановление о внесении изменений в постановления Пленума ВС РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Судья-докладчик обратил внимание, что новая редакция постановления Пленума ВС о сроках исковой давности содержит уточнение о возможности для стороны спора заявить о применении срока исковой давности на стадии судебных прений.

Кроме того, в рассмотренном на заседании Пленума ВС документе нашла свое отражение оценка Конституционным судом (КС) введенных в 2013 году норм о десятилетнем сроке исковой давности. Изначально предполагалось, что срок исковой давности во всяком случае не может превышать 10 лет со дня возникновения обязательства. После проверки конституционности данных новелл гражданского законодательства в 2016 году, КС решил ограничить применение положений о десятилетнем сроке исковой давности применительно к обязательственным отношениям, возникшим до 2013 года.

Таким образом, в постановлении Пленума ВС «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» появилось указание на то, что десятилетние сроки начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года и применяться не ранее 1 сентября 2023 года.

Кроме того, в связи с прошлогодними изменениями в ГК ряд пунктов постановления Пленума ВС «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» был представлен в новой редакции. Поправки содержат уточнения о том, что размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки исполнения денежного обязательства, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года определяется исходя из средней ставки банковского процента по вкладам физических лиц в отсутствие иного установленного размера процентов. После 31 июля 2016 года размер процентов, начисляемых за период просрочки обязательства, рассчитывается на основании ключевой ставки Банка России.

Постановление Пленума ВС РФ №6: исковая давность, законная неустойка

Привет, Регфорум! 7 февраля 2017 года состоялось заседание Пленума Верховного Суда Российской Федерации, посвященное актуализации ранее принятых постановлений. В частности, изменены постановление от 29 сентября 2015 года № 43 по исковой давности, и постановление от 24 марта 2016 года № 7 об ответственности за нарушение обязательств.

Исковая давность

Постановление от 29 сентября 2015 года № 43 претерпело следующие изменения:

Пункт 11: Заинтересованная сторона может заявить о пропуске срока исковой давности

«как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, а также в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции».

«Положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», в том числе закрепленные в статьях 181 , 181.4 , пункте 2 статьи 196 и пункте 2 статьи 200 ГК РФ, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года ( пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»)».

«Положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 100-ФЗ) применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года и применяться не ранее 1 сентября 2023 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 года № 499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).».

Ответственность за нарушение обязательства

Постановление от 24 марта 2016 года № 7 также было уточнено.

Пункт 39 теперь предусматривает следующие ставки банковских процентов по законной неустойке:

  • В период начисления процентов с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года (включительно )— по средней ставке банковского процента по вкладам физ. лиц месту нахождения кредитора. На Регфоруме даже упоминался специально для этого созданный онлайн-калькулятор (кстати, он актуализирован).
  • В период начисления процентов с 31 июля 2016 года — по ключевой ставке ЦБ РФ.

Абзац 1 пункта 40 теперь выглядит так:

«Расчет процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, и начисляемых за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно , осуществляется по ставкам, опубликованным для того федерального округа, на территории которого в момент заключения договора, совершения односторонней сделки или возникновения обязательства из внедоговорных отношений находилось место жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, — место его нахождения ( пункт 2 статьи 307 , пункт 2 статьи 316 ГК РФ)».

Второе предложение абзаца 2 пункта 48 скорректировано соответственно:

«Размер процентов, начисленных за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, определяется по средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц, а за периоды, имевшие место после 31 июля 2016 года, – исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения».

Для примера, я посчитал задолженность по «старой» ставке и по «новой». Что мы имеем:

Как видим, в среднем процент за первое полугодие 2016 года составил 8,39%. Что имеем по «новой» ставке:

Срок тот же, разница почти на тысячу рублей при долге в 150 тысяч.

Текст Постановления можно скачать из прикрепелнного файла.

ВС РФ о сроках и процентах

Пленум Верховного Суда РФ 07.02.2017 утвердил Постановление № 6. На первый взгляд, оно носит технический характер – лишь вносит изменения в постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». Однако на самом деле этот документ заслуживает более пристального внимания: вопросы, рассмотренные Пленумом ВС РФ, являются определяющими для гражданского оборота, особенно в контексте комплексной реформы гражданского законодательства. Остановимся подробнее на применении судами норм Гражданского кодекса РФ о сроках исковой давности, а также ответственности за нарушение обязательств в рамках ст. 395 ГК РФ при взыскании так называемых законных процентов за неправомерное удержание денежных средств.

Во время прений можно…

В содержании Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» изменены два ключевых момента.

Первый – момент представления заявления о пропуске срока исковой давности. Пункт 11 указанного Постановления после изменений выглядит так: «Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268 АПК РФ). Если заявление было сделано устно, это указывается в протоколе судебного заседания».

Таким образом, лицам, участвующим в деле, разрешили заявлять о пропуске срока исковой давности во время прений сторон. По общему правилу, сформулированному в ст. 191 ГПК РФ, а также ст. 164–165 АПК РФ, заявление о применении срока исковой давности может быть сделано в любой момент рассмотрения дела до удаления судьи в совещательную комнату для вынесения решения. Если же такое заявление сделано во время судебных прений, суд обязан возобновить рассмотрение дела по существу и продолжить рассмотрение дела после установления всех обстоятельств относительно пропуска исковой давности.

Такова позиции доктрины 1 , однако в судебной практике встречаются и случаи применения данных норм по-другому. В частности, были ситуации, когда заявление о применении сроков исковой давности на стадии судебных прений расценивалось как упущение одной из сторон дела. Так, Московский областной суд при рассмотрении дела № 33-4054/2012 указал следующее: «Доводы кассационной жалобы о том, что судом не было рассмотрено заявление представителя ответчика о применении к исковым требованиям срока исковой давности, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку это противоречит требованиям ст. 191 ГПК РФ, указывающей на неправомочность лиц, участвующих в деле, в своих выступлениях ссылаться на обстоятельства, которые судом не выяснялись, а также доказательства, которые не исследовались в судебном заседании. Как следует из протокола судебного заседания от 15.12.2011, заявление о пропуске истцом срока исковой давности представителем ответчика было заявлено только на стадии судебных прений» 2 .

Вот так незначительное на первый взгляд изменение на практике оказывается довольно значимым для российского процессуального законодательства и обеспечения единства судебной практики.

Ошибка исправлена

Второе изменение касается правил исчисления объективной исковой давности. Так, в Постановлении № 6 указано: «Положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 100-ФЗ) применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного Закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года и применяться не ранее 1 сентября 2023 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 года № 499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»)».

Закон № 100-ФЗ действительно вызывал массу споров: фактически установленный в ГК РФ пресекательный срок лишает некоторых участников гражданского оборота права на судебную защиту. Если обязательственные правоотношения были длящимися и продолжались более 10 лет, исходя из новых положений ГК РФ, защищать свои права в судебном порядке участники не могут, так как срок исчисляется с момента нарушения. Здесь же Пленум Верховного Суда указывает, что установленный в п. 2 ст. 200 ГК РФ срок начинает исчисляться со дня введения этой нормы в российское законодательство, то есть с 1 сентября 2013 года, а, значит, его самое раннее применение может случиться лишь 1 сентября 2023 года, даже в отношении нарушения, произошедшего ранее 2013 года.

Проблема заключается в том, что такой отсекательный срок серьезно ограничивает судебную защиту в случае возникновения обязательств до востребования (например, бессрочного займа). Что еще важнее: все указывало на то, что в данном случае объективный срок начинал течь с момента возникновения самого обязательства. Исходя из этих вводных, с установлением в ст. 200 ГК РФ подобной нормы Законом № 100-ФЗ участники гражданского оборота посчитали, что долги старше 10 лет взыскать уже невозможно. Последовало обращение в Конституционный Суд Российской Федерации. И судьи Конституционного Суда согласились с тем, что нововведения ГК РФ противоречат Конституции России.

В частности, в Постановлении КС РФ от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина Е.В. Потоцкого» указано, что новая редакция абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ противоречит ст. 1 (ч. 1), 17 (ч. 1 и 3), 34 (ч. 1), 35 (ч. 1), 46 (ч. 1) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации.

Интересно отметить, что, несмотря на признание противоречащей Конституции нормы о новом порядке исчисления объективного срока исковой давности, в указанном Постановлении КС РФ содержится также мнение судьи КС РФ Г.А. Гаджиева, дополняющее мотивировку принятого решения. Так, судья Гаджиев указывает, что «избранная законодателем ограничительная мера представляет собой вмешательство в конституционно значимое право на свободу договора, ею затрагиваются основные начала гражданского законодательства», а значит, необходимо оценить пропорциональности данного ограничения.

Также судья КС РФ Г.А. Гаджиев подробно разбирает причины, по которым новеллу ст. 200 ГК РФ нельзя назвать необходимой (в частности, в силу положений ст. 208 ГК РФ, а также п. 2 ст. 314 ГК РФ). Видя в нововведении нарушение принципа равенства всех участников гражданского оборота, судья отмечает: «Если законодатель руководствуется патерналистскими соображениями, то он обязан объяснить, почему он действует в интересах должника или кредитора». Далее следует интересный пример из зарубежного опыта: «Как отмечается в Постановлении Федерального конституционного суда ФРГ от 9 декабря 2008 года, только «отсутствие веского конституционно-правового обоснования (ограничения) не соответствует требованиям общего принципа равенства». В данном же случае (со ст. 200 ГК РФ) «конституционно-правовое обоснование приоритетности прав должников отсутствует», а, значит, она должна быть изменена или отменена.

Федеральный законодатель оперативно разрешил ситуацию: Федеральным законом от 28.12.2016 № 499-ФЗ спорные положения были исправлены, а также указано, что «лица, которым до дня вступления в силу настоящего Федерального закона судом было отказано в удовлетворении исковых требований в связи с истечением десятилетних сроков, предусмотренных пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе обжаловать судебные акты в порядке и сроки, которые установлены арбитражным и гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации».

А Пленум Верховного Суда внес поправки в свои более ранние разъяснения. Таким образом, вторая поправка из Постановления № 6 не только оказывается довольно важной для гражданского оборота, но и демонстрирует нам очередной пример слаженной работы Конституционного Суда как органа конституционного контроля.

Что с процентами

Третье ключевое положение, рассмотренное Пленумом ВС РФ в Постановлении № 6, касается законных процентов, а точнее, поправки, внесенной в п. 1 ст. 395 ГК РФ Федеральным законом от 03.07.2016 № 315-ФЗ. Указанная норма устанавливает, что «в случае неправомерного удержания денежных средств уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга». До вступления в силу Закона № 315-ФЗ размер процентов определялся «существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц», однако затем средние ставки банковского процента по вкладам физическим лиц были заменены ключевой ставкой Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Пленум Верховного Суда лишь учел эти нововведения применительно к Постановлению Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и указал, что в отношении периодов просрочки исполнения денежного обязательства, имевших место с 1 июня 2015 года (тогда ставка рефинансирования была заменена на средние ставки банковского процента по вкладам физлиц) до 1 августа 2016 года включительно, по умолчанию (в случае, если иной размер процентов не был установлен законом или договором) необходимо применять средние ставки банковского процента по вкладам физических лиц, а применительно к периодам просрочки после 1 августа 2016 года – ключевую ставку Банка России.

Необходимо отметить, что неразрешенным остался вопрос с долгами в иностранной валюте (или номинированными в иностранной валюте) применительно к долгам после 31 июля 2016 года. Однако прогнозы большинства аналитиков юридического сообщества сходятся: скорее всего, к этому вопросу судьи Верховного Суда РФ обратятся в следующем обзоре судебной практики, выпускаемом Президиумом ВС РФ, и разумнее всего будет не отходить от старого подхода, то есть применять средний процент по краткосрочным валютным кредитам. Такая практика была установлена, в частности, в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 04.11.2002 № 70 «О применении арбитражными судами статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации».

В данном случае важно, что применительно к периодам просрочки с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года это правило закреплено «в случаях, когда денежное обязательство подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах, а равно когда в соответствии с законодательством о валютном регулировании и валютном контроле при осуществлении расчетов по обязательствам допускается использование иностранной валюты и денежное обязательство выражено в ней (пункты 2, 3 статьи 317 ГК РФ), расчет процентов, начисляемых за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, производится на основании опубликованных на официальном сайте Банка России или в «Вестнике Банка России» ставок банковского процента по краткосрочным вкладам физических лиц в соответствующей валюте» (п. 39 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 в новой редакции).

Подводя итог представленному анализу, можно сказать, что Пленум Верховного Суда в Постановлении № 6 демонстрирует способности держать руку на пульсе и оперативно учитывать внесенные в российское законодательство изменения в своих разъяснениях. Внесенные в более ранние разъяснения изменения позволяют не только обеспечить единство судебной практики, но и наиболее полно реализовать основные начала гражданского законодательства, принцип равенства и защитить права всех участников гражданского оборота.

1 Зуева М.В., Махина С.Н., Никулинская Н.Ф., Помогалова Ю.В., Томтосов А.А. Комментарий к подразделу 5 «Сроки. Исковая давность» раздела I Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (постатейный).

2 Определение Московского областного суда от 21.02.2012 по делу № 33-4054/2012.

Пленум ВС уточнил срок исковой давности по крупным сделкам

Пленум Верховного суда РФ принял 26 июня после двухнедельной доработки постановление об особенностях оспаривания крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность. В ходе редактирования ранее обсуждавшийся документ, как оказалось, претерпел изменения лишь «косметического» характера.

Незначительно обновленный 16-страничный текст проекта (в котором остались те же 30 пунктов) пленуму представила, как и в прошлый раз, председатель судебного состава судебной коллегии по экономическим спорам судья ВС РФ Ольга Киселева. Ее доклад уложился буквально в пять минут.

– Уточнен подпункт два пункта третьего, – отметила судья. – Когда определяется момент начала течения срока исковой давности в случае, если общество публично раскрывало сведения об оспариваемой сделке, считается, что его участники узнали о сделке с момента публичного раскрытия информации лишь в том случае, когда из нее можно сделать вывод о совершении такой сделки с нарушением порядка совершения.

По словам Киселевой, из текста был исключен подпункт два пункта четыре, речь в котором шла о годовом сроке действия согласия на совершение сделки. А пункт восемь дополнен указанием на то, что в связи с заключением сделки с нарушением из общества при наличии законных оснований может быть исключен не только участник, непосредственно заключивший ее, но и участник, дававший указание заключить сделку.

– Уточнен также пункт тринадцатый в части количественного критерия для отнесения сделки хозобщества к крупной в отношении договора, заключенного на неопределенный срок, – продолжила докладчик. – Уточнен и пункт тридцать в отношении тех разъяснений законодательства, которые более не подлежат применению.

Стоит добавить, что для отнесения сделки к крупной необходимо наличие у нее одновременно качественного и количественного признаков. Первый из них проявляется, коль скоро сделка выходит за пределы «классической» хозяйственной деятельности – «очевидно приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов». А по количественному критерию сделка признается крупной, если ее предметом выступит имущество, балансовая стоимость которого составляет 25% и более от балансовой стоимости всех активов общества.

Что немаловажно, согласно позиции ВС РФ, сделка считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности до тех пор, пока не доказано иное. Бремя же доказывания в данном случае лежит на истце, а не на ответчике, как в 2014 году указывал ВАС РФ в своем постановлении, касающемся подобных сделок. А так как подход законодателя к оспариванию крупных сделок и сделок с заинтересованностью претерпел за четыре года немало изменений, перед Верховным судом стала задача максимально актуализировать разъяснения.

Как рассказала под конец своего выступления Киселева, в несколько пунктов внесены «незначительные редакционные правки». Это, в частности, пункты два, пять, шесть, девять и двадцать четыре.

– Полагаем, что в представленном виде проект может быть поставлен на голосование, и просим его поддержать! – заявила судья.

Слово взял статс-секретарь, замминистра юстиции РФ Юрий Любимов.

– Я давал целый ряд замечаний к документу, – заметил он. – И практически все они были учтены. Поддерживаю проект.

Замгенпрокурора РФ Леонид Коржинек сделал то же самое, коротко сказав о нескольких замечаниях со стороны его ведомства, которые также приняла во внимание рабочая группа.

Документ был принят большинством голосов, четверо участников пленума проголосовали против.