Юрист на еврейском

Юриспруденция (еврейский аспект)

Юриспруденция (еврейский аспект).

Юриспруденция в еврейской традиции

О связи юридических, религиозных и моральных аспектов в еврейской традиции см. Право еврейское.

О принципах судопроизводства в еврейском праве см. Юридическая процедура (в раввинских судах).

О законодательстве как элементе еврейской цивилизации см. Галаха, Мишна, Талмуд, а также Кодификация Закона, Устный Закон.

О судебной системе Государства Израиль см. Государство Израиль. Судебная система.

Одной из главных составляющих еврейской цивилизации с древнейших времен была юридическая часть.

Библия содержит множество нормативных предписаний — законов, а также их религиозное обоснование.

Значительная часть этих законов вошла — в почти тождественных библейским формулировках — в различные системы законодательства, принятые в современном мире.

Еще более последовательно юридический характер носит Талмуд — великое собрание правовых, этических и других принципов иудаизма.

Еврейское право — это система, которая объединяет принципы ритуала и юриспруденции, обоснованием этих принципов служит вера в откровение, данное Моисею и составляющее содержание Письменного Закона (см. Тора), а опосредованно — и Устного Закона, кодифицированного в Талмуде.

Хотя на протяжении истории неоднократно предпринимались попытки кодификации еврейского законодательства (Мишна, Шулхан арух и мн. др.), Библия и Талмуд неизменно оставались главными источниками и авторитетами еврейской юридической мысли.

Несмотря на значительное место, которое занимала юриспруденция в еврейской традиции, в большинстве стран диаспоры до начала 19 в. евреи не имели возможности заниматься ею.

В некоторых странах (например, в Австрии) евреев не допускали в юриспруденцию, обосновывая это тем, что право носит церковный характер и, следовательно, им могут заниматься только христиане.

Во многих странах принадлежность к юридической профессии рассматривалась как знак отличия, которого недостойны чужаки, не имевшие гражданских прав.

Евреи стремились проникнуть в эту закрытую для них сферу, поскольку изучение закона (в широком смысле) было у них традиционным и принадлежность к юридической профессии (как и к медицинской) считалась почетной.

Многие евреи переходили в христианство ради того, чтобы получить право поступить в университет и изучать юриспруденцию или, позднее, ради разрешения заниматься юридической практикой.

Несмотря на то, что крещение было обязательным условием допуска евреев к занятиям юриспруденцией, профессия оставалась весьма привлекательной для них.

Она позволяла евреям достаточно обеспечить себя материально, чтобы вырваться из гетто и в то же время не зависеть от работодателя-нееврея.

В большинстве стран евреям было разрешено заниматься юридической практикой примерно в то же время, когда им были предоставлены гражданские права во владениях Габсбургов — после издания «Указа о терпимости» (1782).

В Голландии и Италии евреи получили доступ к юридической профессии в результате завоевания этих стран революционной Францией.

В царской России евреи были допущены в юриспруденцию лишь в 1904 г. — в виде уступки либеральным силам (см. ниже).

Только в США и британских колониях, где евреи всегда пользовались гражданскими правами, они имели возможность во все периоды беспрепятственно заниматься юридической практикой.

Характер дел, в разборе которых принимали участие юристы-евреи, зависел от условий их жизни в разных странах.

В России до революции 1917 г. и в Польше до Второй мировой войны многие адвокаты выступали на процессах, связанных с преследованиями евреев.

В США, где евреи в качестве меньшинства были заинтересованы в защите личности путем соблюдения гражданских свобод, евреи-юристы часто выступали в делах, связанных с гражданскими правами.

В Германии и Австрии, где переход в христианство в течение долгого времени был непременным условием доступа в юриспруденцию, нельзя назвать практически ни одного юриста-еврея (за исключением Г. Риссера), который профессионально занимался бы интересами евреев или уделял специальное внимание гражданским свободам.

В этих странах евреи-юристы занимались теорией и разрабатывали философию права.

Так, П. Лабанд (1838–1918) и Г. Еллинек (1851–1911) в Германии, Ю. Офнер (1845–1924) и Э. Штейнбах (1846–1907) в Австрии были первыми учеными, разрабатывавшими вопросы социального законодательства.

Они были убежденными сторонниками правового устройства своих стран и стремились к его развитию и усовершенствованию.

В Британской империи юристы-евреи подвергались дискриминации в гораздо меньшей степени, чем в большинстве стран Европы, и достигали успеха во всех областях юриспруденции; особенно много евреев было среди судей.

Так, в Южной Африке в 1945–70 гг. на должности судей были назначены 11 евреев; в Австралии на высших судебных должностях были два еврея. В разное время главными судьями в британских колониях были евреи: в Уганде, Танганьике, на острове Цейлон и в Свазиленде.

После Второй мировой войны евреи составили весьма значительную часть юристов, практиковавших в столицах США, Великобритании и Франции.

В странах ислама евреи никогда не пользовались полным гражданским равноправием, тем не менее иногда они занимали высокие судебные посты (например, в Марокко, Ливане, Ираке). Подобная ситуация наблюдалась и в Индии.

Многие евреи Великобритании сыграли выдающуюся роль в области международного права, например, Х. Лаутерпахт, Л. Оппенхейм (1858–1919).

На развитие международного права оказали значительное влияние голландский юрист и государственный деятель Т. Ассер (1838–1913), австрийский юрист, создатель «чистого учения о праве» Х. Кельзен (1881–1973), австралийский юрист и еврейский общественный деятель Дж. Стоун (1907–85).

Евреи были юридическими консультантами министерств иностранных дел многих государств (США, Великобритании, Нидерландов и Польши и др.), а также занимали кафедры международного права во многих европейских университетах.

В Австралии не было никаких ограничений допуска евреев в юриспруденцию. Евреи занимали видные посты в адвокатуре и суде.

Одним из первых в сословие адвокатов в Сиднее в 1861 г. был принят Дж. Саломонс (1836–1909), он стал высшим чиновником министерства юстиции Нового Южного Уэльса, а в 1886 г. был назначен там главным судьей.

Высоких постов достигли в Новом Южном Уэльсе Г. Коэн (1840–1912), член Верховного суда этого штата в 1896–1911 гг.; Д. Леви, стал в 1919 г. спикером парламента штата; Эл. Коэн был королевским адвокатом.

В штате Виктория С. Леон стал прокурором. Юристы Ф. Филлипс и Т. Финк (1855–1942) играли видную роль в политической жизни Австралии.

После Первой мировой войны, несмотря на увеличение численности еврейского населения Австралии, число адвокатов-евреев уменьшилось.

Важные посты в разных областях юриспруденции занимали: судья из Нового Южного Уэльса Дж. Коэн, генеральный прокурор Виктории Г. Коэн, председатель Института права Австралии Л. Брехем.

Самым известным юристом был сэр Айзек Айзекс, исполнявший обязанности председателя Верховного суда Австралии в 1927 г., официально занимавший этот пост в 1930–31 гг. и назначенный после этого генерал-губернатором Австралии.

После Второй мировой войны число юристов-евреев в Австралии значительно увеличилось. Высокие посты занимали А. Вольф (1899–?) — главный судья Западной Австралии в 1959–69 гг.; Э. Коппель (1896–?) — председатель Верховного суда Виктории (автор учебника по юриспруденции); членами Верховного суда Нового Южного Уэльса были Б. Шугермен, Д. Селби и С. Айзекс.

Несколько евреев были назначены королевскими адвокатами, в том числе Ф. Филлипс, Джоан Розанов, сенатор С. Коэн (заместитель председателя лейбористской партии Австралии), М. Ашкенази и др.

Дж. Стоун был профессором юриспруденции в университете Сиднея, З. Коуэн — деканом юридического факультета университета Мельбурна, Л. Уоллер — профессором юриспруденции в университете Дж. Монаша.

Юриспруденция в странах

До издания императором Иосифом II «Указа о терпимости» евреи не могли поступать в университеты и, следовательно, заниматься юриспруденцией.

Из перешедших в христианство наиболее известен Йозеф фон Зонненфельс (1732–1817), выступавший за отмену пыток и ограничение применения смертной казни.

После провозглашения указа уроженец западной Богемии (см. Чехия) Рафаэль Йоэль (1762–1827) был первым евреем, который поступил в Пражский университет и, преодолев серьезные препятствия, получил разрешение защитить степень доктора гражданского права.

Первым евреем, ставшим ординарным профессором университета, был В. Вессели (1801–70). Его деятельность способствовала введению в Австрии суда присяжных (1848).

Однако право заниматься юриспруденцией окончательно утвердилось лишь тогда, когда конституция 1867 г. предоставила евреям гражданское равноправие.

Это было в значительной мере результатом деятельности Г. Жака (1831–94), венского юриста и политического деятеля, который ратовал за отмену всяких ограничений для евреев.

Его книга «Рассуждение о положении евреев в Австрии» (1859) привлекла внимание широких кругов австрийской общественности. Однако и после предоставления равноправия евреи продолжали подвергаться дискриминации в социальном и профессиональном отношении.

Многие евреи, стремясь полностью участвовать в жизни Австро-Венгрии, которую они воспринимали как образцовое для современной им Европы открытое общество, переходили в христианство.

Среди них: Ю. Глазер (1831–85), ставший министром юстиции и считавшийся создателем системы австрийского уголовного права; И. Унгер (1828–1913), ставший председателем Имперского суда (оба были признаны наиболее выдающимися представителями юриспруденции в Австрии в 19 в.); за принятие социального законодательства австрийским парламентом боролись упомянутые выше Ю. Офнер и Э. Штейнбах (был председателем Верховного суда); Ф. Кляйн дважды занимал пост министра юстиции.

В 20 в. юристы-евреи активно способствовали принятию ряда важных актов австрийского социального законодательства.

А. Эренцвайг (1864–1935) был автором книги «Система австрийских всеобщих частных прав» (1925), Г. Краснопольский (1842–1908) — автором полного учебника австрийского гражданского права, который был опубликован после его смерти; Б. Кафка (1881–1931; двоюродный брат Ф. Кафки), видный юрист и политический деятель Чехословакии, был профессором Немецкого университета в Праге; И. Шей фон Коромла входил в комиссию по пересмотру гражданского кодекса; И. Кланг в соавторстве с девятью ведущими юристами-евреями составил учебник австрийского гражданского права «Комментарий к книге всеобщих гражданских законов» (1931–35).

В области торгового права получили известность К. С. Грюнаут (1844–1929) и О. Пишко (1876–1939); видными борцами за реформу уголовного права были В. Роде (Розенцвейг, 1876–1934), Э. Лозинг (1874–1942) и Х. Шпербер.

Группа специалистов по международному праву примкнула к возглавлявшейся Х. Кельзеном (см. выше) венской школе юриспруденции, которая отвергала дуалистическую систему законодательства империи Габсбургов и плюралистическую систему законодательства, подчиненную принципам международного права.

Захват нацистской Германией многих территорий, принадлежавших ранее Австро-Венгерской империи, прежде всего аншлюс Австрии и оккупация Чехии, а также победа фашистских тенденций в Венгрии и Словакии положили конец деятельности юристов-евреев в этих странах.

Евреи (как и австрийская аристократия) оказались жертвой последствий распада Габсбургской империи.

Великобритания

Первым адвокатом-евреем в Англии был Ф. Голдсмид (1808–78), принятый в сословие адвокатов в 1883 г.; принося присягу, он опустил слова «по истинной вере христианина» — формулу, которую обязательно произносили при занятии любых официальных постов.

Впоследствии все большее число евреев получало разрешение заниматься адвокатской практикой, хотя на протяжении многих лет их продолжали подвергать дискриминации.

До Второй мировой войны число юристов-евреев оставалось незначительным, тем не менее некоторые из них приобрели большую известность.

Дж. Джессел (1824–83) — первый еврей в Англии, который был назначен судьей. Позднее он был признан одним из главных создателей современного права справедливости (система права, действующая наряду с общим правом и писаным статутным правом).

Видными юристами в 19 в. были Дж. Уэйли (1818–73), Дж. Ф. Бенджамин, юридическая и политическая карьера которого начиналась в США, А. Кохен (1830–1914) и Дж. Льюис (1873–1911).

Крупнейшим юристом-евреем в Англии был Руфус Дэниэл Айзекс (см. Рединг).

После Второй мировой войны профессия юриста (особенно адвокатура) стала привлекать чрезвычайно большое число евреев.

К 1970 г. членами Верховного суда были шестеро евреев: Л. Л. Кохен, которому в 1951 г. был пожалован титул барона, С. Салмон, С. Карминский, А. Мокатта, С. Шоу и Ф. Вин.

Евреями были более 10% солиситоров (юридических советников, имеющих право выступать лишь в судах низшей инстанции) в главных городах страны.

Резкое увеличение числа евреев-юристов в значительной степени явилось результатом общей либерализации профессии, которая раньше была открыта лишь для ограниченных социальных групп.

Среди адвокатов-евреев выделялись Б. Бенас (1880–1968), занимавшийся адвокатской практикой более 60 лет; Роза Хейлброн (1914–?), первая женщина в Великобритании, ставшая «королевским адвокатом» (адвокат высшей категории); Н. Ласки, Б. Гиллис, Дж. Джексон. А. Даймонд и Айз. Джекоб приобрели известность своими выступлениями в Верховном суде.

До Второй мировой войны лишь немногие евреи были преподавателями юриспруденции в университетах Великобритании; после 1945 г. число евреев-преподавателей юриспруденции стало быстро расти.

Некоторые из выдающихся профессоров-евреев были эмигрантами из Германии, многие из них специализировались в области международного права.

В Кембридже профессорами публичного международного права были Л. Оппенхейм и Х. Лаутерпахт (см. выше).

Среди других видных юристов-евреев в Великобритании — А. Л. Гудхарт, первый еврей, занимавший пост главы колледжа в Оксфорде, Д. Даубе, профессор гражданского права в Оксфорде, и Клара Пэлли, ставшая в 1970 г. первой женщиной — профессором права.

Ограничения занятий адвокатской практикой для евреев в Венгрии были устранены законодательством конца 1850-х гг., согласно которому для евреев открывались любые профессии.

Однако успешной юридической карьере евреев по-прежнему, как и в Австрии, препятствовала религиозная нетерпимость. Многие евреи приняли христианство.

Одним из первых евреев-юристов был И. Баумгартен (1850–1914), ставший судьей в Будапеште в 1886 г. и прокурором в 1896 г.

Его брат К. Баумгартен (1853–1913), был первым евреем — членом Верховного суда (назначен в 1892 г.).

Впоследствии Х. Бек (1843–1928), Д. Маркус (1862–1912) и Б. Галлиа (1870–1954) были назначены членами Верховного суда; С. Дечей стал членом Королевского суда в Будапеште в 1895 г.

В то же время евреев обычно не назначали профессорами венгерских университетов; Г. Шварц (1858–1920) стал профессором римского права в Будапештском университете только после принятия христианства.

Во время Первой мировой войны В. Важони (1868–1926) стал министром юстиции, карьера в области юриспруденции проложила ему путь в политику, как и двум другим юристам-евреям — Л. Вадасу (1861–1924) и Ш. Вишонтаи.

После поражения в Первой мировой войне и подавления коммунистической революции в Венгрии (1919) евреи стали подвергаться организованным преследованиям; евреи-судьи и профессора юриспруденции были смещены с должности.

Т. Лёв был единственным евреем, получившим пост главного судьи Апелляционного суда, однако и он вынужден был уйти в отставку, когда в конце 1930-х гг. в Венгрии усилилось влияние нацизма. Впоследствии евреи вообще были лишены права заниматься юриспруденцией.

Во время Второй мировой войны все евреи-юристы были уволены с судебных и государственных постов.

После окончания войны эти ограничения были снова отменены, но лишь немногие из евреев могли действительно заниматься юриспруденцией при коммунистическом режиме, и ни один еврей не занимал высших постов судей или профессоров юриспруденции.

После падения коммунистического режима пали и все негласные препятствия для евреев в области юриспруденции., однако усиление антисемитизма в посткоммунистической Венгрии не способствовало успехам евреев в юриспруденции.

Хотя евреи получили разрешение изучать медицину в германских университетах еще в начале 18 в., до начала 19 в. им не разрешалось изучать юриспруденцию.

Лишь после революции 1848 г. в некоторых германских государствах (например, в Пруссии) евреи получили право заниматься юриспруденцией.

Впоследствии евреи наталкивались на серьезные препятствия, мешавшие им занимать высшие посты в области юриспруденции — судей, адвокатов и профессоров университетов.

Многие евреи переходили в христианство, другие достигали известности своими трудами по коммерческому, публичному и международному праву, не отказываясь от еврейской религии и не занимая поэтому каких-либо официальных постов.

Одним из первых юристов-евреев в Германии был Э. Ганс (1798–1839), который стал доцентом юриспруденции в Берлинском университете в 1820 г.

В 1828 г., вскоре после принятия христианства, он был назначен ординарным профессором.

Преемником Ганса на кафедре Берлинского университета стал также крещеный еврей Ю. Шталь (1802–61).

Первым евреем, который сохранил верность своей религии и несмотря на это стал профессором права в германском университете, был Г. Дернбург (1829–1907), он возглавил кафедру права в университете Халле в 1862 г., а позднее стал профессором римского и прусского права в Берлине.

Первым евреем-судьей в Германии был Г. Маковер (1830–98), назначенный вице-председателем Берлинского городского суда в 1857 г.

В 1860 г. Г. Риссер стал первым евреем — членом Высшего суда, что было особенно знаменательно, так как ранее ему как еврею было отказано в праве заниматься адвокатской практикой.

Л. Гольдшмидт (1829–97), профессор коммерческого права в Гейдельбергском университете, стал членом коммерческого суда; в 1887 г.

Я. Беренд (1833–1907) стал первым евреем — членом Высшего суда Германской империи.

Г. Штауб (1856–1904) и Т. Левенфельд (1848–1919) были одними из первых евреев, занявших видное место в германской адвокатуре.

З. Зоммер и А. Моссе (1846–1925) были первыми евреями — членами Высшего суда Пруссии; Н. Штейн (1859–1927) был назначен председателем Мангеймского окружного суда в 1914 г.; он был первым евреем-председателем суда в Германии.

Несмотря на все препятствия, несколько евреев сумели добиться назначения на высшие судебные посты в Германской империи; многие евреи добивались профессуры в германских университетах.

Однако в конце 19 в. в Германии все еще существовала дискриминация по отношению к евреям.

Так, Х. Прейс (1860–1925), научный авторитет в области конституционного права, 36 лет ждал профессорского звания Берлинского университета.

Прейс стал председателем комитета, составившего после 1918 г. проект Веймарской конституции, которая испытала влияние его трудов, а также трудов еще троих евреев — специалистов по конституционному праву: П. Лабанда (см. выше), Г. Еллинека (см. выше) и А. Арндта (1849–1926).

Среди профессоров-евреев, принявших христианство, выделялись Ф. Френсдорф (1833–1931), специалист по истории права, Э. Лёнинг (1843–1919), профессор конституционного и международного права, и его брат Р. Лёнинг (1848–1903), который в течение 20 лет был профессором уголовного права в Йенском университете.

Конец Германской империи и образование Веймарской республики привели к отмене всех ограничений для евреев в области юриспруденции.

Доля евреев в общем числе юристов значительно превышала их долю в общем населении Германии (к 1932 г. евреи составляли 20% всех юристов страны).

Некоторые евреи были выдающимися адвокатами.

О. Ландсберг (1869–1957) был министром юстиции в первом правительстве Веймарской республики.

После 1918 г. в Германии резко увеличилось число евреев-судей.

Еще более возросло число евреев-правоведов: Г. Канторович (1877–1940) в 1929 г. был назначен ординарным профессором юриспруденции и уголовного права в университете г. Киль, А. Нуссбаум (1877–1964) в 1921 г. стал профессором юриспруденции в Берлинском университете, Х. Кельзен (см. выше) в 1929 г. — профессор Кельнского университета.

Все евреи-профессора юриспруденции потеряли свои посты после 1933 г., многие эмигрировали в США.

После прихода нацистов к власти в Германии евреев постепенно устранили из всех областей юриспруденции.

Судьи и профессора права были сняты со своих постов в 1933 г., однако лишь в декабре 1935 г. евреям было запрещено заниматься адвокатской практикой.

После Второй мировой войны в Германии было небольшое число юристов-евреев, большинство занималось делами, связанными с репарациями немецкими.

И. Нойбергер был министром юстиции земли Северный Рейн—Вестфалия.

Несколько евреев занимали посты в адвокатуре и в университетах.

Под властью Османской империи в Эрец-Исраэль лишь небольшое число евреев имело право заниматься адвокатской практикой.

Г. Фрумкин (1887–1960; см. Фрумкин, семья) был единственным адвокатом-евреем в Иерусалиме, когда город был занят англичанами.

В 1918–20 гг. он был членом иерусалимского арбитражного суда, а в 1920 г. стал единственным евреем, членом Верховного суда Палестины, и оставался на этом посту до окончания британского мандата.

Британские мандатные власти учредили в Иерусалиме Школу правоведения (1921) для подготовки юристов; большинство квалифицированных юристов, практиковавших в стране в момент провозглашения Государства Израиль, были выпускниками этой школы.

Иерусалимская школа («классы юриспруденции») не давала академического юридического образования, поэтому в 1926 г. курс права еврейского был введен в Еврейском университете в Иерусалиме.

Факультет права и экономики был открыт в 1935 г. в Тель-Авиве.

В 1948 г. и юридический факультет Еврейского университета, и Школа правоведения были закрыты, а в 1949 г. новый факультет права был открыт в рамках Еврейского университета.

Формальные юридические курсы при Тель-Авивском университете были открыты в 1959 г., когда факультет права и экономики был объединен с аналогичным факультетом Еврейского университета.

В 1966 г. юридический факультет Тель-Авив. университета отделился от иерусалимского.

В 1970 г. в Университете Бар-Илан было открыто отделение еврейского права.

Многие юристы-олим, изучавшие юриспруденцию в других странах, получали право заниматься адвокатской практикой в Израиле после сдачи экзаменов Израильской коллегии адвокатов для иностранного студентов и прохождения определенного срока специальной подготовки.

Высший судебный орган Израиля — Верховный суд, который является высшей апелляционной инстанцией, а также Высшим судом справедливости, в функции которого входит защита свободы личности граждан Израиля и охрана правопорядка.

Председателями Верховного суда были: М. Змора в 1948–54 гг., И. Олшан в 1954–65 гг., Ш. Агранат в 1965–76 гг., И. Зусман (1910–82) в 1976–80 гг., М. Ландой в 1980–82 гг., И. Каhан (1913–85) в 1982–83 гг., М. Шамгар в 1983–95 гг., А. Барак с 1995.

Заместителями председателя Верховного суда были И. Олшан в 1953–54 гг., Ш. З. Хешин (1903–53) в 1954–59 гг., Ш. Агранат в 1959–65 гг., М. Зильберг в 1965–70 гг., И. Зусман в 1970–76 гг., М. Ландой в 1976–80 гг., Х. Коhен в 1980–81 гг., М. Шамгар в 1982–83 гг., М. Элон в 1988–93 гг., А. Барак в 1993–95 гг.

Членами Верховного суда, сыгравшими большую роль в развитии израильской юриспруденции и судебной системы, были: М. Дункельблюм (1889–91) в 1948–51 гг., М. Бейский в 1979–91 гг., Мирьям Бен-Порат в 1977–88 гг., С. Асаф в 1948–53 гг.

В 1990-х гг. ряд известных израильских судебных деятелей, в том числе председатели Верховного суда М. Шамгар, А. Барак и др., активно выступали за превращение Верховного суда в главного гаранта сохранения демократического и светского характера еврейского государства.

Усиление влияния судебно-юридических органов на принятие решений в общественной и политической сферах (так называемый судебный активизм) вызвало недовольство как ультраортодоксальных религиозных партий, для которых сам факт подчинения религиозных судов (см. Бет-дин) Верховному суду представляется серьезной проблемой, так и среди политических деятелей светских партий и ряда юристов, недовольных попытками поставить высший судебный орган над исполнительной и законодательной властью.

Многие израильские юристы сыграли большую роль в изучении различных отраслей права, в том числе А. Барак — специалист в области гражданского права, в частности, имущественного, вексельного и коммерческого права, а также конституционного права; Б. Акцин — специалист в области государственного права, автор книг «Фундаментальные проблемы публичного права», «Государство и нация», «Проект конституции Израиля» и др.; Рут Габизон (родилась в 1945 г.), профессор Еврейского университета в Иерусалиме, в 1996–99 гг. — председатель Всеизраильского общества защиты гражданских прав, ведущий специалист в области гражданского права; Рут Лапидот (родилась в 1930 г.) — ведущий специалист в области международного права, член Гаагского международного трибунала, автор девяти книг; М. Элон — крупный специалист в области еврейского права, автор книг «Свобода личности и пути взимания долга в соответствии с еврейским правом», «Внедрение религиозных законов в законодательство Израиля и в судебную практику государственных и религиозных судов», «Предметный указатель к сборникам галахических вопросов и ответов еврейских мудрецов Испании и Северной Африки» (тт. 1–5).

Эмансипация евреев в Италии завершилась в 1870 г. с эмансипацией евреев Рима.

Евреи быстро заняли видное место среди правоведов, в том числе профессоров юриспруденции, однако лишь немногие из них приобрели известность в качестве адвокатов и судей, несмотря на отсутствие законодательных ограничений.

Одним из этих немногих был Л. Мортара (1855–1937), ставший председателем Верховного (кассационного) суда и министром юстиции.

Одним из первых евреев, занявших кафедру права, был Ч. Виванте (1855–1944), ставший в 1882 г. профессором коммерческого права в университете Пармы.

Виванте был основателем новой итальянской школы в изучении коммерческого права и автором стандартного учебника в этой области юриспруденции.

Выдающимся криминологом был Ч. Ломброзо.

Ряд итальянских евреев приобрел известность в качестве историков права: В. Колорни (1912–?) исследовал применение права еврейского в Италии, начиная с римской эпохи; Дж. Сегре (см. Сегре, семья) был профессором римского права в Туринском университете; Э. Вольтерра (1904–?), сын В. Вольтерра, был профессором римского права в четырех итальянских университетах; А. Латтес (1858–1940) был авторитетом в области морского права.

После Первой мировой войны евреи преподавали юриспруденцию почти во всех итальянских университетах.

Некоторые из них принимали активное участие в еврейской общественной деятельности.

Так, М. Фалько (1884–1943), профессор церковного права в Миланском университете, был убежденным сионистом; Ч. Витта (1873–1956), профессор административного права во Флоренции, был там главой еврейской общины.

Г. Тедески (1907–?) до 1939 г. возглавлял кафедру права в ряде итальянских университетов и был одним из редакторов главного еврейского периодического издания в Италии «Рассенья мензилле ди Исраэль».

В 1932 г. он предложил принять конвенцию об антисемитизме под эгидой Лиги Наций.

После принятия расистского законодательства в Италии он уехал в Эрец-Исраэль. В 1949 г. он стал профессором гражданского права Еврейского университета в Иерусалиме. Был членом Израильской академии наук, удостоен Государственной премии Израиля (1954).

Антисемитские законы, принятые в 1938 г., запрещали евреям занимать университетские посты.

В течение года все евреи-профессора юриспруденции были уволены, в том числе Ч. Витта, Э. Вольтерра, Дж. Сегре, Т. Аскарелли (1903–1959), профессора коммерческого права в университете Феррары и других итальянских городов; Ф. Каммео (1872–1939), профессор административного права в университете Болоньи; В. Колорни и М. Фалько (см. выше).

После 1945 г., однако, многим профессорам-евреям были возвращены их посты: Вольтерра стал ректором университета Болоньи (1947), Аскарелли был назначен профессором коммерческого права в Римском университете; А. П. Серени (1908–67) был восстановлен на кафедре международного права в университете Феррары.

В 19 в. в Канаде не было видных юристов-евреев; лишь в 1914 г. впервые еврей С. Шульц был назначен судьей графства в провинции Британская Колумбия.

Затем до 1929 г. в Канаде не было судей-евреев, за исключением Дж. Коhена, занимавшего судейский пост в Торонто в 1918–30 гг.

После Второй мировой войны евреев все чаще назначали на судейские посты. Ряд евреев был назначен членами высших судов канадской провинций.

В 1970 г. Б. Ласкин (1912–84) стал первым евреем — членом Верховного суда Канады.

После Второй мировой войны многие канадские евреи стали видными адвокатами: Х. К. Гольденберг (1907–96), Ч. Гевси (1906–67), Б. Гасс (родился в 1905 г.) и др. Многие из них занимали высокие судейские и государственные посты.

Несколько евреев занимали высокие должности в канадских университетах: Дж. Финкельман (родился в 1907 г.), профессор трудового права и научный авторитет в области трудовых отношений; М. Коhен (родился в 1910 г.), декан юридического факультета университета Мак-Гилл, и др.

Нидерланды

До завоевания Голландии революционной Францией в 1795 г. евреям не разрешалось заниматься юриспруденцией.

Первым евреем, формально принятым в сословие юристов, был И. Д. Мейер (1780–1834), позднее ставший судьей в Амстердаме и секретарем правительственной комиссии по составлению проекта новой конституции Нидерландов (1815).

Антисемитские предрассудки воспрепятствовали его назначению на более высокие посты, и он вернулся к частной адвокатской практике. М. Ассер (1754–1826), активный сторонник эмансипации евреев, стал в 1798 г. первым евреем — членом амстердамского окружного суда; он заложил основы голландского коммерческого права.

Его сын К. Ассер (1780–1836) был генеральным секретарем министерства юстиции (1815–36) и оказал значительное влияние на законодательство Голландии в период господства Наполеона I.

По инициативе брата Наполеона Луи Бонапарта (в 1806–10 гг. король Голландии) К. Ассер составил в 1808 г. устав еврейской консистории; в 1828 г. он был назначен председателем Верховного комитета еврейских конгрегаций. Ассер — автор трудов по юриспруденции и истории голландского еврейства.

В 19 в. в Нидерландах выдвинулось еще несколько крупных юристов-евреев: И. Э. Гудсмит (1813–82) — первый еврей, ставший профессором права в Нидерландах (1858); М. Х. Годфруа (1814–82) — первый еврей, занявший пост министра юстиции в правительстве Нидерландов (1860). К. Ассер (1843–98), внук упомянутого выше К. Ассера, был судьей в Гааге, а позднее — профессором гражданского права в Лейдене.

А. А.де Пинто (1828–1908), один из авторов нидерландского уголовного кодекса 1886 г., был заместителем председателя Верховного суда. Самым выдающимся юристом был Т. М. К. Ассер (из семьи Ассеров, см. выше).

В 1911 г. ему была присуждена Нобелевская премия мира. Другим видным специалистом по международному праву был Ж. Оппенхейм (1849–1924), профессор международного права в Лейдене.

В конце 19 в. число видных юристов-евреев в Нидерландах было непропорционально велико по сравнению с общей численностью евреев в стране.

В 20 в. евреи Л. Э. Виссер (1871–1942) и М. Полак (1865–1938) были назначены членами Верховного суда.

Э. ван Раальбе (1841–1921) был назначен министром юстиции в 1905 г.

В течение 40 лет кафедру права в Лейденском университете возглавлял Э. М. Мейерс (1880–1954).

Немногие из евреев страны пережили Катастрофу европейского еврейства, однако после Второй мировой войны два еврея — И. Самкалден (1912–95) и К. Полак (1909–81), сын М. Полака (см. выше), — некоторое время занимали пост министра юстиции.

Евреям Царства Польского (под властью Российской империи) обычно отказывали в звании присяжного поверенного до 1904 г., когда были допущены известные послабления в этом отношении.

В тех частях Польши, которые до 1918 г. находились под властью Австрии и Пруссии, число евреев-юристов было невелико; евреи стремились переезжать в большие города, например, в Вену, Берлин и т. п., где у них были большие возможности изучать юриспруденцию и заниматься адвокатской практикой.

Э. Ритнер (1845–?) после принятия христианства стал профессором церковного права во Львовском университете и государственным секретарем по делам Галиции.

После обретения Польшей независимости в 1918 г. евреям было предоставлено формальное право заниматься адвокатской практикой, однако существовала дискриминация как в отношении статуса евреев в юридической профессии вообще, так и в назначении их на высшие посты в адвокатуре или в суде.

К 1931 г. около половины всех польских адвокатов были евреями, а в тех местностях, где концентрация еврейского населения была велика, число адвокатов-евреев было еще выше.

В связи с ростом судебных издержек заработки адвокатов постоянно уменьшались, и польская адвокатура увидела в преследовании евреев способ убрать конкурентов.

Было ограничено право евреев занимать определенные юридические посты и число евреев, имевших право заниматься адвокатской практикой.

Тем не менее некоторые евреи преуспели и в этих условиях: Г. Гласс (1864–1929) был окружным судьей с 1918 г. до конца жизни; М. Аллерханд (1863–1942) представлял Польшу в Международном суде в Гааге; Я. Я. Литауэр стал членом Верховного суда.

Ряд адвокатов-евреев — В. Брокман (1879–1943), Л. Ландау и Л. Беренсон (1885–1943) — известны своими выступлениями на политических процессах, где они защищали евреев, ставших жертвами антисемитских нападок.

Установление коммунистического режима в Польше в конце Второй мировой войны на время прекратило дискриминацию юристов-евреев, тем более что большинство из них погибло во время Катастрофы.

Некоторые из выживших работали в университетах: Я. Литауэр был профессором гражданского права в Лодзинском университете, Е. Савицкий (Рейслер, 1908–67) — профессором уголовного права в Варшавском университете, М. Мушкат (родился в 1915 г.) — профессором международного права в Варшавском университете, М. Лакс (родился в 1914 г.) — директором Института юриспруденции и членом Польской АН.

С. Куровский (1898–1959) был главным представителем Польши на Нюрнбергском процессе (см. Военных преступников процессы), Л. Хайн был заместителем министра юстиции в 1945–49 гг. В 1967 г. М. Лакс был назначен членом Международного суда в Гааге от Польши.

Антисемитский характер политики польского коммунистического режима, который проявлялся все более откровенно, привел к эмиграции нескольких крупных юристов из Польши.

В частности, еще в 1957 г. М. Мушкат уехал в Израиль, где стал профессором международного права в Тель-Авивском университете.

В Израиле он опубликовал труды: «Каввей иесод ба-мишпат hа-бенлеумми» («Основы международного права», в 2-х томах, 1959–61) и «Хитпаттхуйот хадашот ба-мишпат у-ве-иргуним бенлеуммиим» («Новые явления в международном праве и в международных организациях», 1967).

В российском суде до судебной реформы 1864 г. не было адвокатов, а были поверенные, ходатаи по делам, среди них могли быть и евреи.

С 1832 г. при коммерческих судах был введен институт присяжных стряпчих, в рядах которого были евреи, например, О. Рабинович, Я. Серебряный.

В Прибалтийском крае по местным законам не существовало никаких ограничений для евреев, желавших заниматься адвокатской практикой.

Так, в 1816 г. юстиц-коллегия по лифляндским и эстляндским делам выдала еврею С. Вульфу, окончившему юридический факультет Дерптского университета, свидетельство на «хождение по делам».

Юстиц-коллегия согласилась назначить С. Вульфа на освободившуюся при коллегии должность консулента (консультанта), но министр духовных дел и народного просвещения князь А. Голицын в ответ на запрос Сената написал, что «наука о праве содержит в себе учения (церковное право), которые не согласуются с религией еврея и доколе пребудет он в своей вере, до тех пор не может он. производить юриспруденцию на практике, без противоречия своему исповеданию и сообразно делу христианской веры». Тем не менее с конца 1820 г. С. Вульф занимался юридической практикой.

В Царстве Польском адвокатом мог быть только дворянин.

Закон 1866 г. о принятии на гражданскую службу евреев, получивших ученые степени, открыл евреям доступ в адвокатуру.

В 1868 г. были назначены первые четыре еврея-адвоката при гражданском трибунале.

В 1872 г. в Варшаве было уже три еврея-адвоката при апелляционном суде, 59 при гражданском трибунале и варшавском мировом суде.

Судебная реформа 1864 г. создала в России демократический суд и привела к возникновению общественно-правового института адвокатуры.

Судебные уставы 1864 г. не содержали никаких ограничений для евреев, любой подданный империи, имевший соответствующее образование и прослуживший не менее пяти лет по судебному ведомству или пять лет занимавшийся судебной практикой под руководством присяжных поверенных как их помощник, мог заниматься адвокатской практикой.

Несмотря на то, что с 1889 г. в России стали вводиться ограничения для евреев, желающих заниматься адвокатской практикой (см. ниже), в стране было значительное число евреев-присяжных поверенных, многие из которых имели всероссийскую известность.

Крупнейшими адвокатами были М. Винавер, О. Грузенберг, А. Гольденвейзер, С. Кальманович (1855–?), М. Кулишер (см. Кулишер, семья), А. Пассовер (1840–1910), Г. Слиозберг, а также Э. Банк (1840–91), Л. Айзенберг, Г. Барац (1835–1922), Г. Блюменфельд, Л. Бриллиант, С. Вейсенберг (1863–?), А. Гимерсон (1864–?), А. Гордон, И. Гуревич, В. Мандель, Э. Мандель, А. Марголин, Л. Нисселович, М. Ратнер (1871–1917), Н. Фридман, О. Шайкевич, М. Шефтель, В. Якубсон (1861–?).

Поскольку государственная служба была для евреев фактически закрыта с начала 1880-х гг. (см. ниже), многие евреи по окончании юридического факультетов университетов становились помощниками присяжных поверенных.

В 1870–80-х гг. со стороны реакционных органов печати усилились нападки как на сам институт присяжных поверенных, так и на адвокатов-евреев, которым приписывали различные пороки и требовали исключить их из сословия.

В условиях укрепления реакции в царствование Александра III (1881–94) нападки на евреев усилились.

«Журнал гражданского и уголовного права» (1889, № 6) утверждал, что «наплыв» евреев в сословие присяжных поверенных — явление ненормальное и вообще нельзя отрицать, что у евреев есть неприятные черты.

В статье было прямо указано, что необходимо ввести ограничения, так как адвокаты-евреи более талантливы, обладают большими знаниями, более внимательно относятся к своим клиентам.

Под воздействием антиеврейской пропаганды некоторые провинциальные суды старались не допустить вступление евреев в сословие присяжных поверенных.

В 1889 г. министр юстиции Н. Манасеин представил Александру III доклад; основной вывод доклада император утвердил в виде примечания к статье 380 Учреждения судебных установлений: «В 1889 г. Высочайше повелено, чтобы принятие в число присяжных и частных поверенных лиц нехристианского вероисповедания подлежащими судебными установлениями и советами присяжных поверенных впредь до создания особого по сему предмету закона допускалось не иначе, как с разрешения министра юстиции по представлениям о сем председателей означенных установлений и советов».

Вскоре стало понятно, что под лицами нехристианских исповеданий подразумевались исключительно евреи.

В секретной части доклада говорилось, что в дальнейшем министр юстиции не будет давать разрешение на зачисление в сословие присяжных поверенных евреев, пока точная процентная норма для них не будет установлена законом и пока число адвокатов-евреев не сократится до этой нормы.

Как многие антиеврейские мероприятия, этот закон был принят не через Государственный совет, а в обход его на основании высочайше утвержденного доклада. До 1904 г. ни один еврей не был зачислен в присяжные поверенные.

Во 2-й половине 1890-х гг. комиссия под председательством министра юстиции Н. Муравьева занималась составлением особого закона о евреях в адвокатуре.

В выработанном проекте нового закона говорилось, что число присяжных поверенных «лиц нехристианского вероисповедания» не должно превышать «десяти процентов общего числа присяжных поверенных, имеющих местожительство в пределах того округа».

В объяснительной части записки говорилось, что введенные ограничения для лиц нехристианских вероисповеданий (имелись в виду исключительно евреи) объясняются тем, что их «нравственные начала далеко не находятся в соответствии с теми требованиями, которые жизнь христианского государства предъявляет к деятельности правительственных и общественных установлений».

Кроме того, составители доклада опасались, что евреи могут возглавить в различных городах Советы присяжных поверенных.

Один из членов комиссии, известный адвокат Ф. Плевако, предлагал ввести ограничения и для крещеных евреев.

Он писал: «Для принятия в сословие присяжных поверенных некоторых разрядов лиц должно служить не вероисповедальное начало, а начало национальности, принадлежности к известному народу или племени». Предложения комиссии Н. Муравьева не были утверждены.

В июне 1904 г., после убийства министра внутренних дел В. Плеве, на этот пост был назначен князь П. Святополк-Мирский, который начал проводить либеральный курс, в рамках которого в июне 1904 г. шесть евреев — помощников присяжных поверенных, находившихся в этом статусе много лет и ставших к этому времени известными адвокатами (в том числе Г. Слиозберг, М. Винавер, О. Грузенберг, М. Кулишер), были утверждены в звании присяжных поверенных.

После манифеста 17 октября 1905 г. (см. Россия. Евреи России в конце 19 в. – начале 20 в. Евреи России в годы революции 1905–1907 гг.) евреев беспрепятственно зачисляли в сословие присяжных поверенных, однако фактически это прекратилось уже в 1906 г., после подавления революции.

В 1912 г. в условиях усилившейся антисемитской политики российского правительства было опубликовано разъяснение Сената, которое ограничения, существовавшие в статье 380 Учреждения судебных установлений для зачисления евреев в присяжные поверенные, распространило и на зачисление в помощники присяжных поверенных.

29 декабря 1915 г. Совет министров одобрил решение Особого совещания при министерстве юстиции о возможности зачисления евреев в присяжные поверенные на основании процентной нормы (от 5 до 15%).

Евреев, проработавших помощниками присяжных поверенных установленный законом срок, разрешалось зачислять и сверх нормы, но ограничение для поступления в помощники присяжных поверенных было подтверждено: «Прием евреев в помощники присяжных поверенных прекратить вплоть до установленной повсеместно соответственной нормы евреев в составе присяжных поверенных с тем, чтобы впоследствии евреи принимались в помощники с соблюдением вышеизложенной процентной нормы».

Судебные уставы 1864 г. не предусматривали никаких ограничений для присяжных заседателей, они были введены во время царствования Александра III.

Комиссии, составлявшие списки лиц, которые могли стать присяжными заседателями в губерниях черты оседлости, обязаны были следить за тем, чтобы процент евреев в списках не превышал процента евреев в данной местности. Еврей не мог стать старшиной присяжных заседателей в этих губерниях.

Еще в царствование Александра I (1801–25) было разрешено принимать на государственную службу евреев, имевших ученые степени по медицине или степень доктора по другим факультетам, но, кроме нескольких врачей, никто этим воспользоваться не смог.

10 апреля 1844 г. секретным высочайшим повелением было запрещено назначать евреев на государственную службу.

Высочайше утвержденный журнал Еврейского комитета от 31 марта 1856 г. восстановил это право для евреев со степенью доктора.

В 1860-х гг. начали принимать на государственную службу евреев, имевших ученые степени, при этом университетский диплом первой степени приравнивался к ученым степеням.

В Своде законов, опубликованном в 1896 г., было сказано: «Различие вероисповедания или племени не препятствует определению на службу, если желающие вступить в оную имеют на сие право. Евреи, имеющие ученые степени, допускаются на службу по всем ведомствам. лица из евреев поступают в государственную службу порядком, предписанным для них в Уставе духовных или иностранных исповеданий».

В 1860-х гг. евреев стали принимать на службу в Сенат и министерство внутренних дел. Евреев назначали служебными следователями, они работали в органах прокуратуры.

Так, А. Пассовер был секретарем прокурора Московской судебной палаты, исполнял обязанности судебного следователя, был товарищем прокурора Владимирского окружного суда, а затем Одесского окружного суда; Я. Тейтель с 1877 г. исполнял обязанности судебного следователя, в 1880 г. был утвержден в этой должности, с 1904 г. был членом Саратовского окружного суда.

Но почти все евреи оставили должности в прокуратуре или суде, так как даже в эпоху реформ их не продвигали по службе.

В правительствующем Сенате служили: М. Шафир (184? — после 1917 гг.), обер-секретарь 4-го департамента, затем обер-прокурор департамента герольдии Сената, вышел в отставку в 1906 г. в чине действительного статского советника; Г. Трахтенберг, обер-секретарь кассационного департамента; А. Думашевский (около 1837–87 гг.), обер-секретарь 3-го департамента Сената, редактор «Судебного вестника»; Э. Банк, обер-секретарь четвертого департамента Сената, товарищ председателя Петербургского коммерческого суда; чиновником высокого ранга был Я. Гальперн, вице-директор департамента в министерстве юстиции. В 1912 г. Я. Тейтель и Я. Гальперн под давлением министра юстиции И. Щегловитова были вынуждены подать в отставку.

После победы Февральской революции 1917 г. распоряжением министра юстиции А. Керенского на пост сенатора были назначены: Г. Блюменфельд — в гражданский кассационный департамент, И. Гуревич — в судебный департамент, М. Винавер — в гражданский кассационный департамент, О. Грузенберг — в уголовный кассационный департамент.

Хотя евреи, отказавшиеся креститься, не могли возглавлять кафедры, некоторые из них внесли большой вклад в развитие юриспруденции, теории государства и права: М. Острогорский (1854–1921), депутат 1-й Государственной думы государственной, автор книг «Женщина с точки зрения общественного права» (на французском языке, 1892), «Демократия и организация политических партий» (на французском языке, 1903), «Демократия и партийная система в Соединенных Штатах» (на английском языке, 1910); Г. Слиозберг, редактор журнала «Вестник права», автор книг «Правовое и экономическое положение евреев в России» (1907), «Сборник действующих законов о евреях»; А. Думашевский, редактор «Судебного вестника», издатель «Систематического свода кассационных решений»; И. Оршанский, автор книг «Евреи в России» (1872), «Русское законодательство о евреях» (1877), «Исследования по русскому праву обычному и брачному», «Исследование по русскому праву семейному и наследственному» (СПб., 1877); М. Кулишер, автор книг «Развод и положение женщины» (1896), «Миф о ритуальном убийстве» (1901), «Основы уголовного, гражданского и торгового права четыре тысячи лет тому назад» (1909); М. Шафир, автор многих статей по юридическим проблемам, издатель юридических сборников «Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских»; С. Барац, автор книги «Курс вексельного права».

Евреи-юристы играли выдающуюся роль в борьбе за расширение прав еврейского населения России, в защите евреев и их прав на судебных процессах.

Так, Г. Слиозберг в 1889 г. стал юридическим советником по еврейским делам барона Г. Гинцбурга (см. Гинцбург, семья) и возглавил правовую защиту еврейских интересов в Сенате и министерствах.

По представленным Г. Слиозбергом жалобам многие принципиальные дела были решены в Сенате в пользу евреев.

В 1899 г. было образовано Бюро защиты в целях отстаивания прав и интересов евреев путем организованной юридической деятельности.

Большую роль в этом играли М. Винавер, Г. Слиозберг, М. Кулишер, Л. Айзенберг, М. Шефтель, С. Вейсенберг и др.

Бюро защиты подготовило материалы по ритуальному процессу Д. Блондеса (1900–1902; в защите Д. Блондеса участвовал О. Грузенберг), по ритуальному процессу М. М. Бейлиса (в защите принимал участие О. Грузенберг), участвовало в подготовке судебных исков пострадавших от погрома в Кишиневе (иски представляли О. Грузенберг, С. Кальманович и присяжный поверенный Л. Куперник), в представлении судебных исков пострадавших от погрома евреев и защите членов еврейской самообороны, обвиненных в нападении на христиан (в подготовке исков участвовали М. Винавер и Г. Слиозберг, в защите — Л. Куперник, М. Мандельштам /1866–1934/, М. Ратнер /1871–?/, М. Кроль /1862–1942/, секретарь группы защитников и гражданских истцов).

Адвокаты-евреи отличались мужеством, отстаивая интересы своих клиентов, расследуя антисемитские провокации министерства юстиции и министерства внутренних дел.

Иногда юристы подвергались преследованиям; так, присяжный поверенный Л. Геллерсон (1864-?) за речь, произнесенную в суде по делу о еврейском погроме в Белостоке, был привлечен к судебной ответственности и приговорен к годичному заключению.

Это был единственный в России случай уголовного наказания адвоката за речь, произнесенную в суде.

За участие в независимом расследовании обстоятельств убийства А. Ющинского (см. М. М. Бейлис) А. Марголин был привлечен Киевским окружным судом к дисциплинарной ответственности и исключен из сословия присяжных поверенных (восстановлен после Февральской революции).

Первые женщины-юристы в России, которые пытались заниматься адвокатской практикой, сталкивались с решительным сопротивлением властей, которые не хотели допускать их ни к каким видам судебной и юридической деятельности.

Еще более сильное противодействие испытывали женщины-еврейки. Екатерина Флейшиз (1888–1968), первая женщина-адвокат, была вынуждена уйти из адвокатуры; Елена Гальперина-Гинзбург (1884–1922) не получила ответа на прошение в правительствующий Сенат о возможности заниматься юридической деятельностью.

Советский Союз

Евреи сыграли выдающуюся роль в развитии советской юридической науки.

В Советском Союзе и с 1991 г. в России было много адвокатов-евреев, среди них: И. Брауде (1885–1955), крупнейший советский адвокат-криминалист 1920–30-х гг., автор книг «В уголовном суде», «Записки адвоката»; Д. Ватман (1923–94), специализировавшийся в области жилищного права, заведующий сектором гражданско-правовых проблем Института судебной защиты, автор книг «Адвокат в гражданском процессе» (1969), «Адвокат в СССР» (1971), «Право на защиту» (1973), «Рассматривание дел о выселении» (1974); А. Липскеров (1883–1958), один из первых советских адвокатов, с 1917 г. член коллегии правозаступников, известный адвокат-криминалист; В. Россельс (1886–1971), адвокат-криминалист, прекрасный судебный оратор, автор книги «Защитник в советском суде»; И. Склярский (1919–82), в 1961–82 гг. — заместитель председателя президиума Московской городской коллегии адвокатов; А. Тагер (1888–1939), с 1911 г. — помощник присяжного поверенного в Москве, член чрезвычайной следственной комиссии по расследованию преступлений министров царского правительства (юрконсультант), был одним из защитников социалистов-революционеров на процессе 1922 г., председатель комиссии по изучению проблем судебной психологии, автор книги «Царская Россия и дело Бейлиса»; Ф. Хейфец (родился в 1927 г.), в 1987–89 гг. — заместитель председателя, в 1989–93 гг. — председатель Московской городской коллегии адвокатов.

Некоторые адвокаты-евреи защищали людей, подвергавшихся в Советском Союзе преследованиям по политическим причинам, мужественно отстаивали права своих подзащитных, требовали оправдательных приговоров, оказывали всестороннюю помощь подзащитным.

Б. Золотухин (родился в 1930 г.) был защитником А. Гинзбурга (родился в 1936 г.) на процессе по делу А. Гинзбурга, Ю. Галанскова, А. Добровольского, В. Лаликовой в 1968 г.

После процесса был исключен из партии и из коллегии адвокатов.

Дина Каминская (1919–2006) была защитником на процессах многих известных диссидентов: В. Буковского (август 1967 г.), Ю. Галанскова (январь 1968 г.), А. Марченко (август 1968 г.), П. Литвинова (родился в 1940 г.; сентябрь 1968 г.), И. Габая (1935–73; январь 1970 г.).

В начале 1970 г. Д. Каминская была лишена «доступа к секретному делопроизводству», что не позволило ей принять участие в ряде политических процессов.

Несмотря на то, что власти не давали им возможности работать в качестве адвокатов, Д. Каминская и Б. Золотухин продолжали оказывать юридическую помощь людям, которые преследовались по политическим мотивам.

Речи Б. Золотухина и Д. Каминской на политических процессах распространялись в самиздате.

Крупнейшие адвокаты, выступавшие на многих известных процессах со 2-й половины 1980-х гг. — Г. Падва (родился в 1931 г.), в 1989 г. один из инициаторов и создателей Союза адвокатов СССР, вице-президент Международного союза адвокатов; Г. Резник (родился в 1938 г.), А. Рахмилович.

В Советском Союзе и России работали многие крупные специалисты в различных отраслях юриспруденции: А. Герцензон (1902–70), доктор юридических наук, профессор, подвергался резкой критике во время кампании борьбы с «космополитами»; В. Корецкий (1890–1984), академик АН УССР, в 1974–84 гг. — директор Института государства и права АН УССР, в 1961–70 гг. — член (в 1967–70 гг. — заместитель председателя) Международного суда Организации Объединенных Наций, автор книг «Очерки международного хозяйственного права» (1928), «Общие принципы права в международном праве» (1957); И. Левин (1901–84), профессор МГУ, автор около 150 научных работ, в том числе 10 монографий («Государственный строй Арабского Востока» /1957/, «Современная буржуазная наука государственного права. Критика основных направлений» /1960/ и др.), был уволен с работы во время кампании борьбы с космополитизмом; Л. Лунц (1892–1979), профессор МГУ, с 1941 г. — старший научный сотрудник Всесоюзного института юридических наук, член Комитета экспертов по конвенциям, автор книг: «Курс международного частного права» (т. 1–3, 1959–66), «Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистических стран» (М., 1948); А. Памеротник (1900–58), в 1944–58 гг. — заведующий кафедрой трудового права на юридическом факультете МГУ, автор около 200 научных работ, в том числе «Советское трудовое право» (М., 1940), «Основы советского трудового права» (М., 1956); М. Строгович, член-корреспондент АН СССР, заведующий сектором теоретических проблем правосудия Института государства и права АН СССР, автор свыше 300 работ, в том числе: «Логика» (1946), «Курс советского уголовного процесса» (тт. 1–2, М., 1968–70), «Право обвиняемого на защиту и презумпция невиновности» (1984), подвергался критике во время кампании борьбы с космополитизмом; Д. Фельдман (родился в 1922 г.), профессор Казанского университета, автор 12 монографий и многих статей: «Признание государств в современном международном праве» (1965), «Система международного права» (1983), «История международного права» (1990); А. Трайнин; И. Трайнин (1887–1949) — академик АН СССР, в 1942–47 гг. — директор Института государства и права, заведующий кафедрами государственного права Московского юридического института, Военно-юридической академии и Института международных отношений, был членом Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков.

В сохранившихся документах практически отсутствуют сведения о каких-либо евреях, занимавшихся юридической практикой до конца 18 в. А. Леви (умер в 1681 г.; см. Соединенные Штаты Америки. Колониальный период), который боролся за гражданские права евреев, участвовал в различных судебных процессах.

М. Леви (1757–1826) был первым евреем, который изучал право профессионально и был первым евреем-адвокатом в США.

Он был принят в сословие адвокатов в Филадельфии в 1778 г. и стал одним из самых преуспевающих адвокатов города, а затем и судей окружного суда в Филадельфии.

На должность заместителя судьи вице-адмиралтейства провинции Пенсильвания в 1727 г. был назначен И. Миранда, а Д. Эммануэль и Дж. Лусена стали мировыми судьями в штате Джорджия (1766, 1773).

К началу 19 в. юриспруденции привлекала все большее число евреев.

Юрист-еврей Ф. Филлипс (1807–84) был признан одним из ведущих адвокатов своего времени; он подал более 400 апелляций в Верховный суд США.

Дж. Бенджамин был первым евреем, которому предложили стать членом Верховного суда (отказался); он занимал пост генерального прокурора, военного министра и государственного секретаря Конфедерации во время гражданской войны.

После поражения Конфедерации он бежал в Англию, где стал одним из ведущих адвокатов.

Видными американскими юристами-евреями в этот период были Р. Дж. Мозес (1812–93) и У. М. Леви (1827–82).

В 20 в. число юристов-евреев в США резко увеличилось.

В 1939 г. более половины адвокатов, практиковавших в Нью-Йорке, были евреями; годовой доход среднего адвоката-еврея был значительно ниже дохода его коллеги-нееврея. Та же тенденция наблюдалась и в других городах.

Несмотря на то, что доля евреев, занимавшихся частной адвокатской практикой, была велика, они обычно не занимали высших постов в своей профессии.

Евреи редко становились профессорами права в ведущих университетах (Гарвардский, Йельский). Бывали и исключения, например Ф. Франкфуртер.

Дискриминация существовала также при назначении на судейские должности; даже в Нью-Йорке Б. Кардозо и И. Леман (1878–1945) были единственными евреями, назначенными в Нью-Йоркский апелляционный суд до Второй мировой войны.

В то же время Л. Брандайз (в 1916–39 гг.), Б. Кардозо (в 1932–38 гг.) и Ф. Франкфуртер (в 1930–62 гг.) были членами Верховного суда США и установили традицию, согласно которой в состав Верховного суда входит еврей. Все трое принадлежали к числу самых выдающихся членов Верховного суда.

Другими известными судьями-евреями этого периода были Дж. Мак, Х. Стерн (1879–1969), Г. Бутцел (1871–1963) и С. Калиш (1851–1930).

В области философии права отличились М. Радин (1880–1950), профессор права в Калифорнийском университете, и М. Р. Коэн (1880–1947), профессор философии в Сити-колледже (Нью-Йорк).

Выдающимися адвокатами были Л. Маршалл, Л. Низер (1902–?), С. Лейбовиц (1893–?) и Л. М. Фридман (1908–?).

После Второй мировой войны наблюдалось постепенное улучшение социального статуса и условий труда юристов-евреев.

Евреям стало гораздо легче поступить на работу в большие адвокатские фирмы, хотя данные проведенного в конце 1960-х гг. исследования показывали, что дискриминация все еще существовала.

Евреям-выпускникам американских университетов было труднее найти работу, чем неевреям, они были вынуждены довольствоваться более низкой оплатой своего труда.

Без дискриминации евреев принимали в адвокатские конторы, находившиеся целиком или частично в собственности евреев, либо в менее «престижные» фирмы.

Тем не менее евреи не встречали препятствий, если они решали избрать юридическую карьеру. Они могли получать лучшее юридическое образование и конкурировать со своими коллегами-неевреями на более или менее равных условиях.

Однако несмотря на то, что к концу 1960-х гг. 20% от 350 тыс. американских адвокатов были евреями, только Б. Сегал (1907–?) стал в 1969 г. председателем Американской ассоциации адвокатов.

Самой важной особенностью положения евреев в юридическом мире США после Второй мировой войны было их возросшее влияние в области права — как в качестве судей, так и в качестве правоведов.

Два еврея — А. Дж. Гольдберг (в 1962–65 гг.) и Э. Фортас (1910–82; в 1965–69 гг.) были членами Верховного суда.

Главным судьей штата Нью-Йорк был С. Фулд (1903–?); Д. Бейзлон (1907–?) был главным судьей Апелляционного суда США (округ Колумбия); С. Собелоф (1894–?) — генеральным прокурором США (1954–56).

Среди теоретиков права, выдвинувшихся в послевоенный период, — судья Дж. Франк (1889–1957), один из главных теоретиков американской реалистической школы юриспруденции; П. Фройнд (1908–?), профессор конституционного права в Гарвардском университете; Ф. Роделл (1907–?) и А. Бикел (1924–74), профессора права в Йельском университете; Э. Кан (1906–64), профессор права в Нью-Йоркском университете; Дж. Холл, крупный научный авторитет в области уголовного права; М. А. Соверн (родился в 1931 г.) законовед.

Как правило, евреи не сталкивались с дискриминацией в области университетского преподавания и учебы.

Одним из самых важных аспектов деятельности юристов-евреев в США в 20 в. было поддержание и расширение гражданских прав в США, а также значительное влияние на главные конституционные доктрины, касающиеся отношений между расами, применения уголовного законодательства и функционирования политической системы.

Этот интерес был вызван исторически обусловленной ущемленностью собственной группы, а отчасти — традиционным для еврейства США либерализмом и заботой о гражданских правах. Члены Верховного суда — евреи (см. выше) играли ключевую роль в этой области.

Среди выдающихся американских юристов-евреев, чья деятельность в значительной степени была посвящена процессам, связанным с гражданскими правами, были А. Г. Хейс (1881–1954), Л. Маршалл, С. Лейбовиц и У. Поллак (1887–1940).

Последние двое вместе успешно боролись за пересмотр знаменитого «дела Скотсборо» — судебного процесса в Алабаме по делу десяти юношей-негров, обвиненных в изнасиловании двух белых женщин и приговоренных в 1931 к смертной казни.

Адвокаты Дж. Гринберг (родился в 1924 г.) и А. Амстердам (родился в 1935 г.) защищали гражданские права рабочих — белых и негров — на американском Юге в 1960-х гг.

Л. Будин (родился в 1912 г.) и У. Кунстлер (родился в 1919 г.) выступали защитниками на процессах видных радикалов.

Судьи-евреи, выступившие в защиту гражданских прав, оказали решающее влияние на американское законодательство. К их числу принадлежат М. Сулцбергер (1843–1923), И. Леман, Х. Стерн, Д. Бейзлон, Ч. Визанский (родился в 1906 г.).

До 1791 г. евреи во Франции не имели права заниматься адвокатской практикой.

В 1791 г. им было предоставлено французское гражданство и ряд гражданских прав, однако лишь во 2-й половине 19 в. евреи заняли видные места среди адвокатов, судей и профессоров права.

Одним из первых юристов-евреев во Франции был И. А. Кремье, принятый в адвокатское сословие в 1817 г. и отказавшийся принести унизительную формулу еврейской присяги (см. Клятва).

Он был первым евреем, занявшим пост министра юстиции во Франции (занимал этот пост трижды).

Л. Лёв (1828–1917) стал в 1861 г. имперским прокурором, а позднее — председателем уголовного отделения кассационного суда.

Л. Леман (1836–92) был генеральным секретарем министерства юстиции при Кремье.

Ф. Рейтлингер (1836–1910), немецкий адвокат, эмигрировавший во Францию, был автором труда о кооперативных обществах.

Ш. Л. Лион-Каэн (1843–1935) был профессором права в Парижском университете почти полвека и ведущим научным авторитетом по коммерческому праву.

В 1909 г., будучи деканом юридического факультета, он подвергся обструкции со стороны антисемитски настроенных студентов и на время был вынужден прекратить чтение лекций. Лион-Каэн активно участвовал в делах еврейской общины Франции и возглавлял две еврейские благотворительные организации.

Э. Вормс (1838–1912) был профессором права в университете г. Рени и автором многочисленных трудов по конституционному праву и фискальному законодательству.

А. Вайсс (1858–1928) был профессором международного и гражданского права в университете г. Дижон, а также юридическим советником министерства иностранных дел Франции.

В начале 20 в. число юристов-евреев резко возросло, некоторые из них были назначены на судейские посты.

Ж. Валабрег (1843–1925) был председателем Парижского апелляционного суда в 1906–13 гг., он был одним из четырех евреев, назначенных в этот период в Государственный совет; кроме него были назначены А. Спир (в 1894 г.), П. Грюнбаум-Баллен и Л. Блюм.

Тем не менее евреев обычно не назначали на высшие юридические посты.

Немногие прославились как адвокаты (например, А. Торрес /1891–1966/, успешно защищавший Ш. Шварцбарда) или занимали высшие посты в университетах (например, Р. Кассен и А. Леви-Ульман).

После Второй мировой войны число юристов-евреев продолжало расти; к 1970 г. евреи составляли 25% парижских адвокатов и более 10% преподавателей юриспруденции Парижского университета.

Р. Кассен был заместителем председателя Государственного совета в 1944–60 гг., он был первым евреем, занимавшим этот пост.

Выдающимися юристами были Ш. Эйзенман и П. Вейль, профессора публичного права, и профессор трудового права Синэй.

Южная Америка

В 17 в. крещеный еврей Д. Л. Пинело (1606–71) был профессором права и ректором университета Сан-Маркос в Лиме, а его брат А. Пинело (1595–1660) был адвокатом в Буэнос-Айресе.

В конце 19 в. иммиграция евреев в Южную Америку приобрела значительные размеры, и они свободно изучали право в большинстве южноамериканских университетов, однако их обычно не назначали судьями или профессорами права.

Заметным исключением был чилийский юрист А. Кениг, автор нескольких трудов по конституционному праву Чили.

После Первой мировой войны евреи становились судьями и профессорами права в Аргентине.

М. Гольдштейн (1908–62) был назначен судьей в провинции Сан-Хуан.

М. Сатановский был одним из первых евреев-профессоров права, он занимал кафедру коммерческого права в университете Буэнос-Айреса в 1935–46 гг. и с 1955 г. до конца жизни.

После Второй мировой войны ряд евреев занимал судейские посты в разных странах Южной Америки, и большое число евреев возглавляло кафедры права в южноамериканских университетах.

Южная Африка

Первым евреем-юристом в Южной Африке был Ш. Джейкобс, приехавший в 1860 г. из Англии в Капскую колонию, где вскоре занял пост генерального атторнея.

М.де Фриз, голландский еврей, был первым юристом-евреем в Трансваале, где в 1868 г. он был назначен государственным обвинителем.

В 19 в. евреев-юристов в Южной Африке было немного, однако число адвокатов-евреев быстро увеличилось в результате еврейской иммиграции на рубеже веков.

В 1928 г. М. Натан (1875–1945) был назначен членом Высшего суда провинции Наталь.

В 1938 г. Л. Гринберг стал председателем суда провинции Трансвааль, в 1943–55 гг. он был председателем апелляционного отделения суда в Трансваале.

Многие евреи стали известными адвокатами: М. Александер (1877–1946), Г. Моррис (1878–1954), В. А. Эттлингер (1900–60), Н. Розенберг (1889–1963) и др.

После Второй мировой войны число адвокатов-евреев в Южной Африке продолжало расти, и в 1965 г. евреи составляли более трети общего числа королевских адвокатов во всей Южной Африке.

В этот период судейские посты в Южной Африке занимали Ф. Миллин (1888–1952), Г. Льюис (1879–1955) Дж. Хербстин (1897–?), Х. М. Блох (1905–63), Э. Хенохсберг (1894–1966), С. Купер (1906–63) и др.

Среди прокуроров также были евреи, например, государственный обвинитель П. Югара на процессе лидера Африканского Национального конгресса Н. Манделы в 1963–64 гг.

Уведомление: Предварительной основой данной статьи была статья ЮРИСПРУДЕНЦИЯ в ЭЕЭ