П 92 коап рф

П 92 коап рф

Судебный участок №92 Волгоградской области

по делу об административном правонарушении

02 сентября 2011 г. г. Волгоград

Исполняющий обязанности мирового судьи судебного участка № 92 Волгоградской области — мировой судья судебного участка № 98 Волгоградской области Джумагалиева И.Н., рассмотрев дело об административном правонарушении поступившее на судебный участок 17 августа 2011 г. в отношении:

Степанова А.Г., рождения, уроженца , , зарегистрированного и проживающего по адресу: , привлекаемого к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.10 КоАП РФ,

08 июня 2011 г. в 8 час. 05 мин. Степанов А.Г. управляя автомобилем марки « », государственный регистрационный номер 34 , по улице Латвийкой Красноармейского района г. Волгограда , выехал на железнодорожный переезд при запрещающем сигнале светофора и закрытом шлагбауме, тем самым, нарушил п. 15.3 Правил дорожного движения РФ.

В судебном заседании Степанов А.Г. вину в совершении административного правонарушения не признал, пояснив, что 8 июня 2011 года в 8 часов 05 минут он двигался на автомашине « » с государственным номером по улице Латвийской города Волгограда . В тот момент, когда он подъехал к железнодорожному переезду, запрещающий сигнал светофора не работал. Убедившись, что ничего не запрещает ему двигаться через переезд, он продолжил движение, однако после того как он выехал на железнодорожный переезд и находился на переезде, сработала звуковая сигнализация переезда, он закончил начатый маневр, при этом не допустил нарушения Правил Дорожного Движения РФ.

Выслушав лицо, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении Степанова А.Г., свидетеля , исследовав материалы дела, мировой судья не находит оснований для привлечения Степанова А.Г. к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по следующим основаниям.

В статье 1.5 КоАП РФ установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Вина является одним из важнейших признаков любого административного правонарушения. Принцип презумпции невиновности, закрепленный в ст. 49 Конституции РФ и ст. 1.5 КоАП РФ, в совокупности со ст. 2.2 КоАП РФ заключается в том, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его личная вина.

Согласно ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В соответствии ч. 1 ст. 12.10 КоАП РФ пересечение железнодорожного пути вне железнодорожного переезда, выезд на железнодорожный переезд при закрытом или закрывающемся шлагбауме либо при запрещающем сигнале светофора или дежурного по переезду, а равно остановка или стоянка на железнодорожном переезде влечет наложение административного штрафа в размере пятисот рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от трех до шести месяцев.

В соответствии со ст.26.2 КоАП РФ, доказательствами по делу являются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу, показаниями потерпевшего, свидетелей и иными документами. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона.

В отношении Степанова А.Г. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.10 ч.1 КоАП РФ, то есть за выезд на железнодорожный переезд при закрытом шлагбауме и при запрещающем сигнале светофора.

В рассматриваемом случае, мировым судьей достоверно установлено, что 08 июня 2011 г. в 8 час. 05 мин. Степанов А.Г. управлял автомобилем марки « », государственный регистрационный номер 34 , по улице Латвийской Красноармейского района г. Волгограда и проезжал железнодорожный переезд 28

Однако доказательств, свидетельствующих о том, что Степанов А.Г. проехал железнодорожный переезд под запрещающий сигнал светофора и закрытый шлагбаум мировому судье не представлено.

Свидетель мировому судье пояснил, что он является инспектором ДПС 8 взвода ОБДПС ОГИБДД УВД по г. Волгограду , поступило сообщение от дежурного по переезду о совершении правонарушения, была проведена проверка в ходе которой выяснилось, что автомобиль марки « », государственный регистрационный номер 34 принадлежит на праве собственности А.Г, в связи с чем на него составлен протокол об административном правонарушении. При этом свидетелем совершения правонарушения 8 июня 2011 года не являлся.

Объяснения дежурной по переезду , сообщившей о правонарушении при составлении материала отобраны не были. Допросить в качестве свидетеля не представилось возможным, адрес места её жительства не установлен, по судебным извещениям в судебный участок не является.

Таким образом, при рассмотрении дела об административном правонарушении не добыто доказательств вины Степанова А.Г. в выезде на железнодорожный переезд при закрытом шлагбауме и при запрещающем сигнале светофора. Сам Степанов А.Г. данный факт отрицает. Следовательно, указанные сомнения должны толковаться в пользу Степанова А.Г.

Таким образом, виновность лица в совершении административного правонарушения не установлена, то есть отсутствует состав административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии со ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

По этим основаниям производство по делу об административном правонарушении в отношении Степанова А.Г. по ч . 1 ст. 12.10 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации подлежит прекращению.

Руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 24.5, ст. ст. 29.9-29.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях, мировой судья

Производство по делу об административном правонарушении в отношении Степанова А.Г. прекратить , в виду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.10 КоАП РФ.

Постановление может быть обжаловано в течение десяти суток со дня вручения или получения постановления в Красноармейский районный суд г. Волгограда через мирового судью.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ о назначении административного наказания по делу № 92-А-14-АП

Общество с ограниченной ответственностью «Градстрой»

Щетинкина ул., д. 30, пом. 12Н,

г. Абакан, Республика Хакасия, 655017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о назначении административного наказания по делу

№ 92-А-14-АП

об административном правонарушении

25 декабря 2014 г. г. Абакан

Я, Франскевич Ольга Павловна, заместитель руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Хакасия (далее Хакасское УФАС России), начальник отдела антимонопольного законодательства и рекламы, рассмотрев протокол и материалы дела № 92-А-14-АП об административном правонарушении, возбужденного в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Градстрой» (далее – ООО «Градстрой»):

ОГРН: 1091901003875, ИНН: 1901092136, КПП 190101001,

юридический адрес: ул. Щетинкина, д. 30, офис 12 «Н», г. Абакан, Республика Хакасия, 655017, тел. 8 3902 23-81-63,

по признакам нарушения части 1 статьи 14 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), выразившегося в действиях по недобросовестной конкуренции, а именно в необоснованном выставлении счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане),

квалифицируемого по части 1 статьи 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отсутствии законного представителя ООО «Градстрой». Ходатайства, заявления не поступали.

УСТАНОВИЛА:

В Хакасское УФАС России поступило заявление ООО «Гранд» (вход. от 17.12.2012 № 4822) и дополнение к нему (вход. от 18.01.2013 № 178) о факте недобросовестной конкуренции со стороны ООО «Градстрой».

Из заявлений ООО «Гранд» следует, что ООО «Градстрой» на подъездах домов и на стендах домов размещает листовки следующего содержания: «Уважаемые собственники МКД. Сообщаем Вам, что ООО «Гранд» — это бывшая УК «Зодчий», которая зарекомендовала себя на рынке управляющих компаний с отрицательной стороны. В лице аферисток и . Данная компания не зарегистрирована как УК в Администрации г. Абакана, а также в ГЖИ. Эта компания будет собирать с Вас деньги и гасить свои долги. Задумайтесь Люди. Для подтверждения данной информации можно позвонить в Администрацию города Абакана начальнику ЖКО тел. 22-52-91».

Для проверки сведений, указанных в заявлении, были запрошены соответствующие документы, в результате анализа которых в отношении ООО «Градстрой» возбуждено дело № 12-А-13 по признакам нарушения части 1 статьи 14 Закона о защите конкуренции, выразившегося в распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела Комиссией Хакасского УФАС России были выявлены факты необоснованного выставления счетов на оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане).

Рассмотрев указанное дело, комиссия Хакасского УФАС России приняла решение от 16.01.2014 года, согласно которому общество с ограниченной ответственностью «Градстрой» признано нарушившим часть 1 статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в части необоснованного выставления счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане). Обществу с ограниченной ответственностью «Градстрой» выдано предписание о прекращении действий, направленных на недобросовестную конкуренцию в части необоснованного выставления счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане).

При принятии решения по делу № 12-А-13 Комиссия Хакасского УФАС России руководствовалась следующим.

Согласно пояснениям директора ООО «Градстрой» на основании договора управления многоквартирным жилым домом от 14.11.2011 г., заключенным между ООО «Градстрой» и ООО КСК «Людвиг», полномочиями управляющей компании наделено ООО «Градстрой».

Однако договор от 14.11.2011, заключенный между ООО «Градстрой» и ООО КСК «Людвиг», в соответствии со ст. 161 Жилищного Кодекса РФ действует до проведения органом местного самоуправления конкурса по отбору управляющей организации для управления данным домом в установленном законом порядке. Порядок проведения конкурса утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.02.2006 № 75 «О порядке проведения органом местного самоуправления открытого конкурса по отбору управляющей организации для управления многоквартирным домом». Согласно п. 39 указанных Правил в случае, если до дня проведения конкурса собственники помещений в многоквартирном доме выбрали способ управления многоквартирным домом или реализовали решение о выборе способа управления этим домом, конкурс не проводится. Таким образом, законодатель дает право собственникам самостоятельно выбрать способ управления многоквартирным домом до подведения итогов конкурса. Воспользовавшись указанной нормой, собственники помещений многоквартирного дома в г. Абакане провели в 15 февраля 2013 года общее собрание собственников и выбрали способ управления МКД – непосредственное управление. Также собственниками на общем собрании для заключения договора по содержанию и ремонту общего имущества МКД была выбрана управляющая организация ООО «Гранд»

Протокол общего собрания собственников многоквартирного дома в г. Абакане был направлен в адрес ООО «Градстрой», что подтверждается сопроводительным письмом от 20.02.2013 (вход. № 37) председателя МКД , в которых также содержится указание на согласование времени и способа передачи технической документации в ООО «Гранд».

12 марта 2013 года, не изменив способ управления МКД в г.Абакане, собственники выбрали в качестве управляющей организации ООО «Градстрой».

Однако законодателем установлен определенный порядок признаний решений собственников недействительными. Согласно части 6 статьи 46 Жилищного Кодекса Российской Федерации, собственник помещения в многоквартирном доме вправе обжаловать в суд решение, принятое общим собранием собственников помещений в данном доме с нарушением требований Жилищного Кодекса Российской Федерации, в случае, если он не принимал участие в этом собрании или голосовал против принятия такого решения и если таким решением нарушены его права и законные интересы. Следовательно, решения принятые на общих собраниях и не признанные недействительными в судебном порядке (протокол от 15.02.2013 по выбору ООО «Гранд» в качестве управляющей организации) являются обязательными для всех собственников помещений многоквартирного дома. Решением Абаканского городского суда от 28.11.2013 решение общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме по адресу: г. Абакан, , проводимого в форме заочного голосования, оформленное протоколом от 12.03.2013, признано незаконным, что подтверждается представленной в материалы дела копией решения Абаканского городского суда от 28.11.2013 по делу № 2-5961/2013.

В части распространения листовок Комиссия Хакасского УФАС России пришла к следующему выводу.

В материалы дела представлены листовки от ООО «Гранд», однако, не представляется возможным установить дату размещения данных листовок, дома, в помещениях которых были размещены листовки, а также не представлено достаточных доказательств того, кем были сделаны, а также кем расклеены данные листовки.

В связи с указанным, Комиссия Хакасского УФАС России сделала вывод о том, что доводы заявителя о размещении ООО «Градстрой» на подъездах и стендах домов листовок не подтвержденными.

В соответствии со статьёй 14 Закона о защите конкуренции осуществление недобросовестной конкуренции не допускается.

Согласно пункту 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции под недобросовестной конкуренцией понимают любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам – конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Таким образом, объективную сторону недобросовестной конкуренции образуют только действия хозяйствующего субъекта (группы лиц), то есть его активное поведение на рынке. Такое поведение лица подлежит квалификации в качестве акта недобросовестной конкуренции при условии доказанности совершения им деяний, направленных на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречащих законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинивших или могущих причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам.

Только при установлении и подтверждении всех названных фактов в их совокупности и взаимосвязи можно сделать вывод о правомерности применения к лицу мер антимонопольной ответственности. Недоказанность одного из данных обстоятельств, исключает возможность квалификации действий хозяйствующего субъекта в качестве нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации в виде недобросовестной конкуренции.

Таким образом, действия ООО «Градстрой» по необоснованному выставлению счетов на оплату коммунальных услуг собственникам МКД в г. Абакане были направлены на получение преимуществ ООО «Градстрой» при осуществлении предпринимательской деятельности. Факт принятия ООО «Градстрой» платежей за содержание и текущий ремонт общего имущества МКД в г. Абакане, избравших новую управляющую компанию – ООО «Гранд» подтвержден выпиской со счета за 15.02.2013-30.08.2013 № .

Как следует из материалов дела, ООО «Градстрой» ежемесячно (31 января, 28 февраля, 31 марта, 30 апреля, 31 мая, 30 июня, 31 июля 2013 года) выставлял жителям спорного дома счета на оплату коммунальных услуг, за содержание общедомового имущества и управление жилым фондом.

Так как в материалах дела отсутствует документальное подтверждение факта неправомерного перехода МКД в управление ООО «Гранд», следовательно, данное Общество являлось управляющей компанией и имело все законные основания для взимания платы за коммунальные услуги, в связи с чем, вышеуказанные действия ООО «Градстрой» привели к убыткам хозяйствующего субъекта, осуществляющего деятельность на товарном рынке по обслуживанию и содержанию общего имущества МКД в г. Абакане.

Материалами дела подтверждён факт того, что неправомерные действия ООО «Градстрой» являются актом недобросовестной конкуренции по отношению к ООО «Гранд» и, как следствие, нарушением части 1 статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции».

С учётом вышеизложенных обстоятельств настоящего дела, действия ООО «Градстрой» по приёму платежей от собственников помещений МКД в г. Абакане, перешедших в ООО «Гранд» противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили убытки ООО «Гранд» в виде неполученных денежных средств от собственников многоквартирных домов по оплате за коммунальные услуги.

Таким образом, Комиссия Хакасского УФАС России посчитала установленным нарушение ООО «Градстрой» части 1 статьи 14 Закона о защите конкуренции, выразившееся в необоснованном выставлении счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирного дома, расположенном по адресу: в г. Абакане, правомерно перешедшего в управление ООО «Гранд».

Вышеназванное нарушение антимонопольного законодательства, совершенное ООО «Градстрой» образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.33 КоАП РФ, в соответствии с которой недобросовестная конкуренция, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, за исключением случаев, предусмотренных статьей 14.3 настоящего Кодекса и частью 2 настоящей статьи, — влечет наложение административного штрафа.

Санкция статьи 14.33 КоАП РФ предусматривает в качестве субъекта административной ответственности, в том числе юридическое лицо.

В соответствии с частью 1 статьи 2.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях юридические лица подлежат административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьями раздела II настоящего Кодекса или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно статье 23.48 КоАП России территориальные антимонопольные органы уполномочены рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьёй 14.33 КоАП России.

В соответствии с частью 1.2 статьи 28.1 КоАП России поводом к возбуждению дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 14.33 Кодекса, является принятие комиссией антимонопольного органа решения, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации.

Таким образом, рассмотрение дел об административных правонарушениях по статье 14.33 КоАП РФ относится к компетенции антимонопольных органов, и настоящее дело рассматривается уполномоченным должностным лицом Хакасского УФАС России.

В связи с этим, 27 ноября 2014 года должностным лицом Хакасского УФАС России – заместителем руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Хакасия, начальником отдела антимонопольного законодательства и рекламы Франскевич О.П. в отсутствии законного представителя ООО «Градстрой», надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела, составлен протокол по делу № 92-А-14-АП об административном правонарушении по части 1 статьи 14.33 КоАП РФ.

Определением о назначении времени и места рассмотрения дела об административном правонарушении № 92-А-14-АП от 27.11.2014 года настоящее дело назначено к рассмотрению на 11.12.2014 года в 16 часов 30 минут.

Копии протокола и определения о назначении времени и места рассмотрения дела об административном правонарушении № 92-А-14-АП получено ООО «Градстрой» 01.12.2014 года.

11.12.2014 года (вх. № 7530) в адрес Хакасского УФАС России поступило ходатайство представителя ООО «Градстрой» (в лице директора ) – , действующего на основании доверенности от 30.04.2014 года, выданной сроком на один год, об отложении рассмотрения настоящего дела в связи с невозможностью участия представителя ООО «Градстрой» в назначенное время в рассмотрении дела.

11.12.2014 года (исх. № 04-9708-1/ДЧ) определением об отложении рассмотрения дела об административном правонарушении № 92-А-14-АП указанное ходатайство было удовлетворено. Дело об административном правонарушении № 92-А-14-АП назначено к рассмотрению на 25.12.2014 года в 15 часов 30 минут (юридическое лицо уведомлено телеграммой, а также письмом с уведомлением о вручении).

Должностным лицом, составившим протокол, права и законные инте­ресы Общества с ограниченной ответственностью «Градстрой» не нарушены. Материалами дела подтверждает­ся надлежащее извещение ООО «Градстрой» обо всех процессуальных действиях Ха­касского УФАС России, обстоятельств, исключающих возможность рассмот­рения данного дела по существу, не имеется.

В определении о назначении времени и места рассмотрения дела об административном правонарушении № 92-А-14-АП у ООО «Градстрой» запрашивались следующие сведения:

  • копии учредительных документов (свидетельство о постановке на учет, выписка из ЕГРЮЛ, Устав и др.);
  • копии документов, подтверждающих имущественное и финансовое положение юридического лица;

— письменные пояснения по существу протокола об административном правонарушении от 27 ноября 2014 года по делу № 92-А-14-АП,

— иные документы и информацию на усмотрение Общества, связанные с рассмотрением дела.

До настоящего времени в адрес Хакасского УФАС России указанная информация и документы не поступили. Как следует из материалов дела, решением антимонопольного органа от 16.01.2014 года ООО «Градстрой» признано нарушившим часть 1 статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившимся в действиях по недобросовестной конкуренции, а именно в необоснованном выставлении счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане),

При рассмотрении действий ООО «Градстрой» установлено, что статьей 14.33 КоАП РФ (в редакции, действовавшей на момент совер­шения правонарушения) – установлена административная ответственность за недобросовестную конкуренцию, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, за исключением случаев, предусмотренных статьей 14.3 настоящего Кодекса и частью 2 настоящей статьи, — в виде наложения административного штрафа на юридических лиц — от ста тысяч до пятисот тысяч рублей.

Следовательно, действия ООО «Градстрой» содержат признаки объективной сто­роны административного правонарушения, предусмотренной статьей 14.33 КоАП РФ.

Вина ООО «Градстрой» в совершении административного правонарушения, пре­дусмотренного статьей 14.33 КоАП РФ, подтверждается материалами на­стоящего дела.

Так, у ООО «Градстрой» имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ предусмотрена административная ответствен­ность, но юридическим лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Доказательств отсутствия возможности соблюдения запрета, установленного частью 1 статьи 14 Закона о защите конкуренции, Обществом не представлено.

Предусмотренный частями 1,6 статьи 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения общества к административной ответственности на момент рассмотрения дела об административном правонарушении не истёк. Следовательно, имеются основания для привлечения ООО «Градстрой» к административной ответст­венности.

Доказательства, подтверждающие наличие исключительных обстоятельств, свидетельствующих о малозначительности совершенного правона­рушения, не установлено.

При указанных обстоятельствах прихожу к выводу о том, что штраф в размере 100 000 рублей 00 копеек соответствует тяжести совершенного правонарушения, а также принципам справедливости, неотвратимости, целесообразности и законности административной ответст­венности. При этом достигнуты и цели административного наказания: част­ная и общая превенции (часть 1 статьи 3.1 КоАП РФ).

Лицо, совершившее административное правонарушение: общество с ограниченной ответственностью «Градстрой».

Событие административного правонарушения: действия по недобросовестной конкуренции, а именно необоснованное выставление счетов за оплату коммунальных услуг собственникам многоквартирных домов, правомерно перешедших в управление общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (МКД в г. Абакане).

Место совершения административного правонарушения: г. Абакан.

Время совершения административного правонарушения: с марта по июль 2013 года.

Статья Кодекса РФ об административных правонарушениях: часть 1 статьи 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно части 1 статьи 4.1. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение.

Всесторонне и полно исследовав материалы данного дела об административном правонарушении, имеющие значение для принятия решения, я, Франскевич Ольга Павловна, прихожу к выводу, что совершено виновное административное правонарушение. При этом смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств не имеется. Также не имеется оснований для прекращения дела.

Учитывая вышеизложенное, и руководствуясь частью 1 статьи 14.33, частью 1 статьи 29.9, статьей 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

ПОСТАНОВИЛА:

Привлечь юридическое лицо – Общество с ограниченной ответственностью «Градстрой» к административной ответственности по части 1 статьи 14.33 КоАП РФ и подвергнуть наказанию в виде наложения административного штрафа в размере 100 000 рублей 00 копеек.

Взыскатель: Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Хакасия.

Должник: Общество с ограниченной ответственностью «Градстрой».

Постановление по делу об административном правонарушении вступает в законную силу с 12 января 2014 года в соответствии с требованиями пунктов 1, 2 статьи 31.1 КоАП РФ.

Постановление по делу об административном правонарушении выдано 25 декабря 2014 года.

Срок предъявления постановления по делу об административном правонарушении к исполнению: в течение 2-х лет со дня вступления настоящего постановления в законную силу.

Согласно части 1 статьи 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления о наложении административного штрафа в законную силу, либо со дня истечения срока отсрочки или срока рассрочки, предусмотренных статьей 31.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Сумму административного штрафа необходимо уплатить в федеральный бюджет:

ИНН 1901021801, КПП 190101001

УФК по Республике Хакасия (Хакасское УФАС России),

р/с 40101810200000010001, ГРКЦ НБ Респ. Хакасия Банка России г. Абакан,

Код ОКТМО 95 701 000,

Код бюджетной классификации 161 1 16 02010 01 6000 140 – «Денежные взыскания (штрафы) за нарушение антимонопольного законодательства в сфере конкуренции на товарных рынках, защиты конкуренции на рынке финансовых услуг, законодательства о естественных монополиях и законодательства о государственном регулировании цен (тарифов), налагаемые федеральными органами государственной власти».

В поле назначения платежа после основания, указать «в соответствии со статьей 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

В трехдневный срок со дня уплаты штрафа в Хакасское УФАС России надлежащим образом заверенные копии платежных документов.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 30.1 и частью 1 статьи 30.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановление по делу об административном правонарушении может быть обжаловано в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу, либо в арбитражный суд в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

В соответствии с частью 1 статьи 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях неуплата административного штрафа в срок влечет наложение административного штрафа в двукратном размере суммы неуплаченного штрафа.

Статья 1.1 КоАП РФ. Законодательство об административных правонарушениях

Новая редакция Ст. 1.1 КоАП РФ

1. Законодательство об административных правонарушениях состоит из настоящего Кодекса и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

2. Настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законодательством об административных правонарушениях, то применяются правила международного договора.

Комментарий к Статье 1.1 КоАП РФ

1. Часть первая настоящей статьи посвящена не просто законодательству об административных правонарушениях, а целостной системе законодательства. Если законодательство — это простая совокупность нормативных правовых актов, регламентирующих ту или иную группу общественных отношений, то система законодательства — это принципиально иное качество организации нормативно-правового материала. Система законодательства призвана, прежде всего, отражать национально-государственное устройство страны, распределение полномочий между центром и регионами, особенно актуально это для федеративных государств. Система законодательства складывается из нормативно-правовых актов в соответствии с их юридической силой и компетенцией принимающих их органов государственной власти. В основе системы законодательства должен лежать принцип субординации и взаимодополняемости нормативно-правового материала.

Все эти подходы нашли отражение при конструировании части первой настоящей статьи. Федеративное устройство России четко выражено в структурных компонентах системы законодательства об административных правонарушениях. Она состоит из Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП) и законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях. Данные акты в своей совокупности образуют целостную и непротиворечивую систему. Данная целостность обеспечивается тем требованием, что законы субъектов Российской Федерации должны приниматься в соответствии с КоАП. Такое положение отражает иерархию двух уровней государственной власти в России (федеральной и региональной) и характер распределения полномочий между ними. Ведь административное законодательство относится к предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, закрепленным в ст. 72. А статья 76, часть 2, гласит, что по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. То есть мы видим, что комментируемая статья в полной мере воспроизводит закрепленный в Конституции РФ способ распределения полномочий по правовому регулированию предметов совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов.

Внимательный анализ части первой настоящей статьи и ст. 72 Конституции РФ, посвященной совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, ставит вопрос о том, можно ли рассматривать законодательство об административных правонарушениях как часть административного законодательства, а следовательно, как предмет совместного ведения центра и регионов. Такой вопрос обусловлен тем, что мы не имеем нормативно закрепленного понятия административного законодательства. В данном случае мы исходим из содержания предметной области административного законодательства. Из самого словосочетания «административное законодательство» следует, что эта отрасль законодательства должна регулировать сферу государственного управления. Указ Президента РФ N 511 от 15 марта 2000 г. «О классификаторе правовых актов» содержит раздел «Основы государственного управления». Одной из частей этого раздела является «Административные правонарушения и административная ответственность». Такое нормативное положение позволяет нам сделать вывод, что законодательство об административных правонарушениях должно выступать частью законодательства о государственном управлении, то есть административного законодательства.

В качестве сравнения хотелось бы отметить, что в предыдущем Указе Президента РФ — от 16.12.1993 N 2171 «Об общеправовом классификаторе отраслей законодательства» — вообще не было упоминания об административном законодательстве, и не использовалось ни какое иное схожее с этим понятие.

Кроме этого, мы разделяем ту позицию, что административное законодательство является внешней формой выражения и объективирования отрасли административного права. А в предмет регулирования норм административного права входят отношения, связанные с привлечением к административной ответственности за совершение административных правонарушений. Поэтому представляется обоснованной та позиция, в соответствии с которой законодательство об административных правонарушениях рассматривается как часть административного законодательства.

2. Часть 2 настоящей статьи говорит о том, что КоАП является органичной частью отечественной правовой системы. Здесь воспроизводится несколько важных конституционных положений, составляющих основу конституционного строя. Во-первых, это положение части первой статьи 15 Конституции РФ, которая гласит, что Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Во-вторых, это часть четвертая той же статьи, в которой установлено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Использование в комментируемой статье вышеуказанных положений Конституции РФ является гарантией соответствия норм КоАП общечеловеческим ценностям и гуманитарным достижениям.

Другой комментарий к Ст. 1.1 Кодекса Российской Федерации об Административных Правонарушениях

1. КоАП РФ — единственный в настоящее время федеральный законодательный акт, содержание которого представляет собой комплекс основополагающих правовых норм, составляющих институт административной ответственности. Соответственно в нем систематизированы нормы, объединенные общностью регулируемых ими однородных общественных отношений, возникающих в повседневной жизни в связи с необходимостью применения данного вида юридического принуждения.

Являясь самой распространенной мерой юридического (государственного) принуждения, применяемой в установленных законодательством случаях в отношении многочисленных физических и юридических лиц, чье поведение не соответствует требованиям правопорядка, административная ответственность, равно как и любой другой вид юридической ответственности, нуждается в правовом регулировании. Именно с этих позиций и следует оценивать юридическое значение настоящего Кодекса, а также воспринимать его фактическое содержание.

Отвечая своему юридическому назначению, КоАП РФ фиксирует принципиальные позиции, общие для всех вариантов установления и применения административной ответственности как на федеральном, так и региональном уровнях. В последнем случае имеется в виду уровень субъектов РФ. В числе названных юридических позиций — определение компетенции Российской Федерации в лице ее органов государственной власти и представляющих их должностных лиц; закрепление единственного основания административной ответственности — административного правонарушения; установление единой системы юридического реагирования на противоправное поведение — административных наказаний, а также общих правил их назначения; распространение сферы применения административной ответственности не только на физических, но и различного рода юридических лиц; определение круга органов и должностных лиц, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях и назначать административные наказания; систематизированный перечень составов административных правонарушений.

Содержание КоАП РФ освобождено от многих устаревших и не отвечающих современным реалиям позиций, во многом изменившихся в ходе реформации государственной и общественной жизни России. При этом следует учитывать, что КоАП РФ РСФСР принципиальных изменений за более чем двадцатилетний период не претерпевал.

По существу введение в действие нового КоАП РФ можно квалифицировать как общегосударственного значения акцию, суть и назначение которой заключаются в реальном, отвечающем интересам сегодняшнего дня совершенствовании административного законодательства путем давно ожидаемого его обновления.

2. Характеризуя КоАП РФ в его настоящем виде, нельзя не обратить внимание на присущие ему особенности принципиального юридического значения. Как известно, юридическая ответственность за противоправное поведение не составляет прерогативу КоАП РФ. Действующее российское законодательство, имеющее своим непосредственным предметом отношения юридической ответственности, состоит из Уголовного кодекса РФ, Гражданского кодекса РФ, дисциплинарного законодательства (например, Трудовой кодекс РФ, Федеральный закон от 31 июля 1995 г. «Об основах государственной службы Российской Федерации», специальные нормативные правовые акты о дисциплине отдельных категорий служащих и иных работников — военнослужащих, служащих системы налоговых органов и т.п.).

Как правило, для основных видов юридической ответственности характерна раздельная правовая регламентация материальных и процессуальных норм. Наиболее показательны в этом смысле действующие наряду с УК, ГК РФ, УПК, ГПК и АПК.

Для законодательства, регламентирующего отношения административной ответственности, характерно иное. КоАП РФ объединяет нормы материального и процессуального административного права. Основные аспекты процессуального назначения сосредоточены в разд.IV «Производство по делам об административных правонарушениях». По своему объему он занимает в содержании КоАП РФ второе место после раздела, посвященного юридической характеристике конкретных составов административных правонарушений (Особенная часть). Административно-процессуальным нормам посвящены 102 статьи КоАП РФ.

3. Нельзя оставить без внимания еще одну особенность Кодекса. Она связана с использованием юридического механизма административной ответственности. Что в данном случае является наиболее примечательным?

Прежде всего то, что институт административной ответственности есть атрибут административно-правового регулирования общественных отношений особого рода, а именно — управленческих общественных отношений. Тем самым предопределяется целевая направленность административно-правовых норм материального и процессуального характера, объединяемых КоАП РФ. Она наглядно свидетельствует о том, что меры административной ответственности используются для правовой защиты общественных отношений, складывающихся в процессе практической реализации задач, функций и полномочий исполнительной власти. Данный процесс находит свое выражение в государственно-управленческой деятельности федеральных и региональных органов исполнительной власти и их должностных лиц.

В силу данного факта административная ответственность в современных условиях является неотъемлемым элементом правового опосредования государственной деятельности по управлению или государственному регулированию общественных отношений, в рамках которых в той или иной форме проявляется исполнительная власть. И соответствующие подтверждения мы находим в содержании КоАП РФ.

Имеются в виду прежде всего положения об определении подведомственности дел об административных правонарушениях федеральным органам исполнительной власти (ч.4 ст.1.3), а также:

о полномочиях должностных лиц рассматривать дела об административных правонарушениях от имени федеральных органов исполнительной власти (ст.22.2);

о системе (перечне) органов и должностных лиц, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, производной от системы, утвержденной Указом Президента РФ от 17 мая 2000 г. «О структуре федеральных органов исполнительной власти». При этом имеются в виду также учреждения, структурные подразделения и территориальные органы федеральных органов исполнительной власти (п.3 ч.1 ст.22.1);

о должностных лицах, осуществляющих в соответствии с федеральными законами либо нормативными правовыми актами Президента РФ или Правительства РФ надзорные или контрольные функции (п.2 ч.1 ст.22.2). Все подобные надзорные или контрольные функции и полномочия Правительства РФ надзорные или контрольные функции (п.2 ч.1 ст.22.2). контрольных органов, входящих организационно в систему механизма федеральной исполнительной власти. Например, органы и должностные лица внутренних дел (милиции), таможенные органы, органы государственной санитарно-эпидемиологической службы РФ, органы государственного геологического контроля, органы рыбоохраны, государственного экологического контроля, государственного пожарного надзора, федеральный антимонопольный орган, органы регулирования естественных монополий, органы валютного контроля и т.п. (ст.23.3-23.61);

об уполномоченных органах и учреждениях органов исполнительной власти субъектов РФ (п.3 ч.2 ст.22.1).

Фактически из 61-й официальной федеральной инстанции, к полномочиям которых КоАП РФ относит рассмотрение дел об административных правонарушениях и соответственно назначение административных наказаний, 59 представляют различные уровни механизма исполнительной власти. Исключение составляют на федеральном уровне судьи и комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, а на уровне субъектов РФ — мировые судьи, комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, административные комиссии. При этом, однако, следует учитывать, что комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, а также административные комиссии, не являясь исполнительными органами, тем не менее функционируют фактически при соответствующих исполнительных органах. Так, административные комиссии образуются и действуют при районной, городской администрации.

Что же касается судей (мировых судей), то на основе анализа соответствующих статей КоАП РФ, которыми определяется их место в производстве по делам об административных правонарушениях и характер осуществляемой ими процессуальной деятельности, возможен вывод о том, что в данном контексте они не выступают в роли субъектов судебной власти, т.е. не осуществляют функции правосудия. Вся их деятельность регламентирована нормами настоящего Кодекса, причем в одинаковой мере с регламентацией аналогичной деятельности исполнительных органов и должностных лиц. Значит, административно-процессуальная деятельность судей не равнозначна административному судопроизводству (см. ч.2 ст.118 Конституции РФ).

Изложенные соображения подводят к обобщающему выводу следующего содержания. Административная ответственность, правовые основы которой зафиксированы в КоАП РФ, является одним из атрибутов юридического механизма реализации задач и функций исполнительной власти. Соответственно природа, особенности, формы выражения, субъекты, уполномоченные государством на ее применение, и т.п., своими корнями связаны с государственно-управленческой деятельностью и свойственными ей особенностями. Но — и это нельзя игнорировать или недооценивать — рожденная объективными потребностями государственного управления важнейшими сторонами общественной жизни (ныне — потребностями эффективной реализации исполнительной власти), административная ответственность имеет четко определенный основной вектор — правоохрана управленческих общественных отношений. В этом смысле и КоАП РФ можно отнести к числу «управленческих» законодательных актов.

4. Однако юридическое значение Кодекса этим не исчерпывается; оно гораздо весомее. Имеется в виду еще одно качество, присущее ему и самой административной ответственности.

Так, если, например, Гражданский кодекс или Трудовой кодекс имеют достаточно четкие границы регулирующего воздействия на общественные отношения (имущественные либо трудовые), то КоАП РФ, подобно УК, не знает таких границ. Регламентационная «клавиатура» этих законодательных актов, весьма близких по назначению, выводит их за относительно узкие отраслевые рамки, что позволяет использовать уголовно-правовые и административно-правовые средства в целях правозащиты общественных отношений, регулируемых самыми различными правовыми отраслями.

Применительно к КоАП РФ из этого следует вывод: административно-правовые нормы, содержащиеся в нем, выходят за границы чисто управленческих отношений. Тем самым правоохранительная функция КоАП РФ проявляется в сфере действия многих отраслей российской правовой системы. Об этом красноречиво свидетельствуют нормы Особенной части КоАП РФ. Так, гл.17 КоАП РФ предусматривает составы административных правонарушений, посягающих на институты государственной власти; гл.15 — составы правонарушений в области финансов, налогов и сборов, рынка ценных бумаг; гл.14 — в области предпринимательской деятельности; гл.16 — в области таможенного дела; гл.5 — составы правонарушений, посягающих на права граждан, и т.п.

Названные административные правонарушения совершаются в сфере общественных отношений, регулируемых нормами конституционного, финансового, предпринимательского, таможенного права. Собственно управленческие отношения охраняются мерами административной ответственности, предусмотренными в основном в гл.19 — «Административные правонарушения против порядка управления» и в гл.20 — «Административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность», а также и в иных главах КоАП РФ.

Таким образом, налицо свидетельство универсальности Кодекса как одного из наглядных проявлений административно-правового регулирования.

5. Законодательство об административных правонарушениях «иерархично», так как оно строится в соответствии с принципами российского федерализма, и состоит из КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов РФ. Соответственно КоАП РФ является правовой и методологической основой такого законодательства.

В этой связи закономерен вопрос: если КоАП РФ определен в ч.1 ст.1.1 в качестве фактически единственного федерального законодательного акта, В этой связи закономерен вопрос: если КоАП РФ определен в ч.1 ст.1.1 могут издаваться иные федеральные законы? Данный вопрос не случаен, он обусловлен той ситуацией, которая была характерна для периода, предшествующего введению в действие настоящего Кодекса, и выражалась в том, что наряду с КоАП РФ административная ответственность закреплялась в ряде иных законодательных актов, причем с детальной фиксацией конкретных составов административных правонарушений и административных санкций за их совершение. Можно назвать, например, ТК РФ, НК РФ (Часть 1), ВК, ряд федеральных законов (например, от 17 декабря 1992 г. «Об административной ответственности предприятий, учреждений и организаций за правонарушения в области строительства»; от 6 декабря 1999 г. «Об административной ответственности юридических лиц за нарушение законодательства Российской Федерации о выборах и референдумах» и др.).

С одной стороны, это можно объяснить довольно широким пониманием законодательства об административных правонарушениях (ст.2 КоАП РФ РСФСР). Оно состояло из действовавшего в тот период КоАП РФ и иных законодательных актов РСФСР и постановлений Совета Министров РСФСР об административных правонарушениях.

С другой стороны, что наиболее принципиально, в этой же статье содержалась правовая норма, в соответствии с которой законодательные акты РСФСР и постановления Совета Министров РСФСР об административных правонарушениях «до включения их в установленном порядке в настоящий Кодекс применяются на территории РСФСР непосредственно». При этом было установлено, что нормы КоАП РФ распространяются на правонарушения, ответственность за совершение которых предусматривалась законодательством, еще не включенным в КоАП РФ.

Следовательно, в конечном счете именно КоАП РФ находился на «вершине» законодательства об административных правонарушениях.

Тем не менее далеко не все составы административных правонарушений, предусмотренные действующими наряду с настоящим Кодексом федеральными законами, включены в него. Следовательно, важнейший принцип законодательства об административных правонарушениях, смысл которого четко выражен в вето Президента РФ на проект КоАП РФ, а именно — «в Кодексе должны быть сосредоточены все виды правонарушений, влекущих за собой ответственность в соответствии с федеральными нормативными правовыми актами», — не был соблюден. Попутно заметим, что названный принцип не является исключительной особенностью законодательства об административных правонарушениях. Так, ст.1 УК РФ содержит категорически выраженное правовое предписание: новые законы подлежат включению в УК.

Все это логично, ибо иное подрывает юридический «авторитет» любого акта кодификации, превращает его во второстепенный инструмент правового регулирования. Поэтому вызывает удивление тот факт, что в новом КоАП РФ отсутствует норма, предписывающая включение в него всех видов административных правонарушений, которые могут быть установлены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента и Правительства РФ. Подобная норма необходима в интересах упорядочения законодательства об административных правонарушениях.

При этом нельзя упускать из виду, что сам КоАП РФ не устанавливает данный вид юридической ответственности и, соответственно, не формулирует составы административных правонарушений. Это — не его прерогатива. КоАП РФ выполняет функцию «собирателя» правонарушений, административная ответственность за совершение которых устанавливается прежде всего федеральными законами, а также нормативными правовыми актами Президента и Правительства РФ. Только с учетом данного обстоятельства можно объяснить тот факт, что законодательство об административных правонарушениях на федеральном уровне сведено только к Кодексу об административных правонарушениях.

Федеральный закон от 30 декабря 2001 г. «О введении в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в соответствии с изложенными позициями признал утратившими силу ряд нормативных правовых актов (начиная с 1976 г.), содержащих составы административных правонарушений, не включенных в КоАП РФ. Например, им исключены из текста Таможенного, Градостроительного кодексов статьи, в которых определялись составы административных правонарушений. Естественно, что они теперь обнаруживаются в соответствующих главах Особенной части КоАП РФ. Одновременно названным Законом были внесены изменения в ряд законодательных актов РФ. В них сохранены лишь нормы, устанавливающие в общей форме административную ответственность физических или юридических лиц «в соответствии с законодательством Российской Федерации», не содержащие характеристику конкретных составов административных правонарушений. Например, такого рода изменения внесены в Федеральный закон от 30 марта 1999 г. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в Закон РФ от 9 октября 1992 г. «О валютном регулировании и валютном контроле» и т.д.

По смыслу этих изменений соответствующие составы правонарушений нашли свое место в Особенной части КоАП РФ. В частности, это подтверждается употребленной в названном Федеральном законе формулой: «административная ответственность наступает в порядке, установленном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях». Пожалуй, было бы более точным слово «установленном» заменить на слово «предусмотренном».

Федеральный закон «О введении в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» содержит большое количество упраздняемых или изменяемых нормативных правовых актов различной юридической силы. Очевидно, что впредь не подлежат применению нормы об административных правонарушениях, содержащиеся в законах и иных нормативных правовых актах Союза ССР (ст.4 Закона). В то же время не совсем ясно, все ли, подлежащее изменению, учтено в вышеназванном Законе. Именно в силу этого установлено, что до 1 июля 2002 г. все нормативные правовые акты об административных правонарушениях должны быть приведены в соответствие с новым КоАП РФ. Следует учитывать, что в новом КоАП РФ не только сокращено количество составов административных правонарушений в рамках отдельных глав его Особенной части, но под влиянием современных требований в него включены и новые составы.

7. Наряду с КоАП РФ законодательство об административных правонарушениях составляют также законы субъектов РФ, устанавливающие административную ответственность. Каких-либо четких указаний на этот счет Кодекс не содержит. Как известно, в соответствии с Конституцией РФ субъекты Федерации самостоятельно законодательствуют (п.2 ст.5); органами государственной власти субъектов принимаются законы, устанавливающие административную ответственность, которые должны соответствовать основным положениям КоАП РФ.

К сожалению, обобщенной информации о законодательных актах 89 субъектов РФ по этим вопросам не имеется, хотя в средствах массовой информации нередко публиковались соответствующие данные и довольно часто они носили негативный характер. Между тем правовое регулирование, осуществляемое субъектами РФ, не может противоречить федеральным законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и по предметам совместного ведения Федерации и ее субъектов. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (ч.5 ст.76).

Особое значение имеет то, что по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы субъектов РФ.

Данные конституционные положения имеют прямое отношение к соотношению федерального и регионального законодательства об административных правонарушениях. В нашем случае это особенно важно, ибо и административное, и административно-процессуальное право находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов (ст.72 Конституции РФ).

В настоящее время судить о полномочиях субъектов РФ по установлению административной ответственности следовало бы по Федеральному закону от 6 октября 1999 г. «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации». Однако в нем нет прямого указания на законодательные полномочия по вопросам административной ответственности. Тем не менее ответ на интересующий нас вопрос содержится в общем определении основных полномочий законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ, в числе которых — осуществление законодательного регулирования по предметам ведения субъекта РФ и предметам совместного ведения Федерации и ее субъектов в пределах полномочий субъекта РФ (п.»б» ч.1 ст.5 Закона). С учетом изложенных выше соображений данную позицию и следует рассматривать в качестве основы для издания субъектами РФ законов об административных правонарушениях.

Однако более четкое определение полномочий субъектов РФ по установлению административной ответственности в границах предметов совместного ведения не представляется возможным. Объяснить подобную ситуацию можно отсутствием федеральных законов по вопросам, отнесенным к предметам совместного ведения и с целью разграничения полномочий Федерации и ее субъектов именно в рамках ст.72 Конституции РФ. Принятие 24 июня 1999 г. Федерального закона «О принципах и порядке разграничения Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации» не вносит должной ясности в юридический механизм такого разграничения. Единственное, что может иметь отношение к рассматриваемой проблематике, это закрепление права субъектов РФ на осуществление собственного правового регулирования до принятия федеральных законов, разграничивающих полномочия в сфере совместного ведения. Ориентироваться при этом на договоры и соглашения не представляется возможным в силу специфичности института административной ответственности.

Слишком свежа в памяти договорная «лихорадка» начала 90-х гг., снисходительно поощряемая федеральным центром, в результате чего грубо нарушался конституционный принцип равноправия субъектов РФ во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти (ч.4 ст.5 Конституции РФ). Предметом многих договоров стали не только отдельные аспекты совместного ведения, но даже исключительные полномочия Российской Федерации; некоторые субъекты РФ путем использования договорной формы по существу «выторговали» себе преимущественные возможности самостоятельного решения ряда важных вопросов в ущерб правам и интересам других субъектов (Татарстан, Башкортостан, Свердловская область и др.). В этом, в частности, наиболее заметно проявился так называемый парад суверенитетов.

Необходимо учитывать, что «совместное» ведение не может отождествляться с паритетом. Это означает, что в рамках определенных ст.72 Конституции РФ предметов совместного ведения имеются и такие вопросы, решение которых логически требует принятия федеральных законов. Например, законодательное регулирование осуществления мер по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, законодательное установление режима пограничных зон и иных административно-правовых режимов и т.д. Вряд ли в подобных случаях уместна договорная форма взаимной передачи соответствующих полномочий, тем более полномочий по установлению административной ответственности.

Вообще сама мысль о возможности отказа органов государственной власти РФ от принадлежащих им полномочий, связанных с применением административной ответственности в пользу субъектов РФ, крайне нереальна. Другое дело, когда речь идет о разграничении государственной собственности, об охране окружающей природной среды и т.п. Здесь подобная договорная передача полномочий вполне уместна.

И все-таки, что означает издание законов субъектами РФ в соответствии с КоАП РФ? Статья 1 нового КоАП РФ не дает ответа на данный вопрос, выходящий за рамки известных положений о принципе законности во взаимоотношениях Российской Федерации с ее субъектами. В принципе это понятно, так как еще не определено, что в механизме установления административной ответственности недвусмысленно отнесено к ведению Федерации в конкретно-юридическом отношении и что — к ведению ее субъектов. Не ясно, в частности, до какой степени должны быть ограничены (а такие ограничения в рамках совместного ведения обязательны) в этой сфере законодательные возможности субъектов РФ.

Разве КоАП РФ, а не федеральным законам принадлежит решающая роль в установлении административной ответственности с распределением (что желательно) полномочий между Федерацией и ее субъектами? Именно в этом, как представляется, и заключен смысл «совместного ведения».

Конечно, полностью сохраняет свою силу ст.11 Конституции РФ, ч.3 которой связывает разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти ее субъектов с заключением между ними соответствующих договоров. Очевидно также, что предмет совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов есть сфера общественных отношений, регулирование которой отнесено к компетенции и Федерации, и ее субъектов. Однако путем договоров нельзя передавать, исключать или иным образом перераспределять установленные Конституцией РФ предметы совместного ведения. Передача друг другу части своих полномочий к тому же недопустима при отсутствии четкого определения компетенции Российской Федерации и ее субъектов по предметам совместного ведения.

Об этом, к сожалению, приходится постоянно помнить.

Попутно следует, видимо, восстановить в памяти достаточно привлекательный вариант, связанный с попыткой в определенных отраслевых рамках провести границу между федеральными и региональными полномочиями по предметам совместного ведения. В качестве примера можно привести ВК, в структуре которого имеются разделы, определяющие компетенцию федеральных органов и отдельно — компетенцию органов субъектов РФ, включая установление административной ответственности. Почему бы такого рода вариант разграничения предметов ведения Федерации и ее субъектов не использовать в интересах решения проблем, возникающих в настоящее время при трактовке ст.72 Конституции РФ?

Следует обратить внимание на то, что Президент РФ в своем вето на проект КоАП РФ со ссылкой на ч.3 ст.55 Конституции РФ высказал соображение, в соответствии с которым административная ответственность может быть установлена законами субъектов РФ только в отношении юридических лиц. В тексте КоАП РФ подобное ограничение регионального законодательства отсутствует, что соответствует сложившейся законодательной практике.

Разумеется, невозможно найти сколь-нибудь весомые основания для лишения субъектов РФ полномочий по установлению административной ответственности в отношении физических лиц. В законах, устанавливающих административную ответственность, находит одно из своих проявлений регулирование общественных отношений в сферах, максимально приближенных к нуждам и потребностям населения (например, охрана общественного порядка, жилищно-коммунальное хозяйство, экология, городской транспорт, борьба со стихийными бедствиями, торговля и общественное питание и т.п.), а потому и нуждающихся в правоохране в том числе и административно-правовыми мерами. И практика подтверждает, что субъектами РФ принимается немало законодательных актов, устанавливающих административную ответственность как физических, так и юридических лиц именно в названных сферах общественных отношений. Много подобного рода законов принято, например, в г.Москве. В основном они затрагивают такие сферы, как использование, сохранность и эксплуатация жилищного фонда; деятельность предприятий потребительского рынка и услуг; благоустройство города; привлечение и использование иностранной рабочей силы; пользование метрополитеном; изготовление, распространение и демонстрация нацистской символики на территории города; рынок ценных бумаг; охрана, использование и реставрация памятников истории и культуры; содержание домашних животных и т.п.

В то же время субъекты РФ нередко принимают законы, направленные на регулирование административных по своему характеру отношений по всем вопросам, не отнесенным к ведению Федерации, либо устанавливают перечни вопросов, по которым осуществляют собственное законодательное регулирование, включая и сферу установления административной ответственности, но без необходимых ссылок на соотношение регионального законодательства с федеральным. В некоторых конституциях и уставах субъектов РФ административная ответственность устанавливается не законами, а нормативными правовыми актами органов исполнительной власти и т.п.

Таким образом, ч.1 ст.1 КоАП РФ нуждается в дополнительном и детальном осмыслении в силу своей излишней лаконичности.

Тем не менее можно констатировать наличие ряда привлекающих внимание позиций:

по предметам совместного ведения издаются федеральные законы, реализующие полномочия федеральных органов государственной власти по установлению административной ответственности;

федеральными законами устанавливаются правила по вопросам, отнесенным ст.72 Конституции РФ к ее ведению и охраняемым мерами административной ответственности;

федеральное законодательство пока еще не предложило (кроме общих принципов) в достаточной мере четкого решения проблемы предметного разграничения полномочий федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов РФ в области законодательства об административной ответственности;

органы государственной власти субъектов РФ в этих условиях устанавливают своими законами административную ответственность в пределах совместного ведения, если административная ответственность по данному предмету не установлена федеральным законодательством;

в иных случаях установление административной ответственности законами субъектов РФ по предметам совместного ведения возможно лишь в соответствии с федеральными законами, т.е. при условии, что они не вступают в противоречие с федеральными законами (например, при отсутствии вторжения в сферы, подлежащие регулированию исключительно федеральными законами);

за пределами ведения Российской Федерации и совместного ведения административная ответственность устанавливается законодательством субъектов РФ.

Однако все эти позиции, достаточно юридически взвешенные, реализуются далеко не однозначно. Прежде всего это относится к практике установления административной ответственности на уровне субъектов РФ.

8. Настоящий Кодекс, равно как и все российское законодательство, основывается на Конституции РФ (ст.15). Существенное значение для установления административной ответственности имеют нормы международного права и международные договоры, связанные с проблематикой законодательства об административных правонарушениях и официально признанные Российской Федерацией.

В соответствии с нормами Конституции правила международных договоров имеют приоритет. В этой связи следует назвать Всеобщую декларацию прав человека (1948 г.), Конвенцию о территориальном море и прилегающей зоне (1958 г.), Венскую конвенцию о консульских сношениях (1963 г.), в соответствии с которой на иностранных граждан, пользующихся иммунитетом от административной юрисдикции РФ, нормы КоАП РФ не распространяются; возникающие при этом вопросы решаются на основе соответствующих международно-правовых норм. На подобной основе (консульские конвенции) строится соотношение отечественных норм об административной юрисдикции с аналогичными нормами государств — участников СНГ.

Следует учесть, что Россия ратифицировала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод. В связи с этим 20 марта 2001 г. был принят Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод». Внесенные им изменения и дополнения в КоАП РФ были учтены в новом Кодексе. Эти изменения по своей сути означали приоритетное значение для законодательства РФ норм международно-правового характера, в значительной степени усиливающих юридические гарантии процессуальных прав некоторых участников производства по делам об административных правонарушениях (потерпевшего, защитника и представителя), а также более четко определяющих порядок обжалования постановлений об административных правонарушениях.