Предоставление переводчик гпк

Оглавление:

Статья 162 ГПК РФ. Разъяснение переводчику его прав и обязанностей

Новая редакция Ст. 162 ГПК РФ

1. Лица, участвующие в деле, вправе предложить суду кандидатуру переводчика.

2. Председательствующий разъясняет переводчику его обязанность переводить объяснения, показания, заявления лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство, а лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, содержание имеющихся в деле объяснений, показаний, заявлений лиц, участвующих в деле, свидетелей и оглашаемых документов, аудиозаписей, заключений экспертов, консультаций и пояснений специалистов, распоряжений председательствующего, определения или решения суда.

3. Переводчик вправе задавать присутствующим при переводе участникам процесса вопросы для уточнения перевода, знакомиться с протоколом судебного заседания или отдельного процессуального действия и делать замечания по поводу правильности перевода, подлежащие занесению в протокол судебного заседания.

4. Председательствующий предупреждает переводчика об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации, за заведомо неправильный перевод и приобщает его подписку об этом к протоколу судебного заседания.

В случае уклонения переводчика от явки в суд или от надлежащего исполнения своих обязанностей он может быть подвергнут штрафу в размере до одной тысячи рублей.

5. Правила настоящей статьи распространяются на лицо, владеющее навыками сурдоперевода.

Комментарий к Статье 162 ГПК РФ

1. С учетом конституционного права каждого на свободный выбор языка общения (ч. 2 ст. 26 Конституции) определение степени владения языком судопроизводства должно отдаваться на усмотрение заинтересованного в услугах переводчика лица. В случае необходимости привлечения к участию в процессе переводчика этот вопрос должен быть решен судьей при подготовке дела к судебному разбирательству (п. 8 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ). О привлечении переводчика к участию в процессе суд выносит определение.

Лица, участвующие в деле, вправе предложить суду кандидатуру переводчика. В судебной практике может возникнуть вопрос, вправе ли иные участники судопроизводства принимать на себя обязанности переводчика, если они владеют необходимыми для перевода языками. Отрицательный ответ содержится в арбитражном процессуальном законодательстве (ч. 2 ст. 57 АПК). По аналогии эта норма может применяться и в гражданском судопроизводстве.

2. Председательствующий разъясняет переводчику его права и обязанности сразу же после проверки явки участников процесса. Совершение этого процессуального действия в самом начале судебного заседания объясняется стремлением законодателя исключить возможность негативных последствий, которые могут возникнуть в связи с незнанием лицами, участвующими в деле, языка, на котором ведется судопроизводство.

3. Среди участников гражданского процесса переводчик относится к лицам, содействующим осуществлению правосудия, процессуальный статус которых связан прежде всего с их обязанностями. Этим обстоятельством объясняется существовавшее ранее в гражданском процессуальном законодательстве правило, согласно которому переводчику разъяснялись только его обязанности. Между тем в судебном разбирательстве переводчик наделен и определенными правами, которые в итоге помогают выполнять возложенные на него обязанности (ч. 3 ст. 162 ГПК РФ). О разъяснении переводчику его прав и обязанностей делается запись в протоколе судебного заседания (ст. 229 ГПК РФ).

4. Одновременно с разъяснением прав и обязанностей председательствующий предупреждает переводчика об ответственности за заведомо неправильный перевод, предусмотренной ст. 307 УК. Подписка об этом производится на отдельном бланке и приобщается к протоколу.

Штрафная ответственность предусмотрена за уклонение переводчика от явки в суд или от надлежащего исполнения своих обязанностей, например сообщение явно неуважительных причин неявки, необъективное отношение к одной из сторон процесса, обнаружившиеся основания для отвода, по которым он должен был заявить самоотвод, и т.д. О наложении судебных штрафов, а также их сложении или уменьшении см. комментарии к ст. 105, 106.

5. Часть 5 ст. 162 ГПК РФ содержит положение о распространении правил данной статьи и на лицо, принимающее участие в судебном заседании в качестве переводчика знаков, которыми пользуются при общении граждане, утратившие слух и способность говорить (сурдопереводчик).

Другой комментарий к Ст. 162 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья посвящена участию переводчика в гражданском судопроизводстве.

Лица, участвующие в деле, наделяются правом предложить суду кандидатуру переводчика. Окончательно вопрос о кандидатуре переводчика решается судом.

Гражданский процессуальный кодекс РФ возлагает на переводчика обязанность переводить объяснения, показания, заявления лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство, а лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, — содержание имеющихся в деле объяснений, показаний, заявлений лиц, участвующих в деле, свидетелей и оглашаемых документов, аудиозаписей, заключений экспертов, консультаций и пояснений специалистов, распоряжений председательствующего, определения или решения суда.

В случае уклонения переводчика от явки в суд или от надлежащего исполнения своих обязанностей он может быть подвергнут штрафу в размере до 1000 руб.

2. Гражданский процессуальный кодекс РФ предоставляет переводчику следующие права:

— задавать присутствующим при переводе участникам процесса вопросы для уточнения перевода;

— знакомиться с протоколом судебного заседания или отдельного процессуального действия и делать замечания по поводу правильности перевода, подлежащие занесению в протокол судебного заседания.

3. В соответствии с ч. 4 комментируемой статьи переводчик должен быть предупрежден об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод.

О разъяснении переводчику его прав и обязанностей, а также ответственности за заведомо неправильный перевод делается запись в протоколе судебного заседания (п. 6 ч. 2 ст. 229 ГПК). При этом у переводчика отбирается подписка о том, что ему разъяснены права и обязанности, а также ответственность за заведомо неправильный перевод, которая приобщается к протоколу судебного заседания.

Переводчику может быть заявлен отвод по основаниям, указанным в ст. 16 ГПК, т.е. со ссылкой на то, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела или имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в его беспристрастности.

Правила, предусмотренные комментируемой статьей, распространяются также и на сурдопереводчиков, т.е. лиц, приглашенных в судебное заседание для перевода знаков при участии в деле глухонемых или неспособных говорить.

Ходатайство о переводчике

Судопроизводство в судах ведется на русском языке, однако лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о переводчике и использовании ими своего родного языка. Право использования родного языка закреплено в статье 9 ГПК РФ, включает в себя возможность выступления в суде на своем языке, подачу заявлений и ходатайств, обжалования судебных постановлений.

Кто имеет право заявить ходатайство о переводчике

Правом заявить ходатайство о переводчике имеют лица не владеющие русским языком. То есть, не понимающие его, не изучавшие его в школе. не имеющие возможности писать и читать на русском языке.

В первую очередь к лицам, имеющим право заявить ходатайство о предоставлении переводчика, стоит отнести граждан имеющих иностранное гражданство или лиц без гражданство. К таким лицам могут быть отнесены и граждане России, не являющиеся русскими и не владеющие в должной мере русским языком.

Суд может просить представить документы, свидетельствующие о получении образования и подтверждающие владение русским языком, для устранения сомнений в необходимости предоставления переводчика.

Как составить ходатайство о предоставлении переводчика

Ходатайство о предоставлении переводчика составляется при подаче искового заявления в суд или при привлечении лица к участию в гражданском деле.

В ходатайство о переводчике обычно указываются данные лица, его заявляющего, сведения о деле, в котором участвует заявитель и перечисляются основания для перечисления переводчика. В качестве таких оснований можно указать на то, что гражданин не владеет русским языком, поскольку является иностранным гражданином, русский язык не изучал и не может понимать сказанное в суде в достаточной для своей защите мере.

Если такое заявление подает гражданин РФ, не владеющий русским языком, он должен приложить документ об образовании и подробно объяснить, почему не знает русского языка.

Разрешение ходатайства о переводчике

Ходатайство о переводчике рассматривается судьей единолично или судом в судебном заседании. Это будет зависеть на какой стадии оно заявлено, необходимо ли устанавливать дополнительные обстоятельства и определять переводчика. Если заявление о переводчике написано полно и понятно, судья может его разрешить без дополнительных вопросов к лицу не владеющему русским языком.

Если незнание русского языка лицом, участвующим в деле, будет выяснено только в судебном заседании, суд на основании требований статьи 169 ГПК РФ отложит судебное заседание на другое время, обеспечив возможность подготовки к рассмотрению дела не владеющему русским языком участнику процесса.

При разрешении ходатайства суд будет устанавливать каким языком владеет лицо участвующее в деле, почему не владеет русским языком, какой переводчик ему будет нужен.

Кандидатура переводчика выбирается судом, однако участники вправе предложить свои собственные кандидатуры. По вопросу выбора переводчика суд выносит мотивированное определение. Согласно статье 161 ГПК РФ переводчик предупреждается об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод, в случае неявки переводчика по вызову в суд он может быть подвергнут судебному штрафу.

Участие переводчика в гражданском процессе является платным, расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами, согласно статьи 94 ГПК РФ относятся к судебным издержкам. Порядок выплаты вознаграждения и состав расходов на переводчика определен статьей 95 ГПК РФ.

Образец ходатайства об участии переводчика

Ходатайство о назначении переводчика можно составить воспользовавшись приведенным образцом.

В _______________________
(наименование суда)
от _______________________
(ФИО полностью, адрес)

Ходатайство о переводчике

В производстве суда находится гражданское дело по иску _________ (ФИО истца) к _________ (ФИО ответчика) о _________ (указать предмет спора).

_________ (ФИО лица, не владеющего русским языком), участвующий в деле в качестве _________ (указать в каком качестве участвует или будет участвовать в деле лицо, не владеющее русским языком) не владеет русским языком.

_________ (ФИО лица, не владеющего русским языком) избирает язык общения в ходе рассмотрения гражданского дела _________ (указать язык, которым владеет и избирает языком общения иностранный гражданин).

Для реализации права на использование родного языка в гражданском процессе необходимо привлечение к участию в деле переводчика. В качестве переводчика можно привлечь _________ (ФИО переводчика), который свободно владеет _________ (указать язык, которым владеет и избирает языком общения иностранный гражданин) языком, как в письменной, так и в устной форме, что подтверждается _________ (указать, чем может быть подтверждена квалификация переводчика, наличие у него соответствующей национальности, место рождения, проживание в стране использования языка, получение образования на этом языке, профессиональное образование переводчика и другие данные).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 9, 161 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Обеспечить возможность _________ (ФИО лица, не владеющего русским языком) давать объяснения, выступать, заявлять ходатайства и реализовать иные права, предусмотренные статьей 34 ГПК РФ, на _________ языке.

Привлечь к участию в деле в качестве переводчика _________ (ФИО переводчика, его место жительства, место работы, другие данные, которые позволят суду известить переводчика о привлечении в дело).

Перечень прилагаемых к заявлению документов:

Документы, подтверждающие наличие основания для заявления ходатайства о переводчике и использовании родного языка

Дата подачи заявления «___»_________ ____ г. Подпись _______

Скачать образец заявления:

Ходатайство о переводчике (17,0 KiB, 26 hits)

Ходатайство о переводчике

В Российской Федерации судебные процессы всегда ведутся на русском языке. Участники судопроизводства могут применять свой родной язык и использовать услуги переводчика. Для этого им требуется заявить ходатайство о предоставлении переводчика в суде. Право граждан использовать родной язык в судопроизводстве регламентировано 9 статьей российского Гражданско-процессуального кодекса. Помимо предоставления услуг переводчика это право включает возможность подачи жалоб, процессуальных документов и выступления в суде на родном языке.

Правила подачи ходатайства

Ходатайство о переводчике составляется в произвольной форме, но законом предусмотрены требования к порядку подачи ходатайства:

  • Заявление о предоставлении переводчика может подать не только гражданин, которому требуется помощь переводчика, но и другие лица.
  • Ходатайство об использовании гражданином родного языка желательно подавать на ранних стадиях рассмотрения дела, чтобы максимально обеспечить права участника процесса, плохо владеющего русским языком. Тем не менее, допускается подача заявления о переводчике на любом этапе судопроизводства. Заявитель может приложить ходатайство к иску или заявить его в заседании суда.
  • Если судья обнаружит уже в ходе судопроизводства, что участник процесса не владеет русским языком, суд откладывает заседание для обеспечения возможности этому участнику подготовиться к рассмотрению дела (169 статья ГПК).
  • Участники процесса могут предлагать свои кандидатуры переводчика, однако окончательный выбор осуществляется судьей, который выносит по этому поводу мотивированное решение.
  • Услуги переводчика в гражданском судопроизводстве являются платными, поэтому расходы на выплаты переводчику, осуществляемые иностранными гражданами, относят к судебным издержкам.

Для оформления заявления с просьбой предоставить переводчика, можно использовать образец ходатайства о переводчике.

Переводчик, участвующий в гражданском процессе, предупреждается о мерах уголовной ответственности при заведомо неправильном переводе.

Примеры и образцы ходатайств можно скачать на нашем сайте.

Скачать образец ходатайства (заявления):

Предоставление переводчик гпк

Статья 9. Язык гражданского судопроизводства

1. Гражданское судопроизводство ведется на русском языке — государственном языке Российской Федерации или на государственном языке республики, которая входит в состав Российской Федерации и на территории которой находится соответствующий суд. В военных судах гражданское судопроизводство ведется на русском языке.

2. Лицам, участвующим в деле и не владеющим языком, на котором ведется гражданское судопроизводство, разъясняется и обеспечивается право давать объяснения, заключения, выступать, заявлять ходатайства, подавать жалобы на родном языке или на любом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика.

Комментарий к статье 9

1. В соответствии со ст. 68 Конституции РФ государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык. Республики вправе устанавливать свои государственные языки. В органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях республик они употребляются наряду с государственным языком Российской Федерации. Российская Федерация гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития.

2. Установленный комментируемой статьей принцип национального языка гражданского судопроизводства состоит в том, что гражданское судопроизводство ведется в Российской Федерации на русском языке, являющемся государственным языком РФ, что предусмотрено ст. 18 Закона РФ «О языках народов Российской Федерации» .

Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. N 50. Ст. 1740.

Статья 18 названного Закона также устанавливает, что судопроизводство и делопроизводство в Верховном Суде Российской Федерации, военных судах ведутся на государственном языке Российской Федерации. Судопроизводство и делопроизводство в других федеральных судах общей юрисдикции могут вестись также на государственном языке республики, на территории которой находится соответствующий суд. Судопроизводство и делопроизводство у мировых судей ведется на государственном языке Российской Федерации или на государственном языке республики, на территории которой находится соответствующий суд или правоохранительный орган. Лица, участвующие в деле и не владеющие языком, на котором ведутся судопроизводство и делопроизводство в судах, вправе выступать и давать объяснения на родном языке или на любом свободно избранном ими языке общения, а также пользоваться услугами переводчика.

3. В ч. 2 комментируемой статьи установлены гарантии для лиц, не владеющих языком, на котором ведется гражданское судопроизводство. Лица, участвующие в деле, перечислены в ст. 34 ГПК РФ. К ним относятся: стороны, третьи лица, прокурор, лица, обращающиеся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц или вступающие в процесс в целях дачи заключения по основаниям, предусмотренным ст. ст. 4, 46 и 47 настоящего Кодекса, заявители и другие заинтересованные лица по делам особого производства и по делам, возникающим из публичных правоотношений.

Указанным лицам обеспечивается право осуществлять действия, перечисленные в ч. 2 комментируемой статьи ГПК РФ, на родном языке или на любом свободно избранном языке общения. Право выбирать язык в этом случае должно принадлежать лицу, участвующему в деле, т.к. гражданское судопроизводство должно обеспечивать возможность реализации и защиты своих прав, а для этого необходимо понимание содержания документов, выступлений других участников процесса и т.д.

4. Для того чтобы избежать злоупотреблений правом на перевод и затягивания при этом процесса, для определения того, что лицо, участвующее в деле, не владеет языком, на котором ведется процесс, судья может выяснить, на каком языке гражданин получал образование, в какой местности он проживал и работал.

Услуги переводчика оказываются за счет государства. Исключение составляют расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации (ст. 94 ГПК РФ).

5. Нарушение установленного настоящей статьей принципа является безусловным основанием для отмены вынесенного решения (п. 3 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ).

Так, в определении Судебной коллегии Верховного Суда РСФСР говорится, что суд обязан разъяснить лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, их право пользоваться в процессе родным языком и услугами переводчика. Примером может служить следующий случай. Строительно-монтажный трест предъявил иск к К. о выселении из однокомнатной квартиры без предоставления другой жилой площади. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР отменила судебные постановления, принятые по данному делу, и направила дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Согласно ст. 8 ГПК РСФСР (ст. 9 ГПК РФ) лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, обеспечивается право делать заявления, давать объяснения и показания, выступать на суде и заявлять ходатайства на родном языке, а также пользоваться услугами переводчика.

Согласно имеющимся в деле документам К. по национальности адыгейка, поэтому суд обязан был установить, владеет ли она русским языком и нуждается ли в переводчике. Эти вопросы судом не выяснялись, из протокола судебного заседания не видно, какие именно права разъяснялись ответчице.

Как утверждает в своих заявлениях К., хотя она понимает русский язык и разговаривает на этом языке, свои мысли формулирует первоначально на родном языке, в судебном заседании она волновалась и не смогла в полной мере защитить свои интересы.

Кассационная инстанция не обратила внимания на нарушение права ответчицы давать объяснения на родном языке и пользоваться услугами переводчика и не приняла мер к устранению нарушения требований закона.

Как указал в постановлении президиум Краснодарского краевого суда, оставляя без удовлетворения протест, К. давала суду логичные объяснения и в жалобе подтвердила, что понимает и говорит по-русски. Однако президиум не учел, что право выбора языка, на котором лицо дает объяснения в судебном заседании, принадлежит только этому лицу .

Правосубъектность переводчика в гражданском судопроизводстве и порядок ее приобретения

О.Ю. КУЗНЕЦОВ,

кандидат исторических наук (Московский пограничный институт ФСБ России)

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации в отличие от УПК РФ (ст. 59) или КоАП РФ (ст. 25.10) не определяет переводчика как самостоятельного участника процессуальных правоотношений, юридический статус которого в процедурах гражданского судопроизводства регламентировался бы отдельной статьей отраслевого законодательства. Вместе с тем ГПК РФ в целом ряде норм — ч. 5 ст. 10, ст. 18, ч. 2 ст. 20, ст. 97, частях 1 и 2 ст. 113, п. 8 ч. 1 ст. 150, ст. 162, ч. 1 ст. 164, ст. 168, пунктах 5 и 6 ч. 2 ст. 229 — подразумевает переводчика как самостоятельного субъекта судебного разбирательства по гражданским делам, наделенного теми или иными элементами правоспособности, дееспособности и деликтоспособности, которые в совокупности, как известно, образуют правосубъектность переводчика в контексте положений данного отраслевого процессуального закона. Поскольку в настоящее время законодательно правосубъектность переводчика в гражданском судопроизводстве не сформулирована и не закреплена, представляется актуальным и необходимым выявить ее, с тем чтобы дать возможность юридической общественности России иметь четкое представление о правовом статусе переводчика во всех процедурах разрешения споров, осуществляющихся в порядке, установленном гражданским процессуальным законом.

ГПК РФ изначально не относит переводчика к числу лиц, участвующих в деле, состав которых определяется ст. 34 данного кодекса. Переводчик не относится ни к лицам, обратившимся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов, ни к лицам, выступающим от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Таким образом, исходя из правотворческой логики отечественного гражданского процессуального законодательства, переводчик не является лицом, «участвующим в деле», т. е. представителем одной из тяжущихся сторон, а позиционируется как субъект судопроизводства, участие которого в разбирательстве по конкретному иску служит интересам осуществления исключительно правосудия, обеспечивая в производстве по конкретному делу безусловное исполнение целого ряда принципов отраслевого процессуального закона — принципа языка гражданского судопроизводства (ст. 9 ГПК РФ), принципа гласности судебного разбирательства (ст. 10 ГПК РФ), принципа осуществления правосудия на основе состязательности и равенства сторон (ст. 12 ГПК РФ). Видимо, именно поэтому в главе 4 ГПК РФ, посвященной определению правосубъектности лиц, участвующих в деле, отсутствует статья, посвященная регламентации юридического статуса переводчика (равно как эксперта и специалиста, возможность участия которых в судебном разбирательстве также предусматривается отраслевым процессуальным законом). Фактически мы можем говорить о том, что в гражданском процессе переводчик не является субъектом процессуальных правоотношений в том понимании содержания его процессуального статуса, который мы видим в уголовном или административном судопроизводстве, так как его участие в разбирательстве по конкретному делу обусловлено исключительно субъективным желанием или потребностью одной из сторон реализовать свое конституционное право на свободу выбора языка общения (ч. 2 ст. 26 Конституции РФ) и, как следствие, процессуальное право на пользование лингвистическими услугами или помощью переводчика, а не императивной обязанностью суда обеспечить это право в любом случае. Именно поэтому, на наш взгляд, переводчик выступает как участник судопроизводства, призванный содействовать именно суду, а не сторонам процесса в получении и исследовании доказательств, а если быть точным, — как своеобразный юридический практический «инструмент», позволяющий стороне (или сторонам) представлять суду свою правовую позицию или имеющиеся в ее распоряжении сведения и материалы, являющиеся доказательствами по делу, когда те сформулированы или имеют материальную фиксацию в форме документа не на языке судопроизводства. Иными словами, исходя из контекста гражданского процессуального закона, мы можем сделать вывод о том, что переводчик — лицо, содействующее отправлению правосудия в рамках судебного разбирательства по конкретному исковому заявлению.

В этом, как представляется, проявляется главное методологическое отличие гражданского и уголовного процессов, обусловленное разницей стоящих перед ними задач: в первом случае — это обеспечение равных условий доступа к правосудию и фактически оценки представляемых сторонами истца и ответчика доказательств; во втором — это обязанность стороны обвинения доказать в судебном заседании с соблюдением всех процессуальных норм виновность подсудимого, когда судом рассматриваются доказательства, по сути, только одной стороны. Следовательно, в контексте норм процессуального права России степень правовой регламентации статуса переводчика (по объему и детализированности норм) прямо пропорциональна значимости его влияния на допустимость доказательств (точнее — на оценку их допустимости), полученных при его непосредственном участии и закрепленных в его переводе в материалах гражданского или уголовного дела. Таким образом, мы можем говорить о том, что исключение переводчика из состава лиц, участвующих в гражданском деле (наряду с экспертом и специалистом), требующих законодательного закрепления своей правосубъектности, обусловлено ничтожно малой вероятностью возможности для него повлиять на исход судебного разбирательства по гражданскому иску в условиях, когда в соответствии со ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания правовой позиции в равной степени лежит как на стороне истца, так и на стороне ответчика, а их доказательства имеют для суда равную значимость…

Прежде чем перейти к изучению интересующей нас проблематики, представляется необходимым определиться с кругом источников, устанавливающих правосубъектность переводчика в гражданском процессе как носителя конкретных профессиональных знаний, умений и навыков, привлекаемого к участию в судопроизводстве в целях оказания содействия правосудию. Помимо отраслевого процессуального закона в их числе следует назвать Рекомендацию ЮНЕСКО о юридической охране прав переводчиков и переводов и практических средствах по улучшению положения переводчиков, принятую 22.11.1976 на XIX Генеральной конференции ЮНЕСКО в г. Найроби (Кения) и получившую по месту своего принятия официальное наименование Рекомендация Найроби (далее — Рекомендация). Россия в числе 164 стран—участниц ЮНЕСКО одобрила эту Рекомендацию, распространив тем самым ее действие на свою территорию. Этот документ может быть интересен нам потому, что содержит многие качественные характеристики международно-правового статуса переводчика как субъекта имущественных, административных и иных правоотношений, напрямую не связанных с судопроизводством, но способных оказать существенное влияние на его участие в процессуальной деятельности (в том числе и по гражданским делам). Являясь источником профессионального, а не процессуального статуса переводчика в случае его вовлечения в процедуры правосудия, Рекомендация способна оказать значительное влияние на практику его деятельности в сфере гражданского судопроизводства.

Классическим определением правосубъектности в теории права, как известно, является признаваемая государством способность лица быть субъектом права (участником правоотношений). В гражданском судопроизводстве в соответствии со ст. 48 ГПК РФ физические лица могут действовать лично или через своих представителей, а юридические лица — только через представителей, поэтому переводчик как участник правоотношений в контексте указанных выше норм отраслевого процессуального закона может являться исключительно физическим лицом, т. е. индивидуальным субъектом права. Поскольку всякий индивидуальный субъект права реализует себя в правоотношениях или как гражданин, или как носитель определенных социальных функций, то переводчик как участник гражданского судопроизводства, наделенный по закону собственным специфическим статусом, нами будет рассматриваться в последнем качестве, т. е. именно как носитель нормативно определенной и социально детерминированной процессуальной функции — функции установления межличностной коммуникации между сторонами и участниками разбирательства по поданному в суд иску (исковому заявлению), а также между судом и лицами, участвующими в деле.

Предваряя рассмотрение композиционных элементов правосубъектности переводчика в гражданском судопроизводстве, следует особо подчеркнуть тот вызывающий недоумение факт, что в тексте отраслевого процессуального закона нет четкой комплексной формулировки его юридического статуса, отдельные имманентные черты которого разбросаны по разным статьям и их частям. Например, разрозненные указания на его процессуальные права мы встречаем в ч. 1 ст. 95, ч. 1 ст. 97, ч. 3 ст. 162, на процессуальную ответственность — в ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 168 ГПК РФ. Вследствие этого приходится констатировать некую дисперсию содержания его правосубъектности, которая объективно мешает целостному пониманию роли и места переводчика в процедурах судебного разбирательства по гражданским делам. Более того, использовав в тексте ГПК РФ понятие «переводчик» 33 раза, законодатели оставили вне сферы своего внимания необходимость дать ему правовую дефиницию, в результате чего этот участник гражданского судопроизводства вынужден реализовывать свою дееспособность, не имея законодательно определенной правоспособности. Поэтому мы считаем актуальным и необходимым в первую очередь сконцентрировать свое внимание на определении именно правоспособности переводчика в гражданском судопроизводстве.

Главным предназначением участия переводчика в гражданском процессе является реализация посредством его профессиональной деятельности в судебном заседании положений одного из принципов отраслевого законодательства — принципа языка гражданского судопроизводства. Именно реализация при его помощи данного основополагающего предписания закона является отправной точкой для позиционирования его места и описания его роли в деле судебного разбирательства по исковым заявлениям. Иными словами, установление коммуникации (т. е. возможности смыслового и логического понимания друг друга) между судом и одной из сторон, не владеющей языком судопроизводства, а также между сторонами в соответствии с требованиями отраслевого законодательства и, собственно, выступает в качестве имманентного содержания его процессуальной функции.

Успешное исполнение переводчиком указанной выше функции возможно только в одном случае — когда лицо, на которое в порядке п. 8 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ судом возлагаются обязанности переводчика, в равной степени свободно и адекватно владеет и пользуется как минимум двумя языками — языком судопроизводства и родным языком участника гражданского процесса, если тот не владеет первым. Таким образом, билингвизм переводчика в гражданском судопроизводстве (впрочем, как и во всех остальных отраслях процессуального права России) должен рассматриваться не как индивидуальное качество его личности, т. е. элемент его общегражданской правосубъектности (в конституционном понимании ее содержания), а как объективное условие приобретения переводчиком соответствующего процессуального статуса в гражданском судопроизводстве и, следовательно, как имманентная черта его процессуальной правоспособности. К сожалению, такое понимание юридической природы статуса переводчика в контексте процессуальных правоотношений, получившее свое закрепление в уголовно-процессуальном законе и законодательстве об административных правонарушениях, не нашло своего отображения в аналогичных нормах отечественного гражданского процесса. Как уже было сказано выше, законодатели, вероятно, посчитали, что для гражданского судопроизводства вполне будет достаточно применения в порядке аналогии соответствующих положений иных отраслевых процессуальных законов (в крайнем случае, лицо, не владеющее языком судопроизводства, вполне может действовать в суде через представителя, который владеет им в полной мере), но такое положение дел нам представляется не вполне удовлетворительным, поскольку противоречит всем правилам формальной логики и законодательной техники, так как использование в тексте нормативного правового акта какого-либо существенного понятия без расшифровки его контекста как минимум бескультурно. Но если мы желаем достичь объективного теоретического понимания содержания всех составляющих правосубъектности переводчика в гражданском процессе, то не имеем права копировать подобный подход законодателей. Итак, мы можем сформулировать первую качественную черту его правоспособности: переводчик — лицо, владеющее языками, знание которых необходимо для организации судопроизводства по гражданским делам в рамках судебного разбирательства по конкретному исковому заявлению.

Наличие специальных лингвистических познаний, являющееся условием приобретения переводчиком своего процессуального статуса, требует квалиметрической оценки и законодательного закрепления их уровня, объема и содержания, с тем чтобы на основе их эмпирической дефиниции иметь возможность установить факт субъективной пригодности того или иного лица, назначаемого к участию в судопроизводстве, исполнять предусмотренные отраслевым законом функции. Поскольку содержание деятельности переводчика при рассмотрении судом дел по исковым заявлениям не соответствует ни одному из признаков трудовой деятельности, закрепленных в ст. 56 ТК РФ, то его участие не может быть обусловлено какими бы то ни было квалификационными требованиями, предъявляемыми к работникам соответствующей профессии (специальности). Следовательно, единственным в этом случае критерием индивидуальной пригодности конкретного лица к исполнению в рамках гражданского судопроизводства процессуальной функции переводчика является соответствие его индивидуальных знаний, умений и навыков назначению, задачам и содержанию отправления правосудия по делам гражданско-правового оборота. Следовательно, данный критерий оценки его компетентности как в языке перевода, так и в русском языке как языке судопроизводства может являться единственно возможным при нормативном регулировании уровня (степени) его билингвизма. Таким образом, развивая высказанную ранее мысль об юридических основах статуса (точнее — правоспособности) переводчика в гражданском судопроизводстве, мы можем сделать вывод о том, что переводчик — лицо, владеющее языками, знание которых необходимо для осуществления перевода, исходя из потребностей отправления правосудия по гражданским делам.

Исходя из принципа формально-правового равенства граждан перед законом и судом, установленного ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, правоспособность переводчика de jure не может быть ограничена на основании каких бы то ни было субъективных признаков пола, возраста, расы, национальной или религиозной принадлежности и т. д. Однако нормы международного права ЮНЕСКО рассматривают данный вопрос несколько с иной точки зрения: так, п. 14d Рекомендации устанавливает, что «переводчик должен переводить, по возможности, на свой родной язык или на язык, которым он владеет как родным». Таким образом, переводчик должен или быть одной национальности с участником судопроизводства, которому он призван оказывать лингвистическую помощь, ил

Устный и письменный переводчик для суда: памятка заказчику

Предоставляет ли суд переводчика? Можно ли самостоятельно выбрать переводчика или это делает суд? Кто оплачивает услуги переводчика в суде?

Ответ на эти вопросы зависит от того, о каком судебном разбирательстве идет речь: уголовное делопроизводство, арбитражное, гражданское, административное, исполнительное производство — поскольку они регулируются разными нормами права.

Всё нижеследующее в равной мере относится и к устному переводу на суде, и к письменному переводу судебных документов, и к сурдопереводу. Информация по состоянию на 24 апреля 2017 г.

Кто выбирает переводчика для суда?

  • В случае с гражданским и арбитражным судебным разбирательством сторона, нуждающаяся в переводчике, может подать просьбу на привлечение к участию в деле конкретного переводчика. Для этого нужно подать ходатайство, в котором будут указаны данные этого переводчика. Суд рассматривает эту кандидатуру и выносит мотивированное определение о выборе переводчика (см. ч. 1 ст. 162 ГПК РФ и ч. 2 ст. 57 АПК РФ соответственно).
  • В случае с исполнительным производством (взысканием долгов) судебный пристав назначает должнику/взыскателю время для поиска переводчика. Если сторона, нуждающаяся в переводчике, не найдет подходящего специалиста в отведенное время, то переводчика выберет сам судебный пристав (см. ч. 3 ст. 58 ФЗ от 02.10.2007 «Об исполнительном производстве»).
  • В Уголовно-процессуальном кодексе (УПК РФ) и Кодексе об административных правонарушениях (КоАП РФ) о возможности выдвинуть кандидатуру переводчика ничего не сказано, переводчика назначает суд.

Кто оплачивает расходы на переводчика?

В уголовном делопроизводстве расходы, связанные с привлечением переводчика, оплачиваются из федерального бюджета (см. ч. 3 ст. 132 УПК РФ).

В административном — за счет федерального бюджета или бюджета субъекта федерации (см. ч. 2-3 ст. 24.7 КоАП РФ).

Если дело рассматривается в арбитраже — за счет федерального бюджета (см. ч.3 ст.109 АПК РФ). Это не распространяется на иностранных граждан и тех, кто не имеет гражданства, если только иное не предусмотрено международным договором РФ (см. ч. 4 ст. 109 АПК РФ).

В исполнительном производстве оплата труда переводчика ложится на плечи должника (см. ч. 1 ст. 117 ФЗ от 02.10.2007 «Об исполнительном производстве»). Исключение — когда исполнительное производство прекращается из-за отмены или признания недействительным исполнительного документа либо судебного акта. Тогда расходы возмещаются из федерального бюджета (ч. 2 ст. 117 ФЗ «Об исполнительном производстве»).

В гражданском судопроизводстве сторона, которая нуждается в переводчике, до судебного заседания перечисляет на специальный счет деньги, которые пойдут на оплату вознаграждения переводчика. Если в переводчике нуждаются обе стороны, то они вносят деньги поровну. Если переводчик привлекается к делу по инициативе суда или мирового судьи, то расходы на переводчика оплачиваются из средств федерального бюджета или бюджета субъекта федерации (см. ч. 1-2 ст. 96 ГПК РФ). К издержкам, связанным с участием переводчика, относится не только оплата его труда, но и расходы, связанные с его проездом и проживанием (см. ч. 1 ст. 95 ГПК РФ). В дальнейшем расходы на переводчика могут быть компенсированы в зависимости от исхода дела (см. ст. 98 и 101 ГПК РФ):

  1. если одна из сторон проиграла дело, она возмещает выигравшей стороне судебные издержки;
  2. если иск удовлетворен частично, то и судебные издержки проигравшая сторона возмещает частично: истцу — пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, ответчику — пропорционально размеру той части исковых требований, которые суд оставил без удовлетворения;
  3. отказ истца от иска считается его проигрышем, поэтому он должен будет возместить ответчику расходы на услуги переводчика, а сам не вправе рассчитывать на возмещение средств;
  4. если же истец отказался от иска из-за того, что ответчик по своей воле выполнил требования истца, то проигравшим считается ответчик и он возмещает судебные издержки истцу;
  5. если стороны решили пойти на мировую, то они вправе договориться между собой, кто из них и в какой мере оплачивает издержки и прописать этот момент в мировом соглашении. Если в мировом соглашении этот вопрос не оговорен, то вопрос о возмещении издержек остается на усмотрение суда.

Кто может быть судебным переводчиком?

В законодательной базе РФ упоминаются три требования к переводчику, который привлекается к судебному процессу:

  • совершеннолетний возраст;
  • отсутствие заинтересованности в деле. Не может привлекаться в качестве переводчика один из участников процесса, родственник кого-либо из участников или лицо, каким-либо иным образом заинтересованное в исходе дела;
  • свободное владение языком перевода (навыками сурдоперевода).

По поводу последнего пункта в законе не уточняется, как именно суд проверяет уровень владения языком/сурдопереводом. На практике в качестве доказательства суд принимает наличие диплома о соответствующем образовании. Не всегда получается найти такого переводчика (особенно если речь о таджикском или узбекском языке, например), поэтому не всегда к делу привлекаются дипломированные специалисты. При этом в зависимости от обстоятельств дела от переводчика может требоваться знание какой-либо узкой сферы, например, строительства или фармакологии.

Проблема с судебными переводчиками в России состоит в том, что ответственность на них лежит большая, потребность в качественном переводе на суде/письменных судебных документов тоже велика, но судебных переводчиков нигде специально не готовят, не проверяют их уровень знаний, не сертифицируют.

Во многих западных странах существует институт судебных (присяжных) переводчиков. В профессиональном сообществе уже выдвигались предложения по внесению изменений в законодательную базу РФ, чтобы создать в России подобный институт, но по сей день ничего не поменялось.