Сколько ежегодно выпускается юристов

Сколько ежегодно выпускается юристов

№ 349 — 350
13 — 26 октября 2008

Над темой номера
работали:

Кого и сколько готовит российская система образования

Анализ состояния кадровых ресурсов в целом по России дает только примерное представление о тенденциях на рынке предложения трудовых ресурсов. Общероссийский рынок труда формируется и существует в виде совокупности региональных и отраслевых рынков труда, которые имеют свою специфику, их состояние определяется многими факторами: структурой и уровнем развития экономики, мобильностью населения, развитостью инфраструктуры и т.п.

Выпускники и студенты вузов

Из 1,3 миллиона выпускников вузов порядка 40% — юристы или экономисты (рис. 9). По прогнозу Минобрнауки, в ближайшее время число юристов и экономистов, которых и без того слишком много, будет расти. В 2004 году в вузы на экономические и юридические специальности поступили 231,1 тысячи человек (станут выпускниками в 2009 году), что составило 17% от общего числа принятых студентов против 20,5% годом ранее (данные Росстата).

По оценке главы Минобрнауки Андрея Фурсенко, не всякий вуз способен подготовить хорошего профессионального экономиста. Эксперты называют в числе вузов, выпускники которых обладают системными знаниями, а учебные планы строятся с учетом современных тенденций развития экономики, МГУ, РЭА им. Плеханова, ГУ-ВШЭ. Остальным институтам не свойственны в полной мере названные характеристики, они недостаточно ориентированы на практическую работу, и работодателям значительно сложнее адаптировать их выпускников.

Рисунок 9. Число выпускников вузов по специальностям
(тысяч человек)

В вузах, находящихся в ведении Федерального агентства по образованию, число бюджетных мест по экономическим специальностям и управлению в 2008 году сократится на 8,4%, по гуманитарным специальностям, в том числе юридическим, — на 7,7%.

Одновременно будет увеличено количество бюджетных мест по специальностям, связанным с информатикой и вычислительной техникой, что отвечает тенденциям рынка, — специалисты IT-сферы являются одними из самых востребованных в течение последних пяти лет.

Пока разрыв между потребностями рынка и выпуском молодых специалистов в IT-отрасли небольшой, однако, по прогнозу ректора Московского государственного университета Виктора Садовничего, Россия в ближайшие годы столкнется с нехваткой специалистов в области высоких технологий.

С 2004 по 2006 год число выпускников вузов по специальностям информатика и вычислительная техника увеличилось с 17,5 тысячи до 20,5 тысячи человек.

Существенную долю выпусков вузов по-прежнему составляют педагоги (11,4%) и гуманитарии (14,6%).

Вузы страны готовят достаточно большой контингент инженеров по всем специальностям. Однако подавляющая их часть не идет по окончании учебы на производство по ряду причин:

  • короткий период планирования. Молодежь в краткий срок может получить больший доход в иных отраслях экономики, чем в материальном производстве (кроме нефтегазового сектора);
  • отсутствие у части молодых людей необходимых мотиваций и потребность в «легких» деньгах, которые сложно получить, работая на инженерных специальностях;
  • удаленность новых производств от места жительства.

В стране относительно слабо поставлена система стажировок, а также передача практических знаний, опыта от старого поколения новому.

В наследие от Советского Союза России досталось несколько десятков профильных вузов, занимающихся подготовкой инженеров-металлургов. Сейчас их около 40 и среди них нет частных высших учебных заведений. После кризиса середины 1990-х годов, в конце 1990-х — начале 2000-х годов студенты опять потянулись в индустриальные вузы, численность студентов буквально за несколько лет выросла более чем в 1,5 раза. Достигнув к середине 2000-х порядка 25 тысяч человек, она стабилизировалась. Таким образом, в конце 2000-х в России вузы ежегодно будут заканчивать 5 тысяч инженеров-металлургов -важнейший кадровый источник растущей металлургической отрасли страны. Сейчас в цветной и черной металлургии в России занято около 1,2 миллиона человек, из которых высшее образование имеют около 100 тысяч человек. Инженеров-металлургов, как правило, готовят вузы, расположенные в регионах с крупными металлургическими комбинатами (Новокузнецк, Липецк, Магнитогорск).

Строительство железных дорог

В России в настоящее время функционируют 8 головных вузов и 22 их филиала, готовящие инженеров-путейцев по строительству железных дорог и путевому хозяйству. Головные вузы находятся в каждом федеральном округе (Москва, Санкт-Петербург, Самара, Ростов-на-Дону, Екатеринбург, Новосибирск, Иркутск и Хабаровск) — в городах, где расположены наиболее крупные отделения железных дорог.

Подобно другим техническим вузам многие «транспортные» вузы переориентировались, открыв новые непрофильные направления и введя платное обучение. К примеру, Ростовский государственный университет путей сообщения имеет сейчас 10,1 тысячи студентов, при этом на непрофильных факультетах учится более 3 тысяч студентов. Специальность «строительство железных дорог и путевое хозяйство» получают всего около 800 человек, из которых около половины обучается заочно и платно. Качество образования соответственно низкое, хотя прибыль у вуза высокая. А рынок труда в итоге получает недоученных «специалистов».

Аналогичная ситуация и в Сибирском университете путей сообщения, где более половины студентов учатся не по профилю вуза.

Всего в России по специальности «строительство железных дорог и путевое хозяйство» обучаются около 10 тысяч человек, из которых половина учится заочно и еще 40% на платных отделениях. Соответственно, на рынок труда ежегодно поступает с очного отделения около 1 тысячи инженеров-путейцев. И такая ситуация сохраняется в течение последних 5-7 лет.

В России 24 вуза готовят специалистов в области автомобилестроения. По специальности «автомобилестроение и тракторостроение» обучается около 8 тысяч студентов. Их число за последние годы выросло незначительно за счет увеличения количества студентов заочной формы обучения, на которых приходится около 40% от всех будущих инженеров-автомобилестроителей.

Основная часть получает образование на платной основе. Ежегодный выпуск составляет около 1,5 тысяч человек.

Ведущие центры подготовки кадров — Московский государственный индустриальный университет (около 1,6 тысячи студентов) и Московский государственный технический университет «МАМИ» (1,4 тысячи студентов). Вузы, имеющие автомобилестроительные специальности, расположены практически в каждом городе России, имеющем крупное автосборочное предприятие (Нижний Новгород, Санкт-Петербург, Ульяновск, Ижевск, Курган, Набережные Челны, исключение составляет Тольятти), а также центрах тракторостроения (Волгоград, Липецк, Челябинск и др.). В отличие от московских вузов число студентов в вузах этих городов стабильно, хотя в ряде случаев существующие специальности закрываются. Распространенный тезис о том, что отечественный автопром нежизнеспособен, соответствует реальности, учитывая тенденции в подготовке технических кадров отрасли.

В настоящее время очные отделения вузов, призванных обслуживать такую сложную отрасль, как электроэнергетика и энергетическое машиностроение, заканчивает около 5-6 тысяч инженеров в год, что явно недостаточно как для современной России, так и для реализации будущих масштабных проектов. Характерно, что в России практически прекращен выпуск инженеров-гидроэнергетиков, так как на рубеже тысячелетий новые гидроэлектростанции не строились. В российских вузах также практически отсутствует подготовка инженеров по специальности «нетрадиционные и возобновляемые источники энергии».

С 1998 по 2003 годы произошло практически удвоение числа студентов по специальностям «электрические станции», «электроэнергетические системы и сети», «тепловые электрические станции», «промышленная теплоэнергетика», однако основной рост пришелся на заочников и экстернов, тогда как увеличение числа студентов очной формы обучения составило не более 30%.

Руководство страны определило развитие нанотехнологий одним из приоритетных направлений, по своей значимости равным национальным проектам. Для содействия реализации государственной политики в сфере нанотехнологий, развитию инновационной инфраструктуры, реализации проектов создания перспективных нанотехнологий и наноиндустрии создана госкорпорация «Роснанотех». На ее финансирование предполагается выделить около 7 миллиардов долларов. Однако в России пока нет дипломированных специалистов в этой области.

Специальность как таковая появилась только в 2003 году и с того времени стала преподаваться в ряде вузов. В 2006 году на специальностях «нанотехнологии», «нанотехнологии в электронике» и «наноматериалы» училось порядка 770 человек в 19 вузах страны. Лидером по числу студентов является Кабардино-Балкарский государственный университет имени X. М. Бербекова (около 110 студентов), который в этом году первым в России выпускает дипломированных «нанотехнологов». Характерно, что на Юге России наблюдается наибольшая концентрация вузов, дающих образование по указанным специальностям (в Ставрополе, Новочеркасске, Ростове-на-Дону, Таганроге, Нальчике). В Москве четыре «нановуза» готовят пока 230 студентов в год.

Рисунок 10. Прием студентов в вузы по специализации учебных заведений,
тысяч человек

Лидер среди федеральных округов РФ по числу студентов, получающих высшее образование, — Центральный федеральный округ, в 2006/07 учебном году там учились 2,3 миллиона студентов вузов, что составляет 31,5% от общего числа студентов по России.

Далее после ЦФО следует Приволжский федеральный округ с 1,46 миллиона студентов, Южный федеральный округ — 964,7 тысячи человек, Сибирский — 938,9 тысячи, Северо-Западный — 742,3 тысячи, Уральский — 586,3 тысячи.

Все федеральные округа из года в год увеличивают число студентов вузов в среднем на 3,5%, за исключением Дальневосточного округа, где высшее образование в 2006/07 учебном году получали 318,4 тысячи студентов против 319,5 тысячи годом ранее.

В Центральном федеральном округе лидеры по числу студентов государственных и негосударственных вузов — Москва (1,28 миллиона человек), Московская (165 тысяч) и Воронежская области (128,3 тысячи студентов).

В Северо-Западном федеральном округе по этому показателю лидирует Санкт-Петербург (439,5 тысячи студентов), за которым с большим отрывом следуют Вологодская (50,6 тысячи), Архангельская (48,1 тысячи) и Калининградская области (40,5 тысячи).

В ЮФО больше всего студентов вузов в Ростовской области (220,1 тысячи), Краснодарском крае (176,3 тысячи), Ставропольском крае (136,4 тысячи) и Дагестане (118,9 тысячи).

В Приволжском федеральном округе основная часть студентов приходится на Татарстан (228 тысяч человек), Нижегородскую область (192,4 тысячи), Самарскую область (177,5 тысячи) и Башкирию (161,5 тысячи).

В Уральском федеральном округе вузы сконцентрированы в промышленных регионах — в Свердловской области учится 211,1 тысячи студентов, в Челябинской -171,1 тысячи.

В Сибирском федеральном округе по числу студентов вузов лидируют Новосибирская область (170,9 тысячи), Красноярский край и Иркутская область (по 130,6 тысячи).

В самом малочисленном по числу студентов Дальневосточном федеральном округе основная часть специалистов с высшим образованием готовится в Приморском крае -101,9 тысячи человек.

Рисунок 11. Лидеры среди регионов по количеству студентов вузов в 2006/07 учебном году, тысяч человек

Что касается среднего специального образования, то основная часть специалистов такого уровня (25%) готовится в Приволжском федеральном округе — 633,8 тысячи человек. Всего в РФ, по данным на 2006/07 учебный год, около 2,5 миллиона человек получали среднее специальное образование.

При этом абсолютно по всем федеральным округам численность студентов ПТУ из года в год сокращается, и такая тенденция наблюдается с 2003 года. В целом по РФ их число снизилось в 2006 году на 3%.

Таким образом, можно констатировать, что центрами сосредоточения новых кадров в РФ являются Центральный и Приволжский федеральные округа: в ЦФО учится треть российских студентов вузов и 22% студентов средних специальных учебных заведений, в ПФО — 20% и 25% соответственно.

Кадровый вопрос. Почему юристы-выпускники не могут найти работу

Почти каждый десятый школьник-выпускник в России мечтает стать юристом. Однако качество образования в этой сфере падает, отмечают эксперты.

Юридические факультеты университетов традиционно считаются едва ли не самыми востребованными, ежегодно профессиональное сообщество пополняется молодыми специалистами. При этом далеко не все они могут сразу же найти хорошую работу.

Почему сегодня падает престиж профессии юриста, а также с какими проблемами приходится сталкиваться преподавателям и студентам в данной сфере, обсудили на пресс-конференции представители профильного сообщества и бизнеса.

Инженер вместо юриста

Проблем, с которыми сталкиваются педагоги-юристы и студенты, много. Так, в числе основных называют чрезмерно большое количество вузов, занимающихся подготовкой специализированных «узких» кадров. По данным статистики, сегодня треть от общего количества вузов страны выпускает дипломированных юристов. При этом качество их образования довольно сомнительно.

«Многие политехнические, ветеринарные высшие учебные заведения решили, что они имеют возможность выпускать высокопрофессиональных юристов. Я думаю, что государство должно навести в этом вопросе порядок, у нас есть в стране те вузы, которые зарекомендовали себя лучшим образом. И они находятся не только в Москве, понятно, что это МГУ, понятно, что это Академия им. Кутафина, МГИМО, РУДН в каком-то смысле. В Саратове есть хороший юридический вуз, в Томске. Если бы мы оставили на этом поприще только высокопрофессиональные и общепризнанные школы, думаю, потребность в высококвалифицированных юристах была бы обеспечена полностью», — отметил президент Федеральной палаты адвокатов РФ Юрий Пилипенко.

В результате такой активности Россия стала лидером по своеобразной статистике — на 1000 человек приходится 1 юрист-выпускник. Для сравнения, в США данный показатель ниже: 1 новый профессионал в сфере юриспруденции на 7000 человек. И такие данные, считают специалисты, говорят о том, что юридическое образование в РФ часто выполняет функцию универсального общего.

Кроме того, немало претензий у экспертного сообщества есть и к качеству обучения по степеням. Так, например, студенты, закончившие вуз за 4 года, не могут сразу стать полноправными членами профессионального мира адвокатов и правозащитников. Равно как и специалисты других сфер, которые прослушали некий курс по юриспруденции и даже получили соответствующий сертификат на эту тему.

«То, что называется бакалавриат — 4 года обучения, с нашей точки зрения, это не совсем юрист. Мы сталкиваемся с такой проблемой, что к нам приходят инженеры, физики, химики по образованию, за два года они послушали очно-заочный курс. Это большая недоработка в сфере юридического образования. Проблем много, и я бы хотел отметить следующее. Государство обязано к этой сфере отнестись более внимательно. Она заслуживает тщательного ежедневного и скрупулёзного подхода, потому что миллион юристов для нашей страны — это очень много. У нас есть точки для качественного юридического образования, и эти точки нужно развивать», — заявил Юрий Пилипенко.

Факторы риска

У бизнеса к качеству знаний современных выпускников тоже есть свои претензии и пожелания. Так, например, заместитель генерального директора по правовым вопросам и член правления компании «Интеррос» Ольга Войтович, сама будучи юристом по образованию, отмечает, что говорить о совсем плохом качестве современного образования — «это сверх меры, так как не нужно всё усреднять и приводить к единому целому». Однако ряд определённых поправок ей как специалисту всё же хотелось бы внести. Во-первых, речь идёт о банальных и достаточно рутинных обязанностях юриста в компании, которым, как оказалось на практике, в вузах не особенно учат.

«Дайте студенту возможность приобрести необходимые навыки, которые он сможет использовать в абсолютно любой сфере на практике. Потому что, когда приходят юристы с дипломом ведущих вузов, и они не могут составить письмо, — это ужас. Их, по сути, этому не учат. Они не умеют составлять юридические заключения, то есть у них нет совершенно элементарных навыков», — отметила Ольга Войтович.

Немаловажной проблемой для представителей бизнеса становится и профессиональная этика «законников», которой тоже не уделяют должного внимания в университетах.

«Этот вопрос должен на практике решаться. Тогда мы сможем исключать или снижать факторы риска, когда юристы абсолютно ничем не связаны: они сегодня могут работать на одного клиента, а потом, получив некие конфиденциальные документы, доработать их против этого клиента. И это на самом деле проблема вузов», — считает Войтович.

Кроме того, Ольга Войтович уверена, что свои взгляды на обучение должны пересмотреть и преподаватели. Педагоги за рубежом относятся к своим студентам не как к ученикам, а как к коллегам. И это даёт им возможность говорить на равных и уважать мнение молодых специалистов, даже если те ещё только учатся. В результате обучающаяся молодёжь не боится высказывать своё мнение, участвует в спорах, где и рождается истина, и ведёт себя более свободно.

«Там студенты больше чувствуют уважение к себе и их собственному мнению. И я могу сказать как представитель работодателя, что, когда мы берём юриста, мы больше времени уделяем не столько повышению его квалификации, сколько умению отстаивать свою точку зрения, причём делать это в корректной форме и профессионально», — говорит Войтович.

Государство должно уделить особое внимание юридической сфере, считают эксперты: изучить проблемы, улучшить материальную базу вузов и сделать так, чтобы обучением занимались только специализированные учебные заведения. «А мы со стороны бизнеса, я думаю, сделаем всё, чтобы поспособствовать улучшению качества образования», — добавила Ольга Войтович.

Исследование: кто и как сегодня учит будущих юристов

Абитуриенты выстраиваются в очередь за юридическими дипломами, каждый десятый студент сегодня – будущий юрист. Ежегодно стены вузов покидают примерно 150 000 выпускников юридических факультетов. Но говорит ли их количество о качестве полученного образования? Все ли вузы учат одинаково? Равноценны ли дипломы «очника» и «заочника»? Обо всем этом рассказывается в исследовании «Института проблем правоприменения» при ЕУСПб.

В качестве основного источника информации автором исследования Екатериной Моисеевой взят портал «Российское образование», который, как отмечаестся в работе, хоть и с некоторыми огрехами, наиболее достоверно отражает действительность, собирая официальную статистику. Правда, самые «свежие» данные на нем датированы 2012 годом. «Нет никаких признаков того, что положение за это время сильно изменилось. Система образования весьма инертна, ориентирована на длительный производственный цикл (4-6 лет), и потому – несмотря на отдельные, пусть и значительные, изменения, которые происходили в некоторых вузах – картина высшего юридического образования в целом не должна была сильно поменяться», – считает автор.

Дмитрий Малешин, профессор МГУ им. М. В. Ломоносова и НИУ «Высшая школа экономики», главный редактор журнала «Russian Law Journal«, высказываясь в целом по исследованию назвал его полезным и важным для определения путей дальнейшего развития российского юридического образования. «Это одно из первых качественных исследований состояния отечественного юридического образования, которое базируется не на домыслах и субъективных мнениях экспертов, а на конкретных цифрах. Многие статистические данные, приведенные в нем, даются впервые», – сказал Малешин.

Как учатся юристы?

В России получить диплом юриста можно в 947 вузах и филиалах. Для сравнения, всего, по данным Минобрнауки на новый учебный год, в стране работают 950 государственных и негосударственных высших учебных заведений, которые имеют около 1300 филиалов. Ежегодно туда подают документы порядка 300 000 абитуриентов, желающих получить юридическое образование, поступают – около 150 000 человек при общем количестве студентов в 5,2 млн человек. Обучение ведется по трем программам: «Юриспруденция» (947 вузов), «Правоохранительная деятельность» (63 вуза) и «Правовое обеспечение национальной безопасности» (69 вузов). Всего в 2012 году образование по ним получали 660 000 студентов.

Где учатся юристы?

За границей подготовкой юристов занимается ограниченное число вузов, получившее аккредитацию от государства (Германия), профессионального (США) или научного (Аргентина) сообщества. В России открыть юридический факультет, при соблюдении некоторых минимальных требований, может любой вуз. В 2012 году дипломы юристов выдавали 466 государственных и 472 негосударственных высших учебных заведения, причем 512 из них (55%) являлись филиалами.

Больше всего филиалов имеет Современная гуманитарная академия (СГА). У СГА почти 100 филиалов, что составляет 10 % всех вузов с юридическими программами. Всего там обучается около 26 000 студентов, из них 95 % на платной основе. Второй вуз по количеству филиалов с юридическими программами – это Российская академия народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС). У нее около 30 филиалов, в которых есть юридические программы.

Несмотря на большее количество негосударственных вузов, примерно 66 % всех юристов заканчивают государственные университеты, институты и академии. В филиалах учится только 40 % студентов, выбравших юридические специальности. Получается, что около 45 % обучающихся выбирают головные государственные вузы.

При этом, учебные заведения Москвы и Санкт-Петербурга можно назвать научными лидерами юридического образования. Преимущественно здесь разрабатываются и публикуются учебные пособия, проходят научные конференции и так далее. Но 85 % всех юридических факультетов и более 80 % всех студентов-юристов находятся за пределами двух столиц. Большую часть студентов юридических специальностей (67%) оттягивают на себя высшие учебные заведения региональных центров.

«Типичные» вузы и «типичные» студенты-юристы

Все вузы, где учатся юристы, можно условно разделить еще на несколько «подвидов»:

  • классические университеты (государственные вузы, где преподаются все классические естественные и гуманитарные науки и находятся все классические факультеты, включая юридический) – 14 % от общего числа юрвузов;
  • ведомственные (государственные вузы, находящиеся в ведении МВД, Генпрокуратуры, ФСИН и т. д.) – 4 %;
  • специализированные юридические (государственные или негосударственные вузы с юридическим профилем) – 23 %;
  • иные гуманитарные (государственные и негосударственные вузы общей гуманитарной направленности) – 52 %;
  • технические (государственные и негосударственные вузы технической направленности) – 7 %.

Классический университет заканчивает каждый пятый юрист, а ведомственный вуз – каждый десятый. Треть студентов юридических специальностей учится в непрофильных общегуманитарных вузах, еще столько же – в специализированных юрвузах. Ведомственных вузов меньше всего, но в них самый большой набор – в 2012 году в каждом обучалось порядка 2000 студентов – 11 % от их общего количества.

Как пишет автор исследования: «Типичный вуз, который готовит юристов – это филиал негосударственного непрофильного гуманитарного вуза. Типичный студент-юрист учится платно на заочном отделении в специализированном юридическом или непрофильном гуманитарном вузе, который находится в региональном центре и в равной степени может быть государственным или негосударственным, филиалом или головным вузом».

«Типичный вуз», готовящий юристов, указан верно, – описывает сложившуюся ситуацию Евгений Салыгин, декан факультета права Высшей школы экономики (которая отнесена к «классическим университетам»). – Рособрнадзору и юридическому сообществу в целом следует усилить работу по лишению таких вузов лицензий. Итоги общественной аккредитации, проводимой Ассоциацией юристов России, показывают, как мало у нас в стране юридических вузов (факультетов), где можно рассчитывать на качественное образование. Эти «типичные вузы» известны, но решения запрете преподавать в них юриспруденцию принимаются очень и очень медленно».

Дмитрий Малешин не считает, что «непрофильный вуз» означает «плохой». «Очень часто именно в непрофильных вузах есть возможность создавать интересные юридические программы с привлечением специалистов из других областей, где вуз является профильным. Кстати, такой подход достаточно распространен за рубежом. Эти программы становятся уникальными и не имеющими аналогов, а выпускники-юристы таких вузов очень востребованы именно в этих специализированных областях народного хозяйства, – говорит он. – Очевидно, что, допустим, юрфак РГУ нефти и газа им. И. М. Губкина должен специализироваться на программах, касающихся правового регулирования нефтегазового сектора. И у него имеются все условия стать в этой области лучшим в стране, а, может, и за рубежом. Других подобных примеров множество. Запрещать подобным университетам иметь юрфаки неправильно. Другое дело, что данные университеты должны четко понимать свою специализированную нишу в сфере юридического образования, а не стараться выглядеть классическим университетом».

Малешин поддерживает мысль о том, что с вузами, дающими некачественное образование, нужно бороться. Главное при этом – не поставить под угрозу существование негосударственного высшего образования в России. «Это было бы большой ошибкой, – считает профессор МГУ, – поскольку именно частная инициатива позволит российскому юридическому образованию преодолеть многие системные проблемы. Государственные вузы, по своей природе, консервативны, «малоподвижны». Реализовать какой-то стартап, интересную инициативу в государственном вузе намного сложнее, чем в частном. Множество процедур, бюрократических проволочек, а главное – отсутствие правильной мотивации. В частном же вузе главное – мотивация собственника. Если ему интересно не только получение краткосрочных материальных выгод, но и долгосрочные проекты, то решение принимаются быстро и менеджмент работает мотивированно. Есть несколько интересных примеров частного юридического образования, которые спокойно, без особого пафоса работают в узких областях юриспруденции. Работают достаточно успешно. Именно за ними, на мой взгляд, будущее в российском юридическом образовании. У них есть потенциал роста, чего не хватает в государственном секторе юридического образования».

Где «производят» юристов?

Больше всего юристов «производят» так называемые «фабрики», где на одном потоке учится более 500 студентов. Их всего 4%, но они выдают 1/5 всех дипломов по юридическим специальностям. Преимущественно, они находятся государственных вузах (84%) – классических университетах и ведомственных заведениях, головных вузах (89%), расположенных в столицах регионов (22% – в Москве и Санкт-Петербурге, 76 % – в других региональных центрах).

Программы с маленьким набором студентов, менее 50 человек на потоке, в основном, работают в филиалах (67%) и негосударственных вузах (66%), почти все они не профильные и расположены в провинциальных городах (46%). Этих мелких программ порядка 30%, по ним обучаются 6 % будущих юристов. Остальные вузы находятся где-то посередине.

Заметна тенденция: чем меньше в вузе студентов-юристов, тем больше среди них заочников. Автор исследования объясняет это тем, что каждый вуз стремится открыть свою, хоть и небольшую юридическую программу, руководствуясь «спросом на дипломы». При этом, заочная форма обучения выгоднее, поскольку она почти всегда платная. Таким образом у вуза появляются ресурсы на привлечение преподавателей-совместителей из других учебных заведений.

Какие вузы одобряет АЮР?

Несмотря на то, что аккредитация вузов в России – дело сугубо государственное, одобрение юридического сообщества не менее важно. С 2012 года Ассоциация юристов России, совместно с Минобрнауки и Рособрнадзором проводит общественную аккредитацию высших учебных заведений, где можно получить юридическое образование. По данным на февраль 2015 года ее получили 138 вузов (факультетов и филиалов). Среди них МГУ имени М. В. Ломоносова, Московская государственная юридическая академия имени О. Е. Кутафина, СпБГУ, Российская правовая академия Миниюста РФ, Южный федеральный университет, МФЮА, Санкт-Петербургская юридическая академия, Саратовская академия права и другие.

Автор исследования сравнивает юридические факультеты вузов, аккредитованных АЮР с остальными. В список Ассоциации юристов входит половина всех вузов – «фабрик» и ведомственных вузов и треть классических университетов. В этих заведениях учится около 28 % всех студентов-юристов, в них больше бюджетных мест (38% против 10%) и меньше «заочников» (58% против 78%).

Падает ли престиж юридической специальности?

«Популярность юридического образования не падает, несмотря на появившееся в средствах массовой информации мнение о якобы «перепроизводстве» юристов и вообще в целом бесполезности юридической профессии, – не совсем согласен с коллегой Дмитрий Малешин. – О высокой популярности юридического образования свидетельствуют результаты последней приемной компании. Конкурсы на юрфаки ведущих вузов страны (МГУ, СПбГУ, ВШЭ, МГЮА, УрГЮА) по-прежнему высоки, а в некоторых из них превышают показатели по всем остальным специальностям».

Малешин же считает, что сравнивать в этом вопросе Россию и США «не совсем корректно» и «вряд ли правильно». Во-первых, по его мнению, в США никто не говорит о переизбытке юристов, хотя в стране постоянно реформируют систему юридического образования, высказывают критические замечания. Во-вторых, юридическое образование в США является специализированным, дополнительным, а не основным, как у нас в стране. «Данные по России тоже очень странные, – комментирует спикер. – Особенно показатель «1 юрист – на 1000 жителей». Кроме того, юридическое образование в России никак нельзя признать «универсальным общим образованием».

«Корочка» или любимая работа?

За последние 20 лет юридическое образование в России получили порядка 2 млн человек. По специальности же – судьями, нотариусами, адвокатами, следователями, сотрудниками прокуратуры, для которых профильный диплом обязателен – в 2012 году работали порядка 300 000 человек. Даже если предположить, что такое же количество выпускников трудятся в юрфирмах или in-house юристами, все равно напрашивается вывод, что юробразование большинству из них нужно номинально, «для корочки». «Группы студентов, изучающих право для себя, для получения необходимых компетенций и работы по юридической специальности, и обучающихся для получения «корочки», практически не совпадают. И вузы, где учатся одни и другие, также не совпадают», – добавляет декан факультета права ВШЭ.

Спрос на дипломы объясняет рост популярности заочного юридического образования. Многим оно нужно для повышения квалификации, перехода на новую должность, в качестве «второго высшего» при ином базовом. Поэтому неудивительно, что среди «заочников» много людей старше тридцати лет, работающих и имеющих семьи. Формально заочная форма обучения не отличается от очной по количеству учебных часов и обязательных курсов, но сасо содержание обучения, вовлеченность студентов в процесс, компетенция преподавателей, доступность учебных материалов могут различаться. В крупных вузах эта разница частично нивелируется за счет того, что «очники» и «заочники» имеют доступ к общей образовательной базе, но в некрупных и, тем более, непрофильных учебных заведениях это может стать проблемой.

«Это, действительно, одна из главных проблем современного юридического образования, – считает Дмитрий Малешнин. – Юридических вузов, дающих качественное образование в стране очень немного. Не более 30. Их выпускники всегда востребованы и проблем с трудоустройством у них, как правило, не возникает. Но основное количество людей с дипломами юриста сейчас – это выпускники заочных отделений, либо вузов, где, по сути, нет юридического образования, а происходит псевдообразование. Они не котируются на рынке труда, поскольку юристами их назвать сложно». По его мнению, есть множество причин, по которым люди хотят иметь диплом юриста, не получая в реальности юридического образования. Среди них: престиж, карьерные преференции на государственной службе, отсрочка от исполнения воинской обязанности и т. д.

Евгений Салыгин согласен с коллегой в том, что заочное образование в принципе не может быть высокого качества, по крайней мере, в массовом варианте, когда вуз, в основном, готовит заочников. «Заочная форма получения юридического образования была оправдана в советское время, когда юридических вузов было мало, а спрос на юристов был большим. Качество образования было выше. Сейчас же доля заочного юридического образования, на мой взгляд, должна быть существенно уменьшена. И современные информационные технологии, появившиеся в последнее время, пока не могут заменить работы студентов в аудиториях, их непосредственного общения с преподавателями, юристами-практиками, занятыми в учебном процессе», – говорит он.

Элитарное или массовое?

«Классик социологии Георг Зиммель считал, что вещь перестает быть модной и элитарной, когда к ней получает доступ все большее количество людей и когда становится все труднее за счет нее выделить себя из общей массы», – пишет автор исследования, задаваясь вопросом не будет ли массовый доступ к юробразованию способствовать падению престижа профессии.

Евгений Салыгин отмечает, что репутация юридического образования подпорчена «конторами по выдаче дипломов, но считает, что несмотря на это, оно не утратит своего элитарного характера, поскольку работа юристов ценится в обществе высоко. «Работодатели очень разборчивы и понимают, в каком вузе образование было получено и чего оно стоит. Выбор ими работников с соответствующим уровнем подготовки влияет на престиж образования в целом. Практически каждый работодатель, независимо, орган это государственной власти, или юридическая фирма, хотел бы взять на работу лучших. Пока будут сохраняться престижность юридической профессии и высокое качество юридического образования в ведущих юридических вузах, престиж у юридического образования будет. Вместе с тем следует избавляться от балласта – вузов с низкокачественным юридическим образованием, тянущим его вниз», – говорит декан факультета права Высшей школы экономики.

Дмирий Малешин также считает, что дело не в массовости, а в качестве. «Если качественное юридическое образование станет массовым, если в стране будет не 30 юридических вузов, а, по крайней мере, 100-150, то престиж юридической профессии только повысится. В реальности, сейчас в России нехватка профессиональных юристов, и никак не их переизбыток, – комментирует он. – Серьезному работодателю не нужен стряпчий или юрист-робот, составляющий договоры по шаблону, а нужен умеющий думать и находить нестандартные решения специалист. Поэтому «охота за головами» тоже имеет место, по крайней мере, на московском рынке. Работодатель всяческими способами пытается проникнуть в университет: через практикоориентированные лекции, ярмарки вакансий, внеучебные факультативы и пр. Основная цель – рекрутинг молодых умов. В результате большинство студентов уже на последних курсах практикуют и имеют четкие планы после получения диплома. Но это в лучших вузах, которых 3-5 по Москве (из 100 существующих)».

С полным текстом аналитического обзора «Юридическое образование в России (анализ количественных данных)» можно ознакомиться по ссылке или на сайте.

Почему на рынке образовался переизбыток специалистов

Рособрнадзор обвинил вузы в переизбытке будущих юристов и экономистов. По данным регулятора, эти выпускники априори окажутся безработными. Учебные заведения с таким выводом не согласны и говорят, что правоведов требует рынок. Кто виноват, что в России столько юристов и на кого нужно учиться на самом деле, разбиралась Аэлита Курмукова.

Ежегодно в России выпускается 150 тысяч юристов. Их готовят почти во всех вузах, которых больше тысячи. На переизбыток юристов и экономистов обратила внимание Федеральная служба по надзору в сфере образования и науки. По словам замглавы ведомства Натальи Наумовой, учебные заведения выпускают в 10 раз больше специалистов, чем нужно рынку, и существенно повышают рекомендуемый лимит за счет платных мест.

Как выясняется, злоупотребляют этим в основном слабые вузы. Для них это единственный источник дохода, подчеркивает ректор Московского государственного технического университета имени Н. Э. Баумана Анатолий Александров: «Вузам надо выживать и зарабатывать деньги. Есть такие вузы, которые не могут зарабатывать наукой — им, к сожалению, приходится перебиваться чисто платными услугами. Про любую платную основу надо хорошо думать, прежде чем туда поступать, надо тщательно выбирать вуз, куда можно отнести деньги, чтобы получить добротное образование».

Так что вузам невыгодно сокращать число платных специальностей — тем более, этот рынок не регулируется Рособрнадзором, его функции распространятся только на бюджетные места, говорит академический директор московской школы управления «Сколково» Денис Конанчук: «Есть тенденция последних лет, когда количество бюджетных мест для экономистов и юристов падает. Раньше эти специальности были даже в технических и аграрных университетах, сейчас этого практически нет. Что касается платных мест, здесь никаких ограничений нет, единственное ограничение — рыночный спрос. При этом сильные университеты, которые претендуют на вхождение в мировые рейтинги, уже серьезно сократили количество платных мест по этим направлениям, они не берут студентов с низким баллом ЕГЭ».

Число бюджетных мест, возможно, и падает, но на правоведах зарабатывают и ведущие вузы. В МГИМО, к примеру, дороже всего из российских вузов получить образование юриста. Цена вопроса — почти 500 тыс. руб. за год обучения, а бюджетных мест — всего 80. В Высшей школе экономики 142 квоты и 390 тыс. за год обучения. Больше всех бюджетных мест выделено МГУ им. Ломоносова — 329, цена вопроса — 325 тыс. в год. Но даже эти вузы не гарантируют трудоустройство. Сегодняшние работодатели эксплуатируют молодых специалистов, резюмирует первый заместитель председателя комитета по образованию ГД РФ Олег Смолин: «Закончив когда-то педагогический вуз, я в августе пришел на работу и сразу стал получать заработную плату. Мой знакомый, молодой выпускник Бауманского университета, сначала несколько месяцев бесплатно работал в одном российском агентстве, затем несколько месяцев в одной российской госкорпорации, и все это бесплатно. Такая эксплуатация труда молодых выпускников представляется мне безобразной. Я бы лучше подумал о том, как создавать гарантии первого рабочего места для выпускников высших учебных заведений».

Юристы, несмотря на опасения Рособрнадзора, занимают второе место на столичном рынке труда после IT-специалистов, говорится в исследовании портала поиска работы Career.ru. Правда, и конкуренция здесь высокая — на одну вакансию приходится почти девять резюме. А пока с юридического на русский не перевели все российские законы, на что обратил внимание президент Владимир Путин, юристы без работы не останутся.

Предугадать, какие специалисты будут наиболее востребованы через 5–10 лет, довольно сложно, говорят эксперты. В начале 2000-х, например, ставку делали на космических рабочих, нанотехнологов и программистов. Но угадали только с последними. Также сейчас, судя по количеству вакансий, нужны маркетологи, аналитики, пиарщики. Родителям выпускников и самим школьникам стоит забыть названия привычных профессий и изучать мировые тренды. Среди профессий будущего — биотехнологи, проектировщики детских роботов, специалисты по переработке одежды и строители «умных» дорог.