У мужа бесплодие развод

Бесплодие – не повод для развода

Неудачные попытки стать родителями – это серьезное испытание на прочность для любой, даже самой любящей пары. Отчаяние, обида, навязчивое желание забеременеть, депрессия – все это может отдалить супругов друг от друга и разрушить их союз. В идеале общая беда, наоборот, должна объединять мужчину и женщину. В 21 веке отчаиваться из-за бесплодия не стоит – современные, очень успешные репродуктивные технологии могут решить любую проблему. Лучше не терять время на слезы и выяснение отношений, а обратиться за помощью к специалистам.

Одно решение на двоих

Отношения в паре с проблемами с зачатием складываются по-разному, это зависит от климата в семье и степени доверия между супругами. Перинатальный психолог Елена Масленникова отсутствие детей объясняет не только проблемами со здоровьем. «Одни ставят карьеру на первое место, постоянно откладывая рождение детей, другие боятся материальных трудностей и затрат, третьи находятся в конфликте со своими родителями или родителями жены, подсознательно не желая продолжать род, – рассказывает специалист. – Есть и такие, у кого в детстве было много братьев и сестер, и они, заменяя родителей, уже «вырастили» детей. Вспоминая, как это было не просто, бессознательно отдаляют этот этап в своей взрослой жизни. Частые проблемы, которые видны при обращении таких пар, это личностная незрелость одного или обоих. Или у мужчины и женщины сильно различаются приоритеты в жизни на данный момент времени».

Врач акушер-гинеколог, репродуктолог клиники «Петровские ворота» Виктор Владимиров считает, что пара должна честно признаться, чего же она действительно хочет. «Далеко не всегда на самом деле обоим супругам нужна беременность. Один вариант – да, нам нужна беременность, во что бы то ни стало. Второй вариант – мужчине нужна беременность, а женщина не хочет его потерять, поэтому соглашается, но ей это не нужно. Обратный вариант – женщина делает все возможное, а мужчина говорит, да зачем нам это надо, давай не будем тратить деньги, – рассказывает Владимиров. – На днях у меня была пациентка, живет с мужчиной, у которого уже есть дети, больше он не хочет. Спрашивает: «Вы можете мне помочь?». А как мы ей поможем? Мы не можем без его согласия это сделать. Обязательное условие – пара должна хотеть ребенка. У меня были пары, которые приходили после 19 лет борьбы с бесплодием. Пронести брак через борьбу – это непросто».

Давление родителей

Преодолевать бесплодие действительно психологически тяжело, накапливается усталость. Но доктор психологических наук, профессор, ректор Института перинатальной и репродуктивной психологии Галина Филиппова отмечает, что пары с проблемами с зачатием разводятся не чаще, чем пары, у которых таких трудностей нет. «Отношения в паре при ЭКО – тема очень объемная, все зависит от того, какие установки у супругов и их родителей. Бывает вариант, что все в полной слаженности и договоренности между собой, друг друга поддерживают. А бывают варианты, когда возможны осложнения в отношениях, – объясняет психолог. – Это когда выясняется, что супружеская пара не готова к ЭКО, или в процессе ЭКО она встречается с теми обстоятельствами, которые оказываются для нее неожиданными. Особенно тяжело приходится, если люди не умеют друг друга поддерживать. Тогда неоднократные попытки ЭКО семья просто не выдерживает психологически».

Часто подогревают конфликт и подливают масло в огонь родители – как с той, так и с другой стороны. Звучат даже предложения заменить «бракованного» мужа или жену: «Бывает, родственники настойчиво требуют – подайте нам внуков! Считают, что раз надо делать ЭКО, то лучше поменять партнера. Что делать в этой ситуации, зависит от уклада семьи. В каких-то случаях не надо ничего говорить родителям вообще, отгораживаться от них, удерживать границы своей семьи, в разговоры об этом с ними не вступать. В каких-то случаях родителям надо подробно все объяснять, тогда они будут готовы на поддержку. Варианты зависят от того, как в семье складываются отношения», – советует Филиппова.

Мужчина не хочет

Отдельная история, когда женщина никак не может уговорить мужчину пройти обследование и заняться своим здоровьем. В этом случае психолог Елена Масленникова советует не давить на мужа, не говорить, что он должен или не должен делать, а действовать мягче: «Очень важно, чтобы решение обратиться за помощью по вопросам репродукции вами было заранее обговорено. Можно мужу рассказать о ваших знакомых, которым помог врач в определённой клинике. Описать, что конкретно будет от вас и от него требоваться. И важно правильно определить цель обследования и лечения – оно нужно для рождения детей, а не для того, чтобы найти виновного в их отсутствии». Психолог советует опираться на то, что вас объединяет, и выводит на новый этап взаимоотношений и развития семьи. Женщине необходимо говорить о своих чувствах, о том, что она ожидает от обследования и лечения».

Эмбриолог, врач-андролог, заведующий отделением ЭКО клиники «Петровские ворота» Тарас Ашитков рекомендует женщинам не относиться к мужчине как к неразумному ребенку, который капризничает. «Как его уговорить – по факту не так часто встречаются несговорчивые мужчины. Зачастую именно партнер является инициатором всех движений. У всех разная заинтересованность в браке. Бывают сложности с тем, что мужчина больше загружен работой. Тут есть компромиссные варианты. Нам же для начала нужно оценить сперму, а ее можно доставить из дома или с работы», – рассказывает врач. По его словам, когда ребенок нужен обоим, получается адекватное сотрудничество врача и пациента.

Как погасить конфликт

Рекомендации психолога супружеской паре будут зависеть от причины конфликтов. Ситуации могут быть разные: мужчина не готов участвовать в ЭКО, оба партнера устали, у них накопились взаимные претензии, возможно, женщине нужно больше поддержки от мужчины. «Пары, у которых есть проблемы с зачатием, распадаются нечасто. Как раз совместное преодоление трудностей может быть сплачивающим фактором, – говорит Галина Филиппова. – Когда люди сумели вместе пройти сложный путь, они больше ценят друг друга».

Для полноты семьи достаточно любви

— Ирина Анатольевна, проблема бесплодия, к сожалению, не редкая, многие семьи сталкиваются с этим. Понятно, что бывают причины медицинского характера. А существуют ли причины бесплодия на психологическом и духовном уровне?

— Причин бесплодия очень много на социальном уровне. В обществе поменялись ценности, сдвинулись возрастные сроки создания семьи. Если раньше было принято создавать семью около двадцати — двадцати пяти лет. Потом уже люди считались перестарками.

А теперь люди живут в режиме новых традиций. Сначала нужно получить образование. Потом, когда люди создают семью, они говорят: поживем для себя, а потом родим детей, посмотрим… Идет планирование жизни, но мы сами не знаем, чего нам надо.

Традиции — это корни. Корни питают. Когда нет корневой системы, тогда иссыхает организм, истощается. Налицо тенденция к истощению и к разрушению исторических норм семейной жизни. Получается, что люди, придя к тридцатилетнему рубежу, только— только могут создать семью. И, конечно, это бьет в большей степени по женщине. Потому что она идет против своего естества, против природы.

В моей практике были примеры, когда женщины к тридцати годам, не создав семью (не получается в силу разных причин и психологических и родительских сценариев), говорит: меня просто рвет на части, я хочу детей. То есть зов природы в нас — на уровне инстинкта, особенно у женщины. Но с этим мы сейчас не считаемся уже. Получается, что мы идем против природы, и она нам мстит: люди часто сталкиваются с проблемой бесплодия.

Так работает социальная тенденция. А кроме того, еще целый пирог психологических проблем, проблем, связанных с родительской семьей. Если говорить о психологии, то современные женщины очень эмансипированы. Они хотят равенства с мужчиной и часто демонстрируют мужской стиль поведения. А мужчины ведь не рожают. Настолько уже роль женщины становится фактически мужской, что происходит угасание женских функций организма. Если мы поменяем стиль поведения, может, что-то и исправится.

— Это тоже больше социальные проблемы.

— Сегодня соцзаказ такой — чтобы все были образованы. Мы следуем ему — все же так живут. Все будут рожать после тридцати, значит и я тоже. В Америке люди вообще под сорок, под пятьдесят лет рожают. Началась эпоха ЭКО. Вот такие у нас перспективы.

— Если женщина не имеет возможности забеременеть, выносить, у нее начинается зацикленность. Зацикленность на зачатии, мания иметь детей. Что можно посоветовать женщине, как с этим справиться? Если она в данный момент не создала семью, а уже зациклена на родах, то есть природа в ней проснулась, часы тикают? Как ей уберечь себя от этой зацикленности и сохранить здравый рассудок?

— Если женщина одна, рядом нет мужчины, то ей нужно повернуться в сторону темы готовности к браку. Наблюдать, как живут хорошие семьи. Понимать, что такое семья в идеале, как ее строить. Тогда придет правильное понимание того, каким должен быть достойный спутник жизни. И тогда будет больше шансов его найти.

Всегда, когда происходит кризис, мы приходим к вопросу о ценностях — что для нас является смыслом жизни. Сам по себе брак не является смыслом жизни. Настоящий смысл жизни — это мое личное совершенствование, мое мировоззрение, мой образ жизни. Кто я сейчас? Какие мысли в голове, какие чувства у меня в душе? Зачем я живу и как поможет этому рождение детей?

Необходимо размышлять о том, что такое семья, зачем нам нужна семья. Мы выносим эти вопросы на наши групповые занятия. Стараемся разобраться, свести в общее разные точки зрения. Кто для нас на первом месте — дети, муж с женой, папа с мамой, кто? Нередко выясняется, что для нее на первом месте дети (для него могут быть другие приоритеты), и тогда нервозность будет превалировать в их семье. Почему? Потому, что акценты неправильно расставлены. Если, как должно быть в норме, для супругов в первую очередь нужны «мы», «ты для меня, я для тебя», так нам ведь заняться есть чем-то еще, кроме того, чтобы быть родителями. У нас много чего есть общего и мы, не зацикливаясь, живем этим. Помогаем друг другу, заботимся друг о друге, любим друг друга.

Говорят, что дети — плоды любви. Дети появляются там, где любовь. Как-то ко мне на консультацию пришла одна женщина и сказала, что они несколько лет живут с мужем в браке, но у них нет детей. Мы стали раскручивать эту проблему, и я увидела, что у этой женщины акцент на себя. Когда я задала вопрос: «А любите ли Вы супруга?», она сказала: «Я всегда задавала себе этот вопрос с какой-то периодичностью. По-моему, я его не люблю». А если мы не любим, мы просто не принимаем, отвергаем посев. То есть семя порой не принимается на почву, если она не взрыхлена, не окультурена любовью.

Но на самом деле, по-разному бывает. Дети появляются и в неблагополучных семьях. Но если мы говорим и о подготовке к родительству тоже, какую задачу мы можем поставить перед собой? Что нам нужно сделать?

Нужно ставить себе цели на каждом этапе жизни сознательно. Порой вместо этого нами руководит зависимость от общественного мнения, «вот они хотят» — и мы начинаем расстраиваться, что у нас не получается.

Любая проблема провоцирует нас на изменения к лучшему. Нужно подумать — зачем эта ситуация мне? Как я реагирую? Я злюсь, я начинаю нервничать и бываю грубой, начиная жаловаться, осуждать вслед за этим и теряю самообладание.

Почему? Зачем? Если человек хочет детей, это обязательно будет. Тем более, что детей Господь благословляет. Он их даст, но мы сами можем неосознанно отодвигать эти сроки, потому что для детей нужно как бы место подготовить. Ребенок «будет стремиться» к тихим и уравновешенным родителям, зрелым, взрослым эмоционально.

Иногда люди хотят семью и детей чисто теоретически, а бессознательно они могут этого и не хотеть. Часто женщине дороже и ближе страхи, с которыми она срослась. Иногда человек говорит, что хочет детей, а сам отодвигает это, потому что родителем быть очень страшно. Некоторые люди подсознательно боятся, что повторят уже в роли родителей опыт своей родительской семьи, в которой они испытывали дискомфорт, в которой они видели, что их не любят, в которой родители говорили: «Как ты меня достал, лучше бы тебя и не было».

— Ирина Анатольевна, то есть получается, что человек через свои страхи может ставить даже какие-то физиологические барьеры в себе для появления детей, неосознанно даже?

— Да, и организм блокирует эту потребность.

Значит, вместе с тем, чтобы проверять свое здоровье, можно советовать таким семьям обратиться к психологам, поработать с ними, чтобы посмотреть, на сколько психологически подсознательно человек хочет иметь детей. Насколько сознание согласно с подсознанием…

— Не хотелось бы, чтобы человек зациклился теперь уже копании в своем подсознании, чувствовал свою вину. Но порой некоторую работу над собой стоит проделать, чтобы снять этот блок. Иногда хитросплетения происходят в нас, что какие-то проводочки начинаешь распутывать и новый ресурс открывается.

Иногда говорят, что для того, чтобы что-то проросло, семя должно немножко побыть в земле. Как раз та притча, когда к старцу пришла женщина, лет 30-35 и рассказала, что у нее нет детей, а она их очень хочет. Он повел ее за собой, взял в руки лопату, стал копать землю. Выкопал огромную яму с ее рост величиной и туда поместил. На поверхности у девушки была лишь ее голова.

Одна из идей притчи в том, что для некоторых это восстановление связи с природой, с тем, что питает нас. Женщинам при этом рекомендуют вырваться из рамок города и где-то побыть, отдохнуть на природе порядка нескольких недель, чтобы с одной стороны отвлечься от суеты, от нервозности и вместе с тем получить ресурс от природы, и что очень важно – побыть наедине с собой, без телевизоров, компьютеров, смартфонов. В городе мы все время в суете, а ребенку мы должны подготовить площадку.

Вернемся к притче. Женщина все выполнила безропотно. Тут прибегает муж: «Что такое с моей женой?» А потом он себя обуздал, ведь все же к старцу пришли, а старец знает, что делает. И вот это доверие переносится на образ Бога. Потому что Бог знает, что Он хочет.

Если ты не умеешь повлиять на что-то, то измени отношение к этой проблеме. Есть даже такая молитва: «Господи, дай мне разум и душевный покой принять то, что я не в силах изменить, мужество изменить то, что могу, и мудрость, чтобы отличить одно от другого». Потому что когда человек зациклен на своем желании, это эгоистично очень. Человек может очень долго пребывать в этой тревоге и разрушить самого себя тем самым.

Вот почему советуют — переключись на что-либо другое, займись самим собой, своим внутренним состоянием, помогай другим, иди к друзьям, делай добро, с мужем чем-то займись. Наполни свою жизнь, потому что дети не могут быть единственным и абсолютным смыслом жизни. Если ты еще сам не зрелый такой, то что ты сможешь дать ребенку? Поскольку самый главный смысл жизни — это расти, пожалуйста, независимо от того, есть у нас дети или нет, мы все равно должны развиваться и двигаться.

— Получается, что главная роль женщины не материнство?

— Главная роль любого человека и мужчины и женщины — это просто любовь. Материнство — это одна из функций женской роли, но это не главное. Главное — это быть Человеком с большой буквы.

— Но женщина, которая не может реализоваться как мать, она чувствует себя обделенной, недостойной, просто неполноценным человеком. На что ей нужно обратить внимание, чтобы свою неполноценность снять? Или просто воспринимать эту ситуацию как урок смирения и переключить любовь, которую она хочет отдать ребенку, на что— либо другое?

— Этот вопрос тесно соприкасается с темой самооценки. Материнство — одно из главных назначений женщины. Когда она оглядывается по сторонам, видит, что рядом много женщин, у которых дети есть, и она страдает от того, что это ее предназначение не реализовано.

Но самооценка здравого человека не зависит от обстоятельств, даже таких. По большому счету — счастье находится внутри нас. Независимо от того, соответствуем ли мы каким-то нашим социальным ролям. Нужно как-то уметь внутри самого себя искать радость, мир, любовь. Если мы с мужем друг друга любим, то любим независимо от того, есть дети или нет.

Тревога, невротичность еще бывает от того, что хочется компенсировать то, что тебе не дают твои близкие. Если ты чувствуешь, что нет глубины отношений, чувствуешь их неполноту, ты хочешь это дополнить. Порой решение приходит в виде ложной мысли, что нужны дети, «полноценная семья». На самом деле, полноценная семья — это когда муж и жена любят друг друга.

— Значит, нужно обсудить с мужем смысл семьи. Она не должна быть только в детях, потому что когда они вырастают, семья тоже перестает быть нужной этим двум.

— Так оно и происходит. В семьях, где акцент делается на рождении, воспитании детей, крен делается на родительской подсистеме. Родительская подсистема — это самоощущение того, что мы в первую очередь родители. И порой супруги забывают о супружеской подсистеме, с чего они начинали, чем они были мотивированы, когда они создавали семью, они хотели быть супругами.

В первую очередь мы — друг для друга. Мы встретились, закрепили это формальным союзом. Нам интересно, нам хорошо быть вместе, нам есть чем заполнить это пространство. У нас много впечатлений, нам интересно общаться. Именно через общение реализуется талант любви. А потом общение суживается до рамок: мы родители, быт.

А потом мы начинаем быть родителями друг другу. Супруги начинают друг друга контролировать, инструкции выдавать, как это они делали по отношению к детям, и за этими хлопотами они смещают весь свой фокус жизни. И потом они уже не гуляют вместе, не отдыхают, ничего не обсуждают и потихонечку, потихонечку они отдаляются друг от друга. И когда дети вырастают, супруги часто становятся неинтересными друг другу.

— То есть супружеская подсистема более важна? Она основополагающая? Поэтому она может существовать без реализации себя в роли родителей?

— Если есть дети, и они видят, что папа с мамой друг для друга, то они видят эту любовь, ее проявления, что им интересно вместе, что они дружат, тогда дети усваивают эту модель поведения и переносят в свою жизнь. А если родители живут ради детей, то дети видят, что они пуп земли для них, то тогда они не усваивают правильных навыков общения каких-то. У них на этом фоне может появиться мания величия. То есть они главные, все для них и они будут ждать в своей будущей семье, что для них все сделают, все подадут, все для них будут жить для них…

— Ирина Анатольевна, есть семьи, построенные, казалось бы идеально. Не было гражданских браков, сожительства, абортов, но детей нет. Год, два, три, все родственники на каждом семейном празднике каждый раз смотрят — есть ли пузико, если нет — почему? Что же вы — не хотите? Как в этой семье воспринимать ситуацию? Может быть, в вашей практике были такие примеры, когда люди справлялись с такой ситуацией, когда сделано все как нужно, а детей нет. У меня есть такая знакомая пара, они были первыми друг у друга, женаты около десяти лет. Они уже попросили всех своих знакомых не спрашивать, потому что невозможно на каждом празднике отвечать на вопрос «А когда?» Ей тяжело от этих бесконечных вопросов и того, что невозможно понять причину этого. К врачам обращались и все в порядке и у нее и у мужа. Как быть с этим? Как не совершить ошибок мужчине, потому что есть такой соблазн пойти и попробовать реализоваться в другой семье… Что Вы посоветуете?

— То, что не получается забеременеть — это не повод к разводу. Часто ведь такая картина бывает, я на практике встречалась, что люди ждут детей 8, 9, 10 лет, а когда ребенок появляется, мужчина уходит из семьи. Здесь другая раскрывается тема. Он привык, что все для него, жена дает много внимания, заботы, и он принимает. А сам мужчина может быть в принципе и не готов к ребенку. Потом он начинает ревновать жену к ребенку, как маленький, хотя ему уже под сорок. Мужчина уходит, потому что привыкает, что о нем заботятся, и он не может войти в роль отца. И здесь со стороны женщины нужно смотреть, как мужчина говорит о детях, как он общается с маленькими, были ли у него братья-сестры, как он с ними общался… Хотя вроде бы он тоже говорит: «Я хочу детей!», в глубине все может быть не так просто.

— Но бывает и так, что мужчина уходит из семьи, в которой не рождаются дети. Для того, как он говорит, чтобы стать отцом, реализоваться с другой женщиной.

— Если мы выйдем на тему роли мужчины в семье, то одна из них — добытчик. Но первая роль — защитник. Он должен быть ответственным и защитником. Мужественность и проявляется в том, как он может обеспечить защиту своей семье, жене, а потом детям. Потому что дети, глядя на него, формируют свой эталон поведения, своих отношений с партнером. Женщина, его жена беззащитна, потому что решает проблему бесплодия. Возможно, она не чувствует в нем защиту и поэтому не рожает, не беременеет. Возможно, она в нем не уверена и он ей потом это выдаст: «Я тебя не люблю, я полюбил другую». Такие механизмы могут быть. Не защитник.

— А если человек в роли отца стремится самоутвердиться? Без этой роли он не чувствует себя мужчиной.

— Якобы, пока он не станет отцом, он не станет сильным. Это лишь его вторая роль. Первая — это роль мужа. Когда это в голове становится в порядке, потому что в семьях у нас часто дисфункции такие от того, что мы не ранжируем приоритеты так, как надо. И это по разным фронтам. Нужно постоянно ставить вопросы: что на первом, что на втором? Кто на первом, кто на втором?

— Итак, семья полноценна даже без детей. Возможно ли в таком случае совершенствоваться в любви в такой семье? Возможно ли счастье в такой семье?

— Счастье, конечно, возможно в такой семье. Счастье абсолютно реально даже для совсем одинокого человека. В семье или без семьи человек должен быть внутри себя самодостаточным. Научиться быть одиноким, если у него нет семьи. Одиночество — это такая полнота, это такое богатство, это разговор с самим собой, с Богом, разговор с людьми, которым ты можешь что-то дать. Тут не важно, кто с тобой. Наша задача любить и приумножать любовь и становиться сильными.

— То есть даже ту любовь, которая не может быть направленной на собственного ребенка и переполняет тебя, можно направить на кого угодно. На других людей, на других детей. Можно не держать ее в себе и унывать, что некому дать, а просто ее начинать отдавать.

— Есть много возможностей. По сути, пока мы фантазируем, что я был бы исключительно любящим по отношению к своим собственным детям, я начинаю разрушать себя. Не отдавая любовь, мы только разрушаем себя. Потому что тот талант, который в нас есть, мы начинаем отравлять унынием, злостью, и жизнь проходит. Нет детей — и все плохо. И как будто жизнь не удалась.

Порой в этом проглядывает вызов Богу. «Пока у меня нет детей, я несчастлива, Ты виноват». Это проблема неблагодарности. Благодарить Бога мы можем и должны за каждое мгновение, за каждое дыхание, за то, что у нас есть и за то, что нет.

Иногда люди говорят, что я был такой шелковый, такой хороший и пушистый, а с рождением детей такое поперло из меня, что со мной стало, я не знаю. Потому что дети такие учителя! Нам кажется, что будет такой ангелочек… а не тут-то было.

— К чему же долджна стремиться пара, которой Бог не дает детей?

— Любите друг друга и все остальное приложится вам! Эти слова из Евангелия. Иногда нам кажется, что мы любим друг друга, а это такая глубина неисчерпаемоя. Кто может взять на себя смелость такую сказать: «Я люблю тебя до конца»? До конца своей жизни вряд ли кто из нас может сказать с полной уверенностью, что я люблю человека так совершенно, как Отец наш небесный любит нас? Безоценочно, безоговорочно?

Конечно, дети — это полнота отношений. И когда их нет, то кажется, что чего-то недостает. Начинается поиск виноватого…

Бывает, что женщина получает приговор, что детей не будет никогда, в силу разных причин. Как мужчина это принимает? Насколько он может быть последовательным и цельным человеком? Тут обычно рекомендуют взять приемных детей. Но людям всегда нужно, чтобы был свой.

— Если своих детей нет, надо тогда как-то реализовываться через приемных детей или помогать в детском доме?

— Есть племянники, какие-то родственники, у которых детей много, крестные дети, то есть нетрудно заполнить этот кажущийся вакуум. В нас очень много любви, и ее надо кому-нибудь отдавать.

Супружеские отношения нужно все время чем-то разнообразить. Часто, зацикливаясь на какой-то проблеме, мы не видим дальше своего носа. Некоторые зацикливаются на том, что нужны именно свои дети. Это тоже в какой-то мере эгоистично. Мы все родственники друг другу, начиная от Адама и Евы. Нет чужих.

— Я знаю много случаев, когда люди, у которых не было детей, брали в семью приемного ребенка и буквально в течение года происходило зачатие собственного ребенка. Как будто какой-то блок снимался психологический.

— А происходит это потому, что они расстались с эгоизмом. Стали жить для других. Какой-то барьер мы в себе перешагиваем, и Господь как бы поощряет этот шаг, что мы решили какую-то свою проблему, расстались со своими слабостями.

— Можно ли расстаться с этими слабостями иначе как через усыновление?

— О ряде вещей, которые можно сделать, мы уже говорили. Некоторые люди спрашивают: «Почему кому-то дети даются легко, а мне все с препятствиями? Здесь скрытых механизмов очень много. Например, человек запрещает себе быть счастливым: «все плохо, плохо, плохо, несчастен, несчастен»… И вот он в этом живет. То есть «я не заслуживаю счастья». С этим нужно поработать.

Как? Обязательно есть какая-то скрытая проблема, непроработанная когда-то, где сформировалось это ощущение невостребованности себя в жизни. Например, человек, с которым ты жила 10 лет, пустив все на самотек в силу разных причин — ему так удобно было, ты заботилась о нем, а твоего женского счастья он мог не перенести. Когда женщина рожает, она счастлива в этом материнстве, а он не позволит, скажет «пойду-ка я к другой женщине, и ты все равно будешь несчастной»… Много разных причин, над которыми нужно работать.

Иногда дети ведут себя безобразно в подростковом возрасте, мать может иногда перейти границы и в порыве сказать: «Вот посмотришь, когда у тебя будут свои дети!»… Это в некотором роде проклятие. И девочка говорит: «А я никогда не буду иметь детей!» И она сама себя уже как бы программирует. Это тоже может работать. Если ты себе ставишь программу, то этим все блокируется уже…

Главное, конечно, разобраться в своих истинных желаниях. Желание — это не только «хочу детей во что бы то ни стало!», теоретически. А практически — что я делаю для этого. Самое главное — это личностное развитие. Что мне мешает развиваться?

Я могу вам сказать о себе. Я долгое время боялась что-либо читать о семейных отношениях. Потому что правда обличает тебя. Я это осознала не так давно. Ничего не знаешь и живешь нормально. Катится оно куда-то там себе и катится, пусть прикатится в хорошее место. Но, к сожалению, не прикатывается… Поэтому надо быть честными перед собой.

— Честными, не лгать себе, не строить иллюзий, что все самотеком разрешится. Жизнь — это очень глубокий процесс и есть разница, когда ты осознанно или бессознательно живешь. Когда ты осознаешь причинно-следственные связи, ты можешь управлять своей жизнью, ты можешь управлять самим собой.

— То есть получается, что меняя себя, ты можешь изменить ситуацию. Только так?

Дистанционный (онлайн) психологический тренинг семейный: «40 шагов к семейному счастью».

Жизнь с бесплодием: Семейный диагноз, в котором нет виноватых

текст: Александра Савина,
Александра Сивцова

Иллюстрации: Катя Дорохина

Эл 32 года, и последние восемь лет они с мужем пытаются завести ребенка. За это время оба супруга успели пройти множество обследований — при этом врачи всегда выявляли «женский фактор» проблемы: показатели мужа Эл были в норме. «С самого детства у меня шалили гормоны, я стояла на учёте у детского гинеколога и с ранних лет принимала различные препараты для регуляции менструального цикла. Поэтому когда забеременеть с ходу у меня не получилось, я не очень-то и удивилась», — рассказывает она.

ем, кто ни разу лично не сталкивался с диагнозом «бесплодие», он кажется приговором. На практике первая постановка диагноза скорее означает, что врачу и пациентам нужно обратить больше внимания на проблему: он ставится, когда при регулярном сексе без контрацепции беременность не наступает в течение года, если партнёры

моложе 35 лет, или в течение шести месяцев, если партнёры старше этого возраста. Никакие дополнительные обследования на этом этапе не обязательны — вывод делается на основании одного этого признака.

Причина бесплодия может быть связана с состоянием здоровья как женщины, так и мужчины — но даже ВОЗ отмечает, что чаще всего при определении бесплодия имеют в виду именно состояние женщины: это может подразумевать и невозможность забеременеть, и невозможность выносить беременность, и невозможность родить живого ребенка. В медицине принято выделять два вида бесплодия: первичное (у женщин, которые ни разу не смогли забеременеть) и вторичное (неспособность женщины родить ребёнка уже после того, как у неё была другая беременность или она уже смогла однажды доносить и родить ребёнка). Говорить о каком-то усреднённом портрете, например о возрасте женщин, сталкивающихся с диагнозом, сложно: врач-гинеколог Оксана Богдашевская отмечает, что в её клинике по поводу бесплодия чаще наблюдаются женщины в возрасте 33–35 лет, но это ничего не значит — встречаются и 25-летние, и 45-летние пациентки.

С диагнозом «бесплодие второй степени» (то есть вторичным бесплодием), например, столкнулась 26-летняя Натали. Она живёт с гражданским мужем около пяти лет, и за это время ей так и не удалось забеременеть; при этом в прошлом у неё уже был выкидыш. «Мне на тот момент было 22 года, и я почувствовала себя неполноценной, — говорит она. — Через некоторое время сказали сделать спермограмму мужу. Тогда выяснилось, что у мужа нет живых сперматозоидов. Внутри немного отлегло, и появилась надежда, что дело не только во мне. Муж не поверил и втайне от меня пошёл снова сдавать анализ. Результат оказался таким же. Свекровь тогда начала намекать, что я виновата в том, что у нас нет детей. Воспринимать, что проблемы у её сына, она не хотела».

Рождение ребенка по-прежнему вменяется женщине как ее основная обязанность, а невозможность родить часто воспринимается
как приговор

Врачи говорят, что шанс завести ребёнка у пары есть, но небольшой. Муж Натали не против усыновления, но она к такому шагу не готова — и не исключает, что они расстанутся, если вопрос о ребёнке встанет ещё более остро. «Видимо, мужчинам трудно понять, насколько важно женщине выносить своего ребёнка, пережить все важные моменты в развитии малыша. Одна моя знакомая, после того как выяснилось, что муж бесплоден, подала на развод. Говорит: „Я не настолько его люблю, чтобы отказаться от возможности иметь собственного ребёнка“. И эти слова крепко засели в голове».

В мире постепенно становится больше пар, столкнувшихся с бесплодием, но учёные считают, что в целом его уровень в мире за последние 25 лет практически не изменился — увеличение числа бесплодных пар связано с ростом населения. В 2010 году в мире среди всех женщин в возрасте 20–44 лет первичное бесплодие наблюдалось у 1,9 % женщин, а вторичное (здесь подразумевались случаи, когда женщина родила по крайней мере одного ребёнка, но не способна родить второго) — у 10,5 % женщин. Привычка подразумевать в первую очередь «женский» фактор, говоря о бесплодии, — как на официальном, так и на бытовом уровне — приводит к тому, что его считают в первую очередь «женской» проблемой. Неудивительно, что женщины, у которых по каким-то причинам не получается завести детей, сталкиваются с огромным давлением — и со стороны общества в целом, и со стороны близких.

Так было, например, с Натали: «Помню, когда я пришла на работу, в компании было три девушки с проблемой бесплодия. Через время в декрет ушла одна коллега, а через пару месяцев после неё забеременела вторая. И тогда со мной случилась первая настоящая истерика на этой почве: я закрылась в туалете и прорыдала полчаса, пока меня там не нашли. Так безнадёжно я себя почувствовала. Я не завидую им, я рада за них. Но так обидно, что они испытают такое счастье, а я нет».

Отчасти появление этой точки зрения можно объяснить статистикой, которая как будто подпитывает обвинительную логику «наверное, проблема в ней»: по данным исследований, порядка 37 % случаев бесплодия в парах, живущих в Европе и США, объясняются проблемами

со здоровьем у женщины-партнёра, 35 % — проблемами со здоровьем у обоих партнёров, и только 8 % — проблемами у мужчины; в 5 % случаев причина бесплодия не может быть точно выявлена. Врач-гинеколог Оксана Богдашевская подчеркивает, что найти одну причину недостаточно — бесплодие чаще всего обусловлено сочетанием нескольких факторов. Но гораздо сильнее эта ситуация обусловлена патриархальными установками в обществе, где рождение ребёнка по-прежнему вменяется женщине как её основная обязанность, а невозможность родить ребёнка часто воспринимается как приговор.

Психолог Анна Сильницкая, ведущая групп поддержки совместно с психологом и нарративным практиком Еленой Баскиной, говорит, что в своей работе они с осторожностью относятся к термину «бесплодие»: «Он применяется в медицинском дискурсе, где по отношению к женщине практикуется довольно объектный подход, стандартный для медицины: женщина — это объект, в котором что-то „сломалось“, нужно это „починить“». По мнению Анны, в самом слове «бесплодие» заложено много смыслов, связанных с традиционной ролью женщины в обществе, с идеями о том, какую женщину можно считать «настоящей» — и этот подход сильно травмирует тех, кто столкнулся с проблемой. Елена предлагает взамен использовать словосочетание «репродуктивные трудности», чтобы обозначить то, с чем сталкиваются женщины, наиболее полезным для них образом: «Трудности — это что-то, с чем можно справиться, предпринять какие-то действия, обойти их, найти решение, сделать альтернативный репродуктивный выбор».

Три года назад Сильницкая и Баскина задумали проект «Ты не одна», направленный на поддержку женщин, которые испытывают трудности с зачатием или рождением ребёнка: первая встреча группы поддержки прошла в феврале 2014 года, сейчас специалисты возобновляют их два-три раза в год. Посещают самые разные женщины: есть те, кто приходит после долгого лечения и множества медицинских процедур, есть те, кто потерял детей на разных сроках беременности или лишился в результате медицинских процедур органов. Есть среди участниц и те, кто задумывается о том, хотят ли они детей и каким образом они могут стать матерью — например, если они не состоят в браке или устойчивых отношениях. На вопрос о том, бывает ли такое, что пришедшая в группу женщина приходит к мысли, что ей не нужно заводить ребёнка, Анна отвечает, что такое несколько раз было — но есть и много случаев, когда женщины всё же родили детей (сами или благодаря вспомогательным технологиям) или задумались об усыновлении.

Несмотря на то что бесплодие — распространённая проблема, оно остаётся болезненной и табуированной темой, о которой не принято говорить публично: её обсуждают скорее в медицинском, а не в психологическом или социальном ключе. Мужчин, которые, как, например, Марк Цукерберг, открыто говорят о трудностях с беременностью в паре и о том, что этот опыт был для них очень болезненным, в общественном пространстве пока немного. В России на это накладывается ещё и распространённый миф о том, что семья без детей обречена и обязательно распадется — мужчине якобы обязательно нужны дети (особенно мальчик, который сможет стать его наследником и преемником), и если партнёрша не может их ему родить, он обязательно найдёт другую. «Исторически проследить корни этого мифа несложно. Но он не работает в современной реальности, мир изменился», — считает психотерапевт Анастасия Рубцова. Она отмечает, что в современном обществе многим людям дети не нужны — а семья, как правило, создаётся вообще не ради рождения потомства. В реальности ребёнок не может спасти распавшиеся отношения, счастливый брак — не обязательно тот, в котором родились дети, а трудности с зачатием не всегда означают, что партнёры расстанутся, не справившись с кризисом, — хоть это и распространённая ситуация.

Ребенок не может спасти распавшиеся отношения, счастливый брак — не обязательно тот, в котором родились дети, а трудности с зачатием не всегда означают, что партнеры расстанутся

Психотерапевт Екатерина Сигитова говорит, что далеко не каждая пара, у которой не получается завести детей, сталкивается с психологическими проблемами, но у некоторых они всё же есть. «Потенциально на возможность появления ребёнка могут негативно влиять стресс у одного или обоих партнёров, неразрешённые сильные конфликты и накопленная агрессия, неосознанная „антимотивация“ у одного или обоих, отсутствие доверия и неуверенность друг в друге, страх серьёзных изменений в жизни и многое другое», — считает она. При этом специалист отмечает, что чётко определённых наукой психологических причин и факторов, способствующих бесплодию, нет — взаимосвязи между психикой и телом очень сложны и трудно поддаются изучению, поэтому не следует делать поспешных выводов.

Эл рассказывает, что перед глазами у неё и её мужа всегда был «антипример» друзей — семейная пара, в которой мужчина-партнёр с самого начала отношений говорил, что хочет детей, а когда оказалось, что у пары мало шансов завести ребенка из-за проблем со здоровьем жены, оставил супругу со словами: «Мне не нужна бесплодная жена, мне нужна здоровая женщина с детьми». Эл часто вспоминала этот случай — за те восемь лет, что они с мужем пытаются завести ребенка, её состояние сменялось от непоколебимой веры в успех до ощущения полной безнадёжности, но испытания их с супругом только сплотили: «Рыдая в истерике и буквально катаясь по полу, я кричала, что ему пора бросить меня и что он теряет со мной время. Муж всегда резко обрывал меня и внушал одну и ту же мысль: мы вместе пройдём этот путь, у нас обязательно всё получится». Женщина признаётся, что за годы неудачных попыток её отпустила мысль, что смысл жизни в том, чтобы забеременеть, — хотя пара по-прежнему пытается завести ребёнка, уже с помощью вспомогательных технологий: на их счету две неудачные попытки ЭКО, и на очереди третья.

Важно научиться говорить о том, что происходит, когда борьба оканчивается неудачей. Для того, чтобы отказаться от попыток завести ребенка, требуется не меньше мужества

Экстракорпоральное оплодотворение, или ЭКО, — вспомогательная репродуктивная технология и одна из самых распространённых мер преодоления бесплодия, когда паре трудно зачать ребенка самостоятельно. По данным исследования, проведённого в Дании, три из четырёх женщин рожают ребёнка в течение пяти лет после начала лечения от бесплодия — как благодаря ему, так и спонтанно и независимо от него. Датские сведения позволяют делать достаточно точные выводы: это одна из немногих стран, где регистрируются все действия, связанные со вспомогательными репродуктивными технологиями, и все случаи рождения детей.

О чём не дает представления статистика — так это о ситуациях, когда технологии дают сбой или когда попытка оказывается неудачной. Воспользоваться процедурой ЭКО готовы далеко не все — в первую очередь из-за её стоимости. Она воспринимается как механизм успеха, работающий без сбоев, и мы редко слышим о ситуациях, когда она не срабатывает. С неудачей в ЭКО, например, столкнулась 48-летняя Светлана. У женщины вторичное бесплодие: первый раз она забеременела в 27 лет, но беременность оказалась внематочной. Светлана рассказывает, что все девять лет совместной жизни с первым мужем пыталась завести ребёнка и активно наблюдалась у врачей, но забеременеть так и не получилось. Позднее врачи удалили Светлане одну маточную трубу и сказали, что у пары есть шанс завести ребёнка с помощью ЭКО — но тогда процедура была не так распространена, и супруги на неё не решились. В 41 год, со вторым мужем, Светлана всё же попробовала ЭКО, но попытка оказалась неудачной: «Семейные средства я потратила на лекарства, на работу врача — и все впустую. Но я не жалею. После 40 лет очень мало шансов на успех — где-то 20–25%. После 30 лет — 50%, если пробовать на третьем десятке — вероятность очень велика».

По данным Европейского общества по вопросам репродукции человека и эмбриологии, из полутора миллионов циклов, проведённых с помощью вспомогательных репродуктивных технологий, в среднем только 350 тысяч заканчиваются рождением ребёнка — а значит, многим парам приходится прибегать к ЭКО

несколько раз — пока результат не будет положительным или пока они не решат прекратить попытки. В культуре, где появление ребёнка воспринимается как обязательный этап в жизни семьи, а пары, которые сознательно решают не заводить детей, по-прежнему воспринимаются как исключение из правила, важно научиться говорить не только о том, сколько усилий прикладывает пара, чтобы заполучить долгожданную беременность, но и о том, что происходит, когда борьба оканчивается неудачей — и что для того, чтобы отказаться от попыток завести ребёнка, требуется не меньше мужества.

В октябре стало известно, что ВОЗ собирается расширить понятие бесплодия: бесплодными также будут считаться те, у кого нет сексуальных отношений или партнёра, с которым можно завести ребёнка. Предполагается, что так одинокие люди и однополые пары смогут претендовать на финансирование процедуры ЭКО наравне с гетеросексуальными парами, а бесплодие перестанет считаться исключительно медицинской проблемой. Возможно, благодаря этим мерам общество наконец перестанет видеть в бесплодии исключительно «поломку системы», проблему, маркированную «мужским» или «женским» фактором, — а увидит ещё и непростую семейную историю, которая скрывается за каждым диагнозом.