Увольнение по ст 81 ч1 п5

Увольнение по ст 81 ч1 п5

Выводы суда: увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ признано незаконным так как в приказе об увольнении отсутствуют сведения о том, какой конкретно дисциплинарный проступок совершил истец, приказ об увольнении в профсоюзный орган работодатель не направлял. Истец восстановлен в прежней должности.

Работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Суд установил факт нарушения работодателем норм ТК РФ , а именно: отсутствие указания в приказе об увольнении сведений о том, какой конкретно дисциплинарный проступок совершил истец; ненаправление работодателем в профсоюзный орган проекта приказа об увольнении истца и документов, послуживших основанием для увольнения

Вернуться к оглавлению обзора судебной практики :

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 апреля 2011 г. N 33-5506/2011

Судья: Чернявская Т.Е.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Ничковой С.С.
судей Сальниковой В.Ю., Стешовиковой И.Г.
при секретаре Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-732/11 по кассационной жалобе на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 03 февраля 2011 года по иску Б. к о признании незаконными дисциплинарных взысканий, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогул и компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Ничковой С.С.,
выслушав объяснения истца Б., представителя истца — адвоката Токарева А.В., заключение прокурора Кузьминой И.Д.,
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

Б. обратился в суд с иском к юр.л.1 просил отменить приказы о наложении на него дисциплинарных взысканий . от 12 августа 2010 года и . от 13 августа 2010 года, приказ об увольнении . от 29 сентября 2010 года, восстановить его на работе в должности главного инженера . филиала юр.л.1 взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда .

Свои требования Б. мотивировал тем, что на момент увольнения работал в юр.л.1 в должности главного инженера . филиала юр.л.1. Приказами . от 12 августа 2010 года и . от 13 августа 2010 года на него были наложены дисциплинарные взыскания. Истец полагает, указанные приказы необоснованными, в связи с чем считает, что его увольнение приказом . по основаниям пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей является незаконным.

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 03 февраля 2011 года исковые требования Б. были удовлетворены частично.

Суд признал незаконными приказ о наложении дисциплинарного взыскания . от 12 августа 2010 года и приказ об увольнении N . от 29 сентября 2010 года.

Восстановил истца на работе в юр.л.1 в должности главного инженера . филиала юр.л.1.

Взыскал с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула в размере . рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 5500 рублей.

В остальной части заявленных требований суд Б. отказал.

Также суд взыскал с ответчика в доход государства государственную пошлину в размере .

В кассационной жалобе ответчик просит решение суда отменить полностью, однако в обоснование своих требований ответчик приводит доводы, оспаривающие решение суда только в части удовлетворенных требований истца.

Решение суда в части отказа в удовлетворении оставшихся требований истца сторонами не обжалуется, поэтому его законность и обоснованность в силу положений части 1 статьи 347 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являются предметом проверки судебной коллегии. В данном случае кассационная инстанция связана доводами жалобы юр.л.1. Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Представитель ответчика юр.л.1 извещенный о дне судебного разбирательства надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о наличии уважительных причин, препятствующих его явке в суд, не сообщил. С учетом изложенного, в силу положений ст. 354 ГПК РФ неявка ответчика в судебное заседание не является препятствием к разбирательству дела по доводам частной жалобы.

Судебная коллегия, исследовав материалы дела, выслушав мнение участников процесса, заключение прокурора, проверив доводы кассационной жалобы не находит оснований для отмены решения суда.

Материалами дела подтверждается, что Б. с 19 марта 2004 года на основании дополнительного соглашения к трудовому договору . работал в организации ответчика в должности главного инженера . филиала юр.л.1.

30 июля 2010 года истец направил в адрес Государственной административно-технической инспекции Санкт-Петербурга (далее по тексту ГАТИ) и Комитета по энергетике и инженерному обеспечению Санкт-Петербурга письмо .

Из указанного письма, направленного истцом в адрес начальника ГАТИ Б.С. и в Комитет по энергетике, следовало, что Б. от имени . филиала юр.л.1 . просил принять меры к . выполняющим земляные работы без ордера ГАТИ и без вызова представителя . При этом Б. указал, что в пяти местах вскрыты высоковольтные кабели, питающие ответственных потребителей; в случае выхода кабелей из строя по вине . . не может нести ответственность за нарушение электроснабжения потребителей.

11 августа 2010 года по факту направления настоящего письма Б. на имя исполняющего обязанности директора филиала юр.л.1 . представил объяснительную записку исх. . из которой следовало, что Б. с 04 мая 2010 года, являясь главным инженером . выполнял обязанности начальника района. 30 июля 2010 года электромонтер по надзору . К. во время осмотра кабельных трасс выявила грубое нарушение правил проведения земляных работ персоналом . по адресу: . . произвел раскопку котлована без ордера ГАТИ и вызова представителя . При этом был оголен ряд кабельных линий . Согласно объяснению истца, подписывая письмо в адрес ГАТИ и Комитета по энергетике, он руководствовался положениями должностных инструкций начальника района и главного инженера района, а также инструкцией 1-02.

Суд первой инстанции, оценивая названные обстоятельства дела, исследовав положения Должностных инструкций начальника района и главного инженера, Инструкции N 1-02 по эксплуатации кабельных линий напряжением до 35 кВ, утвержденной в 2010 году техническим директором — главным инженером филиала юр.л.1 . З., руководствуясь статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации, установил, что Б., направляя в ГАТИ и в Комитет по энергетике вышеназванное письмо, не вышел за пределы предоставленных ему должностной инструкцией прав, в связи с чем пришел к выводу о необоснованности решения работодателя о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора приказом . от 12 августа 2010 года.

При этом суд также установил, что работодатель, вынося 12 августа 2010 года приказ . о наложении на истца дисциплинарного взыскания, не принял во внимание содержание направленного Б. 30 июля 2010 года письма .

Кроме того, суд из представленных ответчиком документов не установил, что истец был в установленном порядке ознакомлен с Инструкцией по делопроизводству, утвержденной Приказом генерального директора юр.л.1 от 29.12.2007 г. . ; иных доказательств суду представлено не было, истец также не подтвердил факт ознакомления с указанной Инструкцией.

Судебная коллегия полагает, что суд надлежащим образом, проверил доводы сторон и фактические обстоятельства дела в части оспаривания истцом приказа . от 12 августа 2010 года, правильно определил значимые по делу обстоятельства, выводы суда соответствуют требованиям закона и подтверждаются представленными доказательствами.

Доводы кассационной жалобы юр.л.1 оспаривающие решение суда в указанной части, являются несостоятельными, в целом сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела, а также повторяют изложенную истицей позицию, которая была предметом исследования и оценки суда первой инстанции. Оснований для иной оценки исследованных судом доказательств судебная коллегия не усматривает.

Разрешая требования истца об отмене приказа об увольнении N . от 29 сентября 2010 года, о восстановлении на работе в прежней должности и удовлетворяя их, суд первой инстанции исходил из того, что увольнение Б. было произведено работодателем с нарушением норм статей 81, 192, 82, 373 Трудового кодекса Российской Федерации .

Данный вывод суда постановлен с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Так, в соответствии с подпунктом «в» пункта 24 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в случаях, когда участие выборного профсоюзного органа при рассмотрении вопросов, связанных с расторжением трудового договора по инициативе работодателя, является обязательным, работодателю надлежит, в частности, представить доказательства того, что в случае увольнения работника, являющегося членом профсоюза, по пункту 2, 3 или 5 части первой статьи 81 Кодекса проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения, направлялись в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации; работодатель провел дополнительные консультации с выборным органом первичной профсоюзной организации в тех случаях, когда выборный орган первичной профсоюзной организации выразил несогласие с предполагаемым увольнением работника; был соблюден месячный срок для расторжения трудового договора, исчисляемый со дня получения работодателем мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации ( статья 373 ТК РФ ). Решая вопрос о законности увольнения в тех случаях, когда оно произведено с согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа, необходимо иметь в виду, что работодатель, в частности, должен представить доказательства того, что профсоюзный орган дал согласие по тем основаниям, которые были указаны работодателем при обращении в профсоюзный орган, а затем в приказе об увольнении.

В то же время согласно пункту 33 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса , допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Таким образом, принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства нашло подтверждение нарушение работодателем норм трудового законодательства, выразившееся в отсутствии указания в приказе об увольнении сведений о том, какой конкретно дисциплинарный проступок совершил Б., а также ненаправление работодателем в профсоюзный орган проекта приказа об увольнении истца и документов, послуживших основанием для увольнения, суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу об удовлетворении требований истца об отмене приказа N . от 29 сентября 2010 года и восстановлении его на работе в должности главного инженера . филиала юр.л.1

Доводы кассационной жалобы ответчика относительно незаконности постановленного судом решения в части отмены приказа об увольнении истца и восстановлении его на работе, не могут быть приняты судебной коллегией, поскольку не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

Определяя размер, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула за период с 30 сентября 2010 года по 13 февраля 2011 года, суд, руководствуясь положениями статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации и пунктом 5 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года . взыскал в пользу истца денежную сумму в размере . рублей.

Вместе с тем, установив неправомерность действий ответчика, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, снизив заявленную истцом сумму, исходя из принципа разумности и справедливости.

Также в пользу истца суд взыскал с ответчика в силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5500 рублей.

Решение суда в части удовлетворения требований истца о взыскании в его пользу с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов участниками дела не оспаривается и исходя из положений статьи 347 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не проверяется судебной коллегией.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого решения по доводам кассационной жалобы не имеется.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 361 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 03 февраля 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу — без удовлетворения.

Уволить нельзя, помиловать

Из неопубликованной судебной практики по делам о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми расторгнут в порядке дисциплинарной ответственности.

Практикующим юристам известны случаи «заказных» увольнений работников, когда работодатель поручает юридической службе уволить строптивого и неугодного ему сотрудника, как говорят в народе, «по статье». Характерным в этом отношении является расторжение трудового договора по инициативе работодателя в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание (пункт 5 части 1 статьи 81 ТК РФ). В качестве примера можно привести рассмотренное судом в этом году гражданское дело о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Истец, руководитель одного из подразделений государственного унитарного предприятия (ГУП), обратился в суд с иском о признании незаконным приказа об увольнении на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание), а также о признании незаконными дисциплинарных взысканий (выговоров), наложенных на истца новым директором предприятия в апреле и мае, т. к. не указано, за какие именно проступки применена данная мера наказания, послужившая причиной увольнения истца в июле. Трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работодателя. С представленными в обоснование приказа служебной запиской и актом истец не был ознакомлен, и в нарушение требований части 1 статьи 193 ТК РФ объяснений до издания приказа с истца не требовали, а по существу акта истец давал объяснения в день ознакомления с уже изданным приказом. Кроме того, истцу не была начислена премия за март.

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика ссылался на отсутствие у работодателя обязанности указывать в приказе, за какой именно дисциплинарный проступок применено дисциплинарное взыскание. Однако такое суждение с учетом бремени работодателя по доказыванию законности увольнения не могло быть признано судом правильным, тем более в том случае, когда работодателем не представлены иные доказательства, свидетельствующие о применении дисциплинарного взыскания за конкретный дисциплинарный проступок. Майским приказом за недобросовестное выполнение обязанностей истцу объявлен выговор. Из описательной части приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности не следует, в результате каких мероприятий (проверок) по контролю установлены упущения истца при выполнении им трудовых обязанностей, не указаны сами нарушения и обстоятельства, при которых они были совершены. Последующее увольнение истца оказалось необоснованным, поскольку по смыслу закона на работника может быть наложено взыскание за конкретное нарушение. В приказе об увольнении истца отсутствует указание, за какой конкретно дисциплинарный проступок было применено взыскание в виде увольнения, не указаны конкретные факты и даты. Кадровая и юридическая службы предприятия упустили из виду требования Постановления пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» о том, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. В результате чего ответчик не смог вопреки предписанию пункта 35 указанного постановления в суде доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т. п.).

Более того, суд посчитал, что у ответчика вообще не имелось оснований для увольнения истца по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Так, из смысла этого пункта следует, что увольнение за неоднократное неисполнение работником трудовых обязанностей возможно только в том случае, когда работник, имея дисциплинарное взыскание, вновь совершил дисциплинарный проступок, который и может служить непосредственным поводом к решению вопроса о расторжении трудового договора. При таких обстоятельствах, учитывая, что увольнение работника по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является в соответствии с положениями ст. 192 ТК РФ дисциплинарным взысканием, которое может быть наложено на работника только в случае совершения им дисциплинарного проступка (при этом не допускается наложение двух дисциплинарных взысканий за один проступок), cуд пришел к выводу о том, что приказ об увольнении истца издан с существенными нарушениями норм трудового законодательства.

Суд учел также, что указанные в приложении к приказу отчеты истца за предшествующий период не являются письменными объяснениями применительно к данному приказу, следовательно, он является незаконным, в силу чего у работодателя также отсутствовали основания для неначисления премии истцу за март.

Кроме того, ответчиком при увольнении не соблюдены и требования ст. 373 ТК РФ. Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 374 ТК РФ увольнение по инициативе работодателя в соответствии с пунктами 2, 3 и 5 ч. 1 ст. 81 указанного Кодекса руководителей (их заместителей) выборных профсоюзных коллегиальных органов организации, ее структурных подразделений (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы, допускается помимо общего порядка увольнения только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа. При отсутствии вышестоящего выборного органа увольнение указанных работников производится с соблюдением порядка, установленного ст. 373 Кодекса. Между тем часть первая статьи 374 ТК РФ признана не соответствующей Конституции Российской Федерации определением Конституционного Суда Российской Федерации от 03.11.2009 № 1369-О-П. Следовательно, работодатель не должен был получать предварительное согласие вышестоящего выборного профсоюзного органа на расторжение трудового договора с истцом. Однако признание не соответствующей Конституции Российской Федерации части 1 статьи 374 ТК РФ не освобождает работодателя при расторжении трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 ТК РФ, от обязанности направить в выборный орган первичной профсоюзной организации проект приказа об увольнении истца, а также копии документов, послуживших основанием для принятия такого решения. В материалах дела содержится справка о том, что работодатель не направлял в первичную профсоюзную организацию проект приказа об увольнении, что ответчиком также не оспаривалось.

Истец был уволен без законных на то оснований с нарушением установленного законом порядка, а поэтому суд постановил, что увольнение истца следует признать незаконным, и решил восстановить его в прежней должности, и взыскать с ГУП в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула в размере 397 770 рублей (с учетом 21 000 руб. премии за март), компенсацию морального вреда в размере 8 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб., а всего 420 770 рублей. Взыскать с ГУП в доход государства пошлину в размере 7 377 руб.

Следующие примеры также свидетельствуют о том, как в суде рушатся искусственно возведенные работодателем конструкции «дисциплинарных проступков» работников.

Актриса, член профсоюза театра, обратилась в суд с иском о незаконном увольнении (в соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ (прогул)), приказ о котором был издан на основании докладной записки помощника режиссера, акта о неявке на спектакль, копии явочного листа и объяснительной записки.

Из докладной записки, подписанной помощником режиссера, следовало, что актриса-истец не явилась на репетицию спектакля. Согласно акту артистка не явилась на работу, поставив под угрозу срыв спектакля, в связи с чем был осуществлен срочный ввод на эту роль другого исполнителя, что позволило не отменять спектакль, а показать его зрителям. С указанным актом и докладной запиской истица не согласилась и в объяснении указала, что не явилась на спектакль, поскольку не была надлежащим образом извещена о необходимости присутствия на репетиции и спектакле. В процессе рассмотрения дела были допрошены шесть свидетелей, которые по просьбе директора утверждали, что истица была назначена на роль и не явилась на спектакль, но при этом седьмая свидетельница показала, что на роль была назначена именно она и ей о передаче этой роли истице ничего не известно. С приказом о назначении на роль истицу не ознакомили; из расписания репетиций и спектаклей также не следовало, что истица участвует в этом спектакле. Кроме того, работодателем был пропущен срок привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ст. 193 ТК РФ. Суд решил восстановить актрису на работе. Взыскать с театра в ее пользу заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 24 927 рублей, а также компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, всего 34 927 рублей.

Другая актриса этого же театра, также являвшаяся членом профсоюза, обратилась в суд с аналогичным иском о незаконном увольнении, основанием для которого послужил факт неявки (прогул) истицы на спектакль, что подтверждалось составленным актом, докладной запиской и явочным листом.

Истица объясняла свое отсутствие на спектакле тем, что не была в нем занята, а также не была ознакомлена с новыми Правилами внутреннего трудового распорядка. В ходе судебного разбирательства выяснились следующие обстоятельства. При принятии новых Правил внутреннего трудового распорядка, определяющих существенные условия трудового договора: место работы, условия труда, режим работы, порядок наложения дисциплинарных взысканий, данные условия не были урегулированы трудовым договором, заключенным театром с истицей. Суд посчитал, что при принятии новых Правил ответчик обязан был под роспись довести их до сведения работника. И хотя ответчик представил суду перечень лиц, ознакомленных с Правилами внутреннего трудового распорядка, из перечня не усматривалось, с какими именно правилами и когда работники ознакомлены. Учитывая, что истица оспаривала данный перечень, а ответчик оригинал документа не представил, руководствуясь ч. 7 ст. 67 ГПК РФ, суд посчитал, что ответчиком не доказан факт ознакомления истицы с Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными директором, согласованными с профкомом театра и действовавшими в театре в исследуемый период. При отсутствии оригинала Правил и доказательств их доведения до сведения истицы суд пришел к выводу, что данный локальный нормативный акт нельзя признать достоверным доказательством. Ответчиком не доказана обязанность работника самостоятельно узнавать расписание спектаклей и репетиций, а также не определены место и режим работы актрисы. Суду был представлен список по распределению артистов на роли, из которого следует, что истица вычеркнута из числа исполнителей роли в спорном спектакле, исполнителем роли указан другой работник театра, что было подтверждено показаниями четырех свидетелей.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к следующему выводу: ответчиком не представлено доказательств того, что истице было известно о ее занятости в спектакле и репетициях. Показания свидетелей подтверждались объяснениями истицы о том, что она в репетиции этой роли не была занята, роль репетировала другая артистка. Таким образом, у истицы не было оснований полагать, что в тот день она будет участвовать в спектакле и в репетиции. Также судом был учтен довод представителя истицы о том, что ответчиком не доказан факт отсутствия истицы на работе без уважительных причин в течение четырех часов подряд или в течение всего дня.

По показаниям свидетелей, спектакль продолжается менее четырех часов. Согласно акту истице вменяется в вину только неявка на спектакль. Из акта, явочного листа, докладной записки не усматривается время отсутствия истицы на работе. Суд посчитал обязанность истицы находиться на работе в течение всего дня недоказанной. Кроме того, суд обратил внимание на то, что при увольнении не были учтены предшествующие заслуги истицы: большой стаж работы у одного работодателя, работа в должности ведущего мастера сцены, отсутствие дисциплинарных взысканий. Суд решил удовлетворить иск о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Взыскал в пользу истицы средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 17 748 рублей и компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Незаконное увольнение третьего неугодного директору сотрудника и члена профсоюза театра было предотвращено президиумом вышестоящей профсоюзной организации, направившей в орган исполнительной власти заявление с требованием об увольнении директора театра на основании ст. 195 ТК РФ и в порядке ч. 2 ст. 278 ТК РФ за деятельность, несовместимую с должностью руководителя учреждения культуры, за грубое систематическое нарушение трудового законодательства и Закона «О профсоюзах, их правах и гарантиях деятельности».

Рекомендации.

Библиотека документов.

Библиотека документов.

Библиотека документов.

Библиотека документов.

Трудовой договор.

Охрана труда / Безопасность.

Увольнение работника по П. 5 СТ. 81 ТК РФ

В Трудовом кодексе предусмотрено увольнение работника в связи с неоднократным неисполнением им без уважительных причин трудовых обязанностей. Это основание прекращения трудового договора не является новым, оно носит преемственный характер. Ранее это основание находило закрепление в п. «г» ст. 47 КЗоТ 1922 г., в п. 3 ч. 1 ст. 33 КЗоТ 1971 г., а ныне — в п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ и относится к основаниям прекращения трудового договора по инициативе работодателя.

Это основание расторжения трудового договора применяется на практике нередко. Но, несмотря на достаточно подробную регламентацию порядка увольнения по данному основанию, применение его вызывает некоторые сложности.
Представляется, что при характеристике увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ необходимо отметить основные положения, имеющие значение в правоприменительной практике. Эти положения важны как для понимания сущности основания прекращения трудового договора по рассматриваемому основанию, так и для соблюдения процедуры увольнения.

Основные положения

Первое положение относится к формулировке: «неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей. «. Неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей трактуется в соответствии со ст. 192 ТК РФ как дисциплинарный проступок. Поэтому рассматриваемое основание прекращения трудового договора в теории трудового права относится к категории дисциплинарных. Это положение находит закрепление в Кодексе: в ч. 3 ст. 192 ТК РФ указаны основания прекращения трудового договора, относящиеся к дисциплинарным взысканиям (п. п. 5, 6, 9 или 10 ч. 1 ст. 81; п. 1 ст. 336 или ст. 348.11 ТК РФ; п. п. 7 и 8 ч. 1 ст. 81 ТК РФ). В последнем случае законодатель обращает внимание на то, что увольнение по п. п. 7 и 8 ч. 1 ст. 81 ТК РФ относится к дисциплинарным, если дисциплинарный проступок совершен по месту работы.

К дисциплинарным проступкам, в частности, относятся: нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, нарушение правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п. (п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации») .
———————————
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 6.

В этом отношении необходимо отметить, что многие руководящие разъяснения вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ носят преемственный характер .
———————————
Так, основные положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в новой редакции его от 28.12.2006 были заимствованы из текста Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 1992 г. N 16 «О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров», с последующими изменениями и дополнениями // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. N 3.

Отнесение основания прекращения трудового договора к категории дисциплинарных означает, что при увольнении по данному основанию обязательно должны быть учтены (соблюдены) как правила наложения дисциплинарного взыскания, так и правила увольнения. Поскольку речь идет об увольнении за неисполнение работником трудовых обязанностей, то очень важно определить, какие проступки могут быть отнесены к таковым. Необходимо отметить, что практикой выработан примерный перечень проступков такого рода.

К таким нарушениям в соответствии с п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» относятся:
а) отсутствие работника без уважительных причин на работе либо рабочем месте;
б) отказ работника без уважительных причин от выполнения трудовых обязанностей в связи с изменением в установленном порядке норм труда (ст. 162 ТК РФ), так как в силу трудового договора работник обязан выполнять обусловленную этим договором трудовую функцию, соблюдать действующие в организации правила внутреннего трудового распорядка;
в) отказ или уклонение без уважительных причин от медицинского освидетельствования работников некоторых профессий, а также отказ работника от прохождения в рабочее время специального обучения и сдачи экзаменов по охране труда, технике безопасности и правилам эксплуатации, если это является обязательным условием допуска к работе.

Нельзя не сказать еще об одном существующем преемственном положении, которое, как и ранее, представлено в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (в ред. от 28.12.2006) . Таким рассматривается вариант поведения, который нельзя рассматривать как нарушение трудовой дисциплины: отказ работника от выполнения распоряжения работодателя о выходе на работу до окончания отпуска, если речь идет о досрочном отзыве работника из отпуска по инициативе администрации, в связи с тем, что законом не предусмотрено право администрации такого рода без согласия работника.
———————————
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 3.

Исходя из того, что увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ относится к дисциплинарным, необходимо обратить внимание на обязательность установления факта совершения дисциплинарного проступка. Факт совершения проступка в действительности должен иметь место. Обязанность предоставить доказательства возлагаются на работодателя (пп. 1 п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (в ред. от 28.12.2006)). Поэтому работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение (ч. 1 ст. 193 ТК РФ). Косвенно законодателем установлены сроки истребования такового — два рабочих дня. Так, если по истечении двух рабочих дней объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Следовательно, факт совершения дисциплинарного проступка устанавливается либо объяснением работника, либо актом. В том случае, если отсутствует объяснение работника, обязательно должен быть акт. Поэтому законодатель предусматривает следующее положение: для применения дисциплинарного взыскания не является препятствием отсутствие объяснения работника (ч. 2 ст. 193 ТК РФ).

Судебная практика

В правоприменительной практике при увольнении по рассматриваемому основанию возникают ситуации, когда необходимо решить вопрос о том, на самом ли деле работник не исполнил обязанности и входят ли данные действия в круг его должностных обязанностей.

Пример. Так, суд, рассматривая дело об увольнении К., уволенного по п. 3 ч. 1 ст. 33 КЗоТ РФ 9 февраля 1999 г., пришел к выводу о том, что производство автотовароведческих экспертиз входит в должностные обязанности эксперта отдела криминалистических исследований. Истец утверждал обратное, так как не был согласен с формулировкой увольнения. Как следует из материалов гражданского дела, К. был принят на работу в Сахалинскую научно-исследовательскую лабораторию судебной экспертизы младшим научным сотрудником. В соответствии с приказом от 21.02.1992 N 7 он был переведен в отдел КИ младшим научным сотрудником со специализацией по трасологическим и баллистическим экспертизам и производству автотовароведческих экспертиз. В 1991 и 1993 г. К. обучался в Ленинградской, Саратовской НИЛСЭ по специальности автотовароведческая экспертиза, имеет свидетельство от 28.10.1993 N 159, подтверждающее его право на проведение данных исследований. С 1 января 1995 г. в связи с переименованием Сахалинской НИЛСЭ в Сахалинскую лабораторию судебной экспертизы были переименованы и должности сотрудников. Истец согласно приказу от 29.12.1994 N 35, назначен экспертом, при этом, как пояснил ответчик, ему по-прежнему вменялось в обязанности производство баллистических, трасологических и автотовароведческих экспертиз. Истец пояснил, что действительно выполнял все виды указанных исследований, причем большую часть рабочего времени занимался баллистическими и трасологическими исследованиями, а производство товароведческих экспертиз выполнялось им на договорной основе.

Согласно Перечню родов экспертиз, методов экспертного исследования, экспертных специальностей, утвержденному 11 ноября 1996 г. заместителем министра юстиции, товароведческая экспертиза является одним из видов исследований, проводимых лабораторией судебной экспертизы, и включает в себя исследование транспортных средств в целях определения их стоимости. В приказе о приеме на работу, в последующем приказе 21 февраля 1992 г. четко определены и сформулированы обязанности истца по проведению трасологических, баллистических исследований и автотовароведческих экспертиз. В приказе о назначении истца на должность эксперта с 1 января 1995 г. не указано, по какой специальности он обязан производить исследования. Однако, как следует из должностных обязанностей эксперта, который исполняет их в силу имеющихся у него специальных познаний, в судебном заседании установлено и следует из материалов дела, истец имеет специальные познания в области товароведения, кроме того, он аттестован по данной специальности, он подтвердил в судебном заседании, что именно данные виды исследования вменены ему в должностные обязанности согласно приказам лаборатории, поэтому он несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение возможных обязанностей по проведению вышеназванных криминалистических исследований, в том числе и автотовароведческих.

Таким образом, суд признал доводы истца о том, что производство автотовароведческих экспертиз не входило в круг его должностных обязанностей, несостоятельными. И признал увольнение К. правомерным, принимая во внимание и другие обстоятельства дела .
———————————
Гражданское дело из архива Южно-Сахалинского городского суда. N 2-1289/2000.

Безусловно, при применении п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ работодатель должен учитывать только те взыскания, наложенные за совершенные проступки, которые не оспорены работником. В случае если взыскание не признано (правомерно возложенным) законным в судебном порядке, оно не имеет правового значения.

По другому делу работница оспорила наложение дисциплинарного взыскания, но суд признал наложение дисциплинарного взыскания правомерным. И в этом случае судом рассматривался вопрос о том, входят (или нет) в круг должностных обязанностей определенные действия работника.

Пример. Так, Г.М. Медяник с 30 мая 2003 г. работала в МУЗ «КЦРБ» врачом-травматологом. Приказом главного врача от 18 октября 2005 N 451 ей объявлен выговор за отказ в приеме больного. Не согласившись с взысканием, 3 ноября 2005 г. Г.М. Медяник обратилась с иском, в котором просила отменить приказ от 18 октября 2005 N 451 В обоснование своих требований она указала, что 4 октября 2005 г. больной К. при обращении за медицинской помощью предъявил недействительный страховой полис.

По правилам обязательного медицинского страхования (ОМС) при обращении за медицинской помощью застрахованный обязан предъявить полис вместе с документом, удостоверяющим личность. Учитывая, что у пациента К., по сути дела, не было страхового полиса, ему было предложено оказание платных медицинских услуг в системе добровольного медицинского страхования (ДМС), от которого он категорически отказался. Больной К. в экстренной медицинской помощи на момент обращения не нуждался, травму получил свыше месяца назад (лечение травмы осуществлялось ранее).

В результате суд признал, что истица не исполнила свои прямые должностные обязанности, отказавшись принять больного и оказать ему необходимую медицинскую помощь. Своим бездействием она нарушила один из основных принципов здравоохранения — принцип гуманного отношения к больному, который обратился к врачу за облегчением физической боли. Руководство МУЗ «КЦРБ» пришло к правильному выводу о неисполнении Г.М. Медяник своих должностных обязанностей и обоснованно привлекло ее к дисциплинарной ответственности. Следовательно, при повторном совершении дисциплинарного проступка эта работница может быть уволена по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Второе положение относится к определению «неоднократное». Под термином «неоднократное» необходимо понимать совершение действия повторно. Это означает, что работник продолжает неисполнение трудовых обязанностей, несмотря на применение к нему дисциплинарного взыскания.
Как было отмечено, в ранее действовавших КЗоТах (1922, 1971 гг.) содержалось аналогичное основание увольнения. Правда, с 1922 г. термин при формулировке данного основания увольнения законодатель использовал иной — «систематическое», что вызывало определенную сложность на практике. Правда, и в то время Пленум Верховного Суда СССР разъяснял, что при конкретных обстоятельствах с учетом характера совершенного работником дисциплинарного проступка и ранее примененной меры взыскания систематическим может быть признано и повторное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей (см.: п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г.) . Позже в Постановлении Пленума было приведено толкование термина «систематическое неисполнение трудовых обязанностей» следующим образом: «если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного. взыскания, допустимо применение к нему нового дисциплинарного. взыскания, в том числе и увольнения по п. 3 ч. 1 ст. 33 КЗоТ РФ (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.1992 N 16)». То есть в этом толковании уже прослеживается общий смысл увольнения при неоднократности совершения дисциплинарного проступка. Таким образом, именно на практике постепенно вырабатывалась применяемая ныне законодателем терминология.
———————————
См.: Советское законодательство о труде: Справочник / Отв. ред. В.В. Клепцов. М.: Профиздат, 1984. С. 75. Причем авторы Справочника указывают на то, что аналогичная норма содержится в Разъяснении Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 25 октября 1983 г.

Правила наложения взыскания

Обращает на себя внимание положение, которое в теории и практике правового регулирования труда считается аксиоматичным: при применении мер дисциплинарных взысканий важно учитывать правила наложения взыскания. А также характер самого проступка, степень его тяжести и обстоятельства, при которых он был совершен. Это положение было внесено в ТК РФ в результате изменений, внесенных в Кодекс в 2006 г. (ч. 5 ст. 192 ТК РФ). Безусловно, наложение дисциплинарного взыскания относится к компетенции работодателя. Воспользуется он этим правом или нет, зависит от каждого конкретного случая.
Таким образом, применяя п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодателю необходимо обратить внимание на связь: дисциплинарный проступок — взыскание. Сказанное можно выразить схематично.

Из приведенной схемы видно: если дисциплинарный проступок совершен и к работнику применено дисциплинарное взыскание не в виде увольнения, то уволить его за этот проступок нельзя. После повторно совершенного дисциплинарного проступка (неисполнения своих трудовых обязанностей) должно последовать либо дисциплинарное взыскание в виде замечания, выговора, либо увольнение.

Причем если увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ прекращает трудовое отношение работника с работодателем, то наложение иного дисциплинарного взыскания не прекращает трудового отношения. Поэтому за вновь совершенное трудовое правонарушение может последовать применение дисциплинарного взыскания, как в виде увольнения, так и в виде любого иного дисциплинарного взыскания из перечня дисциплинарных взысканий, перечисленных в ст. 192 ТК РФ (замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям).

Нельзя не заметить, что законодатель специально закрепил положение о недопущении применения дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине. Следовательно, работодатель должен учитывать только те дисциплинарные взыскания, которые допустимы законодателем.

В этой связи, определяя «неоднократность», необходимо учитывать то, что за каждый проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. А также: если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считается не имеющим дисциплинарного взыскания (ст. ст. 193, 194 ТК РФ). В современном Трудовом кодексе (п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) речь идет о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения. Следовательно, при увольнении по данному основанию необходимо проверять правильность наложения всех дисциплинарных взысканий, которыми работодатель обосновал приказ об увольнении. Причем принимаются во внимание лишь те дисциплинарные взыскания, которые имеют в данный момент юридическое значение: не сняты досрочно, со дня наложения которых до издания приказа прошло не более 1 года и т.п. (ст. 192 ТК РФ) .
———————————
Гражданское дело из архива Южно-Сахалинского городского суда. N 2-8139/2002.

Пример. Так, М. обратился в суд в связи с тем, что он был уволен по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ 02.09.2002. Из материалов гражданского дела усматривается, что 27 августа 2001 г. приказом N 1117-к М. объявлен строгий выговор. К моменту увольнения — 02.09.2002, прошел год со дня наложения дисциплинарного взыскания, и на основании ч. 1 ст. 194 ТК РФ считается, что работник уже не имеет дисциплинарного взыскания. Иных фактов нарушения трудовой дисциплины М. до увольнения в судебном заседании не установлено. Следовательно, при данных обстоятельствах увольнение М. нельзя признать законным. Таким образом, чтобы прекращение трудового договора было правомерным, работодателю при увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ необходимо одновременно соблюсти правила наложения дисциплинарного взыскания и соблюсти процедуру увольнения.

1. Советское законодательство о труде: Справочник / Отв. ред. В.В. Клепцов. М.: Профиздат, 1984. С. 75. (Причем авторы Справочника указывают на то, что аналогичная норма содержится в Разъяснении Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 25 октября 1983 г.).